Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ООО «СБК Актив» к ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании недействительными договоров купли- продажи, по встречному иску ФИО3 к ООО «СБК Актив» о прекращении залога,

установил:

ООО «СБК Актив» обратилось в Черкесский городской суд с иском к ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО7-М. о признании недействительными договоров купли- продажи. Своё обращение мотивировал тем, что право собственности ФИО1 на спорное имущество возникло на основании решения Черкесского горсуда от 14.09.2012, по которому суд разделил имущество, принадлежащее ООО «ТД Нефтьгазинвест», где генеральным директором был супруг ФИО2 Решением Черкесского городского суда от 06.11.2015 исковые требования ФИО1 удовлетворены: договоры ипотеки № от 14.03.2011, № от 14.03.2011, № от 29.07.2011 были признаны недействительными, применены последствия недействительности ничтожной сделки, признано отсутствующим обременение в виде ипотеки ООО «СБК Актив» на недвижимое имущество. Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда КЧР от 10.02.2016 решение суда первой инстанции оставлено без изменения. Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Российской Федерации от 13.12.2016 судебные акты первой и апелляционной инстанции отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Однако в период после прекращения ипотеки имущество: навес, площадью 14,6 кв. м, навес, площадью 62,1 кв. м, операторская, площадью 44,6 кв. м, земельный участок, площадью 2000 кв. м, по адресу: <адрес>; АГЗС площадью 37,6 кв. м, мойка площадью 117,7 кв. м, земельный участок площадью 1297 кв. м, по адресу: <адрес>, район пересечения <адрес>; земельный участок площадью 2260 кв. м, емкость для хранения ГСМ площадью 199.83 метров кубических, емкость для хранения ГСМ, площадью 200.435 метров кубических, емкость подземная-резервуар №, площадью 52.98 метров кубических, по адресу: <адрес>, было несколько раз перепродано, в результате чего в настоящее время собственником является ФИО7-М. ООО «СБК Актив» считает недействительными договоры купли-продажи имущества от 08.04.2016, 02.12.2016 и 20.12.2016 в силу ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ. В ходе рассмотрения гражданского дела № стало известно, что спорное имущество, обремененное правами ипотеки в пользу ООО «СБК Актив», в короткий промежуток времени несколько раз в результате последовательно совершенных сделок сменило собственника. Истец ссылается, что ФИО3 ранее в 2011 году являлся собственником части имущества, что следует из договора ипотеки №, т.е. ФИО3 не мог не знать, что в отношении этого имущества идут судебные споры. В период, когда Верховным Судом РФ была принята к производству кассационная жалоба ООО «СБК Актив», за 10 дней до ее рассмотрения ФИО3 передал спорное имущество в собственность ФИО4 После принятия Верховным Судом РФ решения об отмене состоявшихся по делу судебных актов о признании недействительными договоров ипотеки, через 18 дней после приобретения имущества ФИО4 передал имущество по договору купли-продажи от 20.12.2016 ФИО7-М. Все сделки купли-продажи спорного имущества между ФИО1 и ФИО3, ФИО3 и ФИО4, ФИО4 и ФИО7-М. совершены с незначительными промежутками по времени, в пределах полугода по цене ниже рыночной стоимости имущества более чем в 50 раз. ФИО7-М. зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 03.09.2014, является профессиональным участником по предоставлению услуг на рынке недвижимости и по оформлению недвижимого имущества в собственность. В случае если была бы проведена правовая проверка правоустанавливающих документов ФИО7-М., то ФИО7-М. была бы добросовестным участником правооборота, и ею было бы установлено, что ФИО4 отчуждает объекты недвижимости, которые приобрел по заниженной стоимости незадолго перед отчуждением. По мнению истца ФИО7-М. должна была потребовать у ФИО4 выписку из ЕГРП по объектам недвижимости, из которой было бы видно, что до этого ФИО3 владел спорным имуществом непродолжительное время и приобрел его у ФИО1; из открытых Интернет-источников получить информацию о том, что в отношении объектов недвижимого имущества идут судебные споры. ФИО10 была как представителем первоначального продавца, начиная с 2015 года, в том числе реализовывала спорное имущество ФИО3, так и конечным приобретателем имущества ФИО7-М. ООО «СБК Актив» считает, что намерение создания тех правовых последствий, которые обычно наступают при совершении оспариваемых сделок, сторонами не преследовалось. Взаимосвязанные сделки по отчуждению имущества следует рассматривать как единую сделку, применительно к статье 153 Гражданского кодекса РФ, совершенную с целью невозможности обращения взыскания на спорное имущество по договорам ипотеки и установления за ФИО7-М. статуса «добросовестного приобретателя». Принимая во внимание экономическую нецелесообразность сделок по передаче имущества, факт заключения договоров в короткий промежуток времени, отсутствие достаточных денежных средств для расчетов по договорам, отсутствие доказательств реальности передачи имущества, доказательств того, что между сторонами договоров проводились расчеты, можно сделать вывод о ничтожности оспариваемых договоров (ст.ст.10, 168 ГК РФ), поскольку при их заключении допущено злоупотребление правом и нарушение интересов залогодержателя имущества - ООО «СБК Актив». Просит суд: признать недействительными договоры купли-продажи имущества от 08.04.2016, заключенные между ФИО1 и ФИО3; признать недействительными договоры купли-продажи имущества от 02.12.2016, заключенные между ФИО3 и ФИО4; признать недействительными договоры купли-продажи имущества от 20.12.2016, заключенные между ФИО4 и ФИО7-М.

В ходе рассмотрения дела истцом было подано заявление в порядке ст. 39 ГПК РФ, в котором представитель ООО «СБК Актив» указал, что согласно пункту 1 статьи 37 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" имущество, заложенное по договору об ипотеке, может быть отчуждено залогодателем другому лицу путем продажи, дарения, обмена, внесения его в качестве вклада в имущество хозяйственного товарищества или общества либо паевого взноса в имущество производственного кооператива или иным способом лишь с согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено договором об ипотеке. В соответствии со статьей 39 Закона об ипотеке при отчуждении имущества, заложенного по договору об ипотеке, с нарушением правил пунктов 1 и 2 статьи 37 настоящего Закона залогодержатель самостоятельно определяет способ защиты нарушенного права и вправе потребовать признания сделки об отчуждении заложенного имущества недействительной и применения последствий, предусмотренных статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации. Тот факт, что сделки по отчуждению имущества в период, когда запись об ипотеке в регистрационном органе была погашена, не могут служить доказательством законности сделок, поскольку на момент рассмотрения настоящего спора решение Черкесского горсуда от 06.11.2015 о признании недействительными договоров ипотеки определением Верховного суда РФ от 13.12.2016, а иных оснований для погашения записи об ипотеки не имелось. Таким образом, поскольку договоры ипотеки являлись действующими, а имущество было отчуждено без согласия залогодержателя, оспариваемые сделки купли-продажи имущества являются недействительными в силу 346, 166 Гражданского Российской Федерации.

Определением Черкесского городского суда от 09 сентября 2019 года произведена замена ответчика ФИО7-М. в связи с её смертью 04 августа 2018 года на правопреемника – ФИО5

Определением Черкесского городского суда от 01 ноября 2019 года ФИО11 и ФИО12-М. привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением Черкесского городского суда от 12 ноября 2019 года Управление Росреестра по Ставропольскому краю привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

В ходе рассмотрения дела ФИО3 поданы встречные исковые заявления, которые приняты к производству. Свои иски ФИО3 мотивировал тем, что на предметы залога невозможно обратить взыскание в связи с пропуском исковой давности. Реализация права истца как залогодержателя на получение удовлетворение из стоимости заложенного имущества была возможна путем обращения взыскания на предмет залога в судебном порядке во исполнение обязательства по кредитному договору. При этом, истец не мог не знать о наличии оснований для обращения взыскания на заложенное имущество, поскольку заявил о взыскании задолженности в судебном порядке (включении требований в реестр требований кредиторов заемщика). Как следует из определений Арбитражного суда Карачаево-Черкесской республики по делу № А25-1205/2013 от 07.10.2013 г. задолженность по основному обязательству перед ПАО «Сбербанк России» по кредитным договорам образовалась не позднее 23.07.2013 года. Следовательно, основания для обращения взыскания на переданные в залог объекты возникли не позднее 23.07.2013 г. Срок исковой давности по требованию об обращении взыскания на предмет ипотеки начинает течь с момента возникновения оснований для обращения взыскания на заложенное имущество, о которых залогодатель знал или должен был знать. Поскольку срок исполнения обеспеченного ипотекой кредитного обязательства начал течь 23.07.2013 г., то с указанной даты подлежит исчислению срок исковой давности как по главному требованию банка о взыскании суммы кредита, так и по требованию об обращении взыскания на заложенное имущество. Истец с иском об обращении взыскания на заложенные предметы до настоящего времен не обратился в суд, то есть допустил пропуск трехлетнего срока исковой давности. Предъявление банком в арбитражный суд заявления о включении в реестр требований кредиторов по обеспеченному залогом обязательству заемщика не повлекло перерыв срока исковой давности по дополнительному требованию об обращении взыскания на предмет залога, обеспечивающему главное требование. Истечение сроков исковой давности по требованиям об обращении взыскания на объекты залога является основанием для прекращения залога. Истечение исковой давности по требованию об обращении взыскания на заложенное имущество свидетельствует о невозможности реализации залогодержателем в одностороннем порядке своих прав в отношении предмета залога. Реализация истцом ООО «СБК Актив» как залогодержателем права на получение удовлетворения из стоимости заложенных объектов была возможна исключительно путем обращения взыскания на предмет залога в судебном порядке. При указанных выше обстоятельствах в связи с пропуском срока исковой давности по требованию об обращении взыскания на предмет залога у залогодержателя отсутствует возможность как судебного, так и внесудебного обращения взыскания на заложенное имущество. Утрата такой возможности неминуемо влечет прекращение залога на спорные объекты. Действительность договоров купли-продажи от 08.04.2016 г., от 02.12.2016 г., от 20.12.2016 г. оспаривается ООО «СБК Актив» по основанию нарушения его права залога на объекты недвижимости. Просит суд: прекратить право ООО «СБК Актив» залога, возникшего на основании договора ипотеки 2 от 14.03.2011 года, на следующие объекты:

операторская площадью 44,6 кв. м кадастровый №;

навес площадью 14,6 кв. м кадастровый №;

навес площадью 62,1 кв. м кадастровый №;

земельный участок, на котором расположены объекты, площадью 2000 кв. м кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>;

нежилое здание АГЗС литер А площадью 37,6 кв. м кадастровый №;

нежилое здание мойка литер Б площадью 117,7 кв. м кадастровый №;

земельный участок, на котором расположены объекты, площадью 961 кв.м кадастровый № (предыдущий кадастровый №), расположенные по адресу: <адрес>, район пересечения проспекта Калинина/ <адрес>.

Прекратить право ООО «СБК Актив» залога, возникшего на основании договора ипотеки 1 от 29.07.2011 года, на следующие объекты:

нежилое здание операторная площадью 62,7 кв. м условный №//2010-247 кадастровый №;

сооружение - емкость подземная резервуар № объем 53 куб.м кадастровый №;

сооружение - емкость подземная резервуар № объем 52 куб.м кадастровый №;

сооружение - емкость для хранения ГСМ объем 200 куб.м кадастровый №;

сооружение - емкость для хранения ГСМ объем 200 куб.м кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>;

земельный участок, площадью 1858 кв. м, кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>.

Стороны, их представители, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, их представители, извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились, о причинах неявки суд не уведомили, не просили отложить рассмотрение дела на более поздний срок. ФИО3 и представитель ФИО1 – ФИО13-А. направили в суд заявления о рассмотрении дела в их отсутствии. Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Росреестра по <адрес> направил в суд письменный отзыв и заявление, в котором просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Согласно части 1 статьи 167 ГПК РФ лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки в судебное заседание и представить доказательства, подтверждающие уважительность этих причин. В соответствии с п. 3 ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в отсутствие ответчика, если сведения о причинах неявки отсутствуют, либо если суд признает причины неявки неуважительными. С учетом, что какого-либо перечня обстоятельств, признаваемых уважительными причинами неявки участвующих в деле лиц в судебное заседание, ГПК РФ не устанавливает, то вопрос решается судом в каждом случае исходя из конкретных обстоятельств дела и представленных неявившимся участником процесса доказательств.

В данном случае причину неявки указанных лиц в виду не предоставления суду доказательств, подтверждающих уважительность неявки, суд признает неуважительной.

Суд, руководствуясь частью 3 и часть 5 статьи 167 ГПК РФ, принимая во внимание положения части 3 статьи 6.1 ГПК РФ и 154 ГПК РФ, пункт 1 статьи 1 Федерального закона от 30 апреля 2010 г. N 68-ФЗ «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок», определил рассмотреть дело по существу в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав имеющиеся в деле документы, суд пришёл к выводу о том, что первоначальные исковые требования не подлежат удовлетворению, а встречные требования являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Как установлено в судебном заседании, между ПАО «Сбербанк России» и ООО «Торговый дом «Нефтьгазинвест» были заключены кредитные договоры от 14 марта 2011 года № 091100009, от 29 июля 2011 года № 09110032, от 14 октября 2011 года № 091120042, от 21 декабря 2011 года № 091100053.

В обеспечение исполнения обязательств ООО «Торговый дом «Нефтьгазинвест» по кредитным договорам между ПАО «Сбербанк России» и ООО «Инвест-СК» были заключены договоры залога оборудования и ипотеки, в том числе договоры от 14 марта 2011 года № 1 и № 2 и договор от 29 июля 2011 года № 1, по условиям которых залогодатель передал банку в залог спорное имущество.

По договорам купли-продажи от 05 и 07 марта 2012 года, 02 мая 2012 года ООО «Торговый дом «Нефтьгазинвест» приобрело у ООО «Инвест-СК» заложенное имущество в собственность, в связи с чем путем оформления дополнительных соглашений от 08 июля 2012 года в договорах ипотеки залогодатель заменен на ООО «Торговый дом «Нефтьгазинвест».

Решением Арбитражного суда КЧР от 23 июля 2013 года ООО «Торговый дом «Нефтьгазинвест» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев.

По договору уступки прав (требований) от 27 июня 2014 года № 15100103 ОАО «Сбербанк России» уступило ООО «СБК Актив» права требования к ООО «Торговый дом «Нефтьгазинвест», вытекающие из договоров об открытии возобновляемой кредитной линии от 14 марта 2011 года № 091100009, от 29 июля 2011 года № 091100032, от 14 октября 2011 года № 091120042, договора об открытии невозобновляемой кредитной линии от 21 декабря 2011 года № 091100053, а также все права по договорам, заключенным в обеспечение исполнения обязательств должника. Общая сумма уступаемых цессионарию прав (требований) по договору составила 265391862,95 руб.

Определением Арбитражного суда КЧР от 16.12.2014 г. произведено процессуальное правопреемство: в реестре требований кредиторов должника ПАО «Сбербанк России» заменено на его правопреемника ООО «СБК Актив».

Вступившим в силу решением Черкесского городского суда от 14 сентября 2012 года исковые требования ФИО1 к ФИО2 о расторжении брака и разделе имущества удовлетворены.

Суд решил:

Расторгнуть брак между ФИО1 и ФИО2, зарегистрированный 16.04.1985 года отделом ЗАГС <адрес> края, актовая запись №;

Разделить имущество, нажитое с ответчиком в период брака, выделив ФИО1 на праве собственности следующее имущество:

навес площадью 14,6 кв. м;

навес площадью 62,1 кв. м;

операторская площадью 44,6 кв. м;

земельный участок площадью 2000 кв. м кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>;

АГЗС площадью 37,6 кв. м;

мойка площадью 117,7 кв. м;

земельный участок площадью 1297 кв. м кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>, район пересечения просп. Калинина/<адрес>;

ёмкость для хранения ГСМ, общая площадь 200,435 куб. м;

операторная площадью 62,7 кв. м;

ёмкость подземная - резервуар № общая площадь 52,04 куб. м;

ёмкость подземная - резервуар № общая площадь 52,98 куб. м;

ёмкость для хранения ГСМ общая площадь 199,83 куб. м;

земельный участок площадью 2260 кв. м. кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>а;

автозаправочная станция, в том числе здание операторской литер А, общей площадью 9,4 кв. м;

здание магазина общей площадью 30.0 кв. м;

земельный участок для эксплуатации модульной АЗС, из земель населенных пунктов, площадью 1433 кв. м, кадастровый №, расположенный по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, <адрес>;

автозаправочная станция: здание операторской - литер А, общая площадь - 5,3 кв. м, газораздаточная колонка - литер А1, контейнер - литер А2, контейнер - литер A3, здание операторской - литер А4, общая площадь - 12,1 кв. м, контейнер - литер А5, контейнер — литер А6, дизельная - литер А7, забор литер I, емкость - литер II, уборная - литер III., покрытие - литер IV, забор литер V, назначение: нежилое, земельный участок из земель населенных пунктов, площадью 10 431 кв. м, расположенный по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, <адрес>, микрорайон Московский, в районе Пождепо;

здание операторской общей площадью 38.1 кв. м;

распределительная подстанция общей площадью 7,7 кв. м;

земельный участок, категория земель: земли промышленности, энергетики, транспорта, связи, радиовещания, телевидения, информатики. площадью 2300 кв. м, расположенный по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, <адрес>, уч-к СПК (колхоз) Темир-Тюз;

земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, площадью 554 кв. м, расположенный по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, <адрес>;

земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, площадью 2500 кв. м, расположенный по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, <адрес>;

земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, площадью 1500 кв. м, расположенный по адресу: Карачаево-Черкесская Республика, <адрес>;

нежилое здание, общей площадью 696,1 кв. м;

земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов - под коммунально-складские объекты, площадью 783 кв. м, расположенные по адресу: <адрес>, шоссе Кисловодское, 18.

Данное решение является основанием для государственной регистрации права собственности на указанные объекты недвижимости за ФИО1 и прекращением права собственности ФИО2 и ООО «Торговый Дом «Нефтьгазинвест»».

Определением Черкесского городского суда от 19 декабря 2013 года в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Торговый дом Нефтьгазинвест» ФИО14 о восстановлении процессуального срока для подачи апелляционной жалобы в Верховный Суд КЧР на решение Черкесского городского суда от 14.09.2012 года отказано в связи с неуважительностью причин пропуска данного срока; апелляционная жалоба на решение от 14.09.2012 года в связи с истечением процессуального срока возвращена конкурсному управляющему ООО «Торговый дом Нефтьгазинвест» ФИО14

Следовательно, данное решение вступило в законную силу и в силу ч. 2 ст. 13 ГПК РФ является обязательным для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Решением Черкесского городского суда от 06.11.2015 исковые требования ФИО1 удовлетворены: договоры ипотеки № 1 от 14.03.2011, №2 от 14.03.2011, №1 от 29.07.2011 были признаны недействительными, применены последствия недействительности ничтожной сделки, признано отсутствующим обременение в виде ипотеки ООО «СБК Актив» на недвижимое имущество.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики от 10.02.2016 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Российской Федерации от 13.12.2016 судебные акты первой и апелляционной инстанции отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Решением Черкесского городского суда от 22 августа 2017 года в удовлетворении искового заявления ФИО1 к ООО «СБК Актив», ООО «Торговый дом «Нефтьгазинвест», ПАО «Сбербанк России» о признании недействительным договоров ипотеки и договора уступки права, признании отсутствующим обременения права собственности на объекты недвижимости – отказано; иск третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО7-М. к ООО «Торговый дом «Нефтьгазинвест» о признании добросовестным приобретателем и прекращении залога – удовлетворен.

Суд решил:

признать ФИО7-М. добросовестным приобретателем следующего имущества: навес площадью 16,4 квадратных метров, навес площадью 62,1 квадратных метров, операторская площадью 44,6 квадратных метров, земельный участок площадью 2000 квадратных метров с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>; АГЗС площадью 37,6 квадратных метров, мойку площадью 117,7 квадратных метров и земельный участок площадью 1297 квадратных метров с кадастровым номером № расположенные по адресу: <адрес>, район пересечения проспекта Калинина и <адрес>; земельный участок площадью 2260 квадратных метров с кадастровым номером №, емкость для хранения горюче-смазочных материалов объемом 200,435 кубических метров, емкость для хранения горюче-смазочных материалов объемом 199,83 кубических метров, операторной площадью 62,7 квадратных метров, емкость подземную – резервуар № объемом 52,04 кубических метров, емкость подземную – резервуар № объемом 52,98 кубических метров, расположенные по адресу: <адрес> «А».

признать прекращенным залог на следующие объекты: навес площадью 16,4 квадратных метров, навес площадью 62,1 квадратных метров, операторская площадью 44,6 квадратных метров, земельный участок площадью 2000 квадратных метров с кадастровым номером № расположенные по адресу: <адрес>; АГЗС площадью 37,6 квадратных метров, мойку площадью 117,7 квадратных метров и земельный участок площадью 1297 квадратных метров с кадастровым номером 26:33:320101:0014, расположенные по адресу: <адрес>, район пересечения проспекта Калинина и <адрес>; земельный участок площадью 2260 квадратных метров с кадастровым номером №, емкость для хранения горюче-смазочных материалов объемом 200,435 кубических метров, емкость для хранения горюче-смазочных материалов объемом 199,83 кубических метров, операторной площадью 62,7 квадратных метров, емкость подземную – резервуар № объемом 52,04 кубических метров, емкость подземную – резервуар № объемом 52,98 кубических метров, расположенные по адресу: <адрес> «А».

Апелляционным определением Судебноцй коллегии по гражданским делам Верховного Суда КЧР от 16 мая 2018 года решение Черкесского городского суда от 22 августа 2017 года оставлено без изменения.

Постановлением Президиума Верховного Суда КЧР от 11 апреля 2019 года решение Черкесского городского суда КЧР от 22 августа 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда КЧР от 16 мая 2018 года в части удовлетворения исковых требований ФИО5 (ФИО7-М.) к ООО «Торговый Дом «Нефтьгазинвест» о признании добросовестным приобретателем и прекращении залога - отменены, в указанной части принято новое решение, которым в удовлетворении иска ФИО5 (ФИО7-М.) к ООО «Торговый Дом «Нефтьгазинвест» о признании добросовестным приобретателем и прекращении залога - отказано. В остальной части решение Черкесского городского суда КЧР от 22 августа 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики от 16 мая 2018 года оставлено без изменения.

В судебном заседании установлено, что решением Черкесского городского суда от 14 сентября 2012 года разделено имущество, нажитое с ФИО2 в период брака, ФИО1 на праве собственности выделено имущество, в том числе имущество, являющееся предметом настоящего спора.

Данное решение вступило в силу, тот факт, что спорное имущество является совместно нажитым имуществом супругов ФИО18 и факт принадлежности данного имущества ФИО1 в силу ст. 61 ГПК РФ является обстоятельством, установленным вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, является обязательным для суда. Данное обстоятельство не доказывается вновь и не подлежит оспариванию при рассмотрении настоящего дела.

Согласно ст. 6 Федерального конституционного закона РФ "О судебной системе Российской Федерации" вступившие в законную силу постановления федеральных судов, мировых судей и судов субъектов Российской Федерации являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Судебный акт о расторжении брака и разделе имущества вступил в законную силу и подлежит исполнению.

Представителем ответчика ООО «СБК Актив» была подана апелляционная жалоба на вышеуказанное решение с ходатайством о восстановлении срока для его обжалования.

Определением Черкесского городского суда от 23 сентября 2015 года в удовлетворении заявления представителя ООО «СБК Актив» ФИО15 о восстановлении процессуального срока для подачи апелляционной жалобы в Верховный Суд Карачаево-Черкесской Республики на решение Черкесского городского суда от 14.09.2012 года иску ФИО1 к ФИО2 о расторжении брака, определении места жительства детей и разделе имущества отказано в связи с неуважительностью причин пропуска данного срока; апелляционная жалоба на решение от 14.09.2012 года возвращена представителю ООО «СБК Актив» ФИО15 в связи с истечением процессуального срока.

В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В судебном заседании установлено, что между ОАО «Сбербанк России» и ООО «Инвест-СК» заключены договор ипотеки № от 14.03.2011 года (по адресу: <адрес>), договор ипотеки № от 14.03.2011 года (по адресу: <адрес>, район пересечения проспекта Калинина / <адрес>) и договор ипотеки № от 29.07.2011года (по адресу: <адрес>), по которым в залог передано принадлежащее истцу на праве собственности имущество.

Договор уступки прав (требований) от 27 июня 2014 года свидетельствует о том, что в ООО «СБК Актив» перешли права залогодержателя. Согласно сведениям ЕГРП данный договор прошел регистрацию 31.10.2014 года, в то время когда согласно решению суда от 14.09.2012 года собственником была признана ФИО1

08.04.2016 г. заключен договор купли-продажи недвижимого имущества между ФИО1 и ФИО3, 02.12.2016 года - договор купли-продажи между ФИО3 и ФИО4, 20.12.2016 года - договор купли-продажи между ФИО4 и ФИО7-М. (наследником которой является ФИО5).

ООО «СБК Актив» оспариваются вышеуказанные договоры купли-продажи, исковые требования заявлены обществом как залогодержателем приобретаемых по сделкам объектов, истец считает сделки купли-продажи объектов недействительными. Данные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Так как судебной защите подлежит нарушенное гражданское право (ст.1, 11 ГК РФ), при разрешении заявленных требований подлежит установлению принадлежность защищаемого права истцу, наличие факта нарушения данного права ответчиком, соответствие избранного способа защиты характеру материально-правовых отношений сторон.

Суд соглашается с мнением ответчика о том, что истцом выбран ненадлежащий способ защиты права, поскольку нормы действующего законодательства не предусматривают в качестве основания признания сделки ничтожной выбытие предмета залога из владения залогодателя.

В соответствии с частью 2 статьи 346 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога, залогодатель вправе отчуждать предмет залога, передавать его в аренду или безвозмездное пользование другому лицу, либо иным образом распоряжаться им только с согласия залогодержателя.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

В силу ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В части 2 статьи 346 ГК РФ установлено, что если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога, залогодатель вправе отчуждать предмет залога, передавать его в аренду или безвозмездное пользование другому лицу либо иным образом распоряжаться им только с согласия залогодержателя.

Как следует из содержания части 1 статьи 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

Залогодержатель вправе потребовать досрочного исполнения обеспеченного залогом обязательства в случае, если предмет залога выбыл из владения залогодателя, у которого он был оставлен, в нарушение условий договора о залоге (пункт 1 части 1 статьи 351 ГК РФ).

Поскольку законом установлены иные последствия нарушения правил о распоряжении заложенным имуществом, заключенные договоры по распоряжению спорными объектами не могут быть признаны недействительным по данному основанию.

Указанный довод соответствует правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 23 Постановления от 17.02.2011 г. № «О некоторых вопросах применения законодательства о залоге», согласно которому в случае, когда для распоряжения заложенным движимым имуществом требовалось согласие залогодержателя (пункт 2 статьи 346 ГК РФ), сделка залогодателя по распоряжению предметом залога, совершенная без согласия залогодержателя после заключения договора о залоге, не может быть оспорена последним, поскольку в подпункте 3 пункта 2 статьи 351 названного Кодекса установлено иное последствие нарушения положений закона о распоряжении залогодателем предметом залога, а именно - предъявление требования о досрочном исполнении обязательства, обеспеченного залогом, и об обращении взыскания на предмет залога.

Относительно предполагаемого истцом мнимого характера договора купли-продажи следует учесть фактические действия сторон по исполнению спорной сделки.

Согласно части 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Положения пункта 1 статьи 170 ГК РФ подлежат применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Истец не доказал, что при заключении договора купли-продажи объекта недвижимости подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении сделки купли- продажи.

Пунктом 1 статьи 454 ГК РФ предусмотрено, что по договору купли- продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Таким образом, соответствующим правовым последствием сделки купли- продажи недвижимого имущества является передача имущества и переход права собственности на него от продавца к покупателю и получение продавцом за это имущество определенной денежной суммы.

Договоры купли-продажи исполнены сторонами, что подтверждается актами приема-передачи имущества, оплатой имущества и фактом передачи документов для государственной регистрации перехода права собственности на проданное имущество.

Суд не соглашается с доводом истца о том, что ФИО7-М. была бы добросовестным участником правооборота, если бы потребовала у ФИО4 выписку из ЕГРП по объектам недвижимости, из которой было бы видно, что до этого ФИО3 владел спорным имуществом непродолжительное время и приобрел его у ФИО1 Данный вывод является необоснованным, так как ФИО7-М. могла получить лишь выписку из ЕГРП о зарегистрированных правах на недвижимое имущество. Такую же выписку мог получить и предоставить ФИО4 Ни ФИО4, ни ФИО7-М. не относятся к числу лиц, имеющих право на получение выписки о переходе права и другой информации (кроме выписки из ЕГРП), указанных в ст. 7 ФЗ-122 от 21.07.1997 года «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», действовавшией на момент заключения оспариваемых сделок.

Для сделок купли-продажи правовым последствием является переход титула собственника от продавца к покупателю на основании заключенного сторонами договора.

Согласно пункту 1 статьи 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости от продавца к покупателю подлежит государственной регистрации. В силу пункта 2 статьи 223 ГК РФ в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации.

В силу пункта 1 статьи 2 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права (действовал на момент заключения оспариваемых сделок).

Зарегистрировав в установленном порядке переход права собственности, стороны тем самым подтвердили свою действительную волю на продажу и, соответственно, покупку имущества.

Следовательно, оспариваемые сделки породили именно те права и обязанности сторон, которые соответствуют их содержанию и намерению продавцов и покупателей при заключении и исполнении договора купли-продажи.

Оспариваемые истцом сделки реально исполнены сторонами в соответствии с требованиями законодательства, в нарушение статьи 56 ГПК РФ истец доказательства обратного не представил.

Следовательно, применение к сложившимся отношениям положений статьи 10 ГК РФ не соответствует фактическим обстоятельствам дела и влечет нарушение прав и законных интересов добросовестного участника гражданского оборота, надлежащим образом исполнившего обязательства.

Истец указывает, что совершенные сделки заключены с целью создания невозможности обращения взыскания на заложенное имущество. Указанный довод противоречит статье 351 ГК РФ.

Залогодержатель вправе потребовать досрочного исполнения обеспеченного залогом обязательства и обращения взыскания на предмет залога в случае, если предмет залога выбыл из владения залогодателя, у которого он был оставлен, в нарушение условий договора о залоге (пункт 1 части 1 статьи 351 ГК РФ).

Кроме того, совершение оспариваемых сделок никак не препятствует заявлению требования об обращении взыскания на предмет залога и даже является дополнительным основанием для такого искового требования.

Вопреки механизму защиты права, предоставленному истцу статьей 351 ГК РФ, ООО «СБК Актив» уклоняется от данного способа защиты нарушенного права.

В соответствии со ст.35 Конституции Российской Федерации, ст.209 и ст.288 ГК РФ права пользования, владения и распоряжения недвижимым имуществоим принадлежат собственнику этого имущества. Согласно п.1 ст.43 ЗК РФ граждане осуществляют принадлежащие им права на земельные участки по своему усмотрению, если иное не установлено федеральными законами.

В данном случае все вышеперечисленные права до совершения в апреле 2016 года оспоренной сделки принадлежали ответчику ФИО1, являющейся единоличным собственником спорных объектов. Именно ей принадлежали права пользования, владения и распоряжения указанным недвижимым имуществом, права совершения в отношении этого имущества любых действий, включая совершение сделок по его отчуждению.

В соответствии с п.1 ст.1 ГК РФ гражданское законодательство в числе прочего основывается на принципах признания равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела. Согласно п.2 ст.1 ГК РФ граждане (физические лица) приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своём интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Как указано в п.1 ст.9 ГК РФ, граждане осуществляют принадлежащие им гражданские права по своему усмотрению. Согласно п.3 ст.10 ГК РФ разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются. Иными словами, пока не будет доказано обратное, считается, что участники гражданский правоотношений действуют разумно и добросовестно. Данное правило в полной мере распространяется на стороны гражданско-правовых договоров и иных сделок.

Согласно п.1 ст.8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают в числе прочего: из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности; в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом. Как указано в ст.421 ГК РФ, граждане свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В соответствии с п.1 ст.425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения. В силу п.1 ст.432 ГК РФ договор считается заключённым, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Согласно п.1 ст.422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом или иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. Как указано в п.1 ст.160 ГК РФ, сделка в письменной форме должна быть совершена путём составления документа, выражающего её содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. Законом могут устанавливаться дополнительные требования, которым должна соответствовать форма сделки и предусматриваться последствия несоблюдения этих требований. В силу п.1 ст.434 ГК РФ договор может быть заключён в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определённая форма.

В данном случае форма договора купли-продажи и дополнительные требования, предъявляемые законом к данному виду договоров, сторонами сделки были полностью соблюдены. Оспоренный истцом договор купли-продажи от 08 апреля 2016 года содержит все обязательные условия. Этот договор совершён в требуемой законом письменной форме в виде единого документа, подписанного обеими сторонами, и прошёл государственную регистрацию.

Вместе с тем, требования о признании недействительными договоров купли - продажи нельзя признать обоснованными, так как избранный истцом способ защиты не соответствует характеру спорных правоотношений, несоразмерен нарушенному праву и не отвечает целям восстановления данного права. При этом права истца защищаются иным способом, указанном ранее.

В этой связи, суд приходит к выводу, что первоначальные требования истца не подлежат удовлетворению.

Не имеется также законных оснований для удовлетворения требований о признании недействительным договоров купли продажи от 02 декабря 2016 года, заключенного между ФИО3 и ФИО4, и от 20 декабря 2016 года – между ФИО4 и ФИО7-М.

Оснований для удовлетворения данных требований ни в иске, ни в судебном заседании не представлено, и в их удовлетворении также необходимо отказать, так как данные требования производны от первого требования и могут быть удовлетворены только при условии удовлетворения первого требования.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что ФИО7-М. часть имущества (расположенного по <адрес>) отчуждена по договору купли-продажи от 21 июня 2018 года ФИО17, часть имущества (расположенного по адресу: <адрес>, в районе пересечения просп. Калинина и ул. Георгиевской) отчуждена по договору купли-продажи от 01 августа 2018 года ФИО12-М. ФИО12-М. по договору купли-продажи от 19 августа 2019 года продал принадлежащее ему имущество ФИО3, ФИО17 заключил договор купли-продажи имущества с ФИО3 – 20.09.2019 года. Переход права собственности на основании вышеуказанных договоров зарегистрирован в установленном законом порядке. Данные договоры истец не оспаривает, оспаривает лишь ранее заключенные сделки, что свидетельствует о том, что избранный обществом способ защиты права не направлен на восстановление его нарушенного права.

Таким образом, первоначальные требования не подлежат удовлетворению ввиду того, что во первых, ООО «СБК Актив» не является стороной оспариваемых сделок, в связи с чем, не имеет права на их оспаривание; во вторых, истцом выбран ненадлежащий способ защиты права; в третьих, истец не оспаривает последующие заключенные договоры купли-продажи, следовательно, признание недействительными оспариваемых договоров не восстановит нарушенных прав истца; в четвертых, ФИО1 на момент заключения сделки являлась собственником имущества на основании вступившего в силу решения суда и имела права распоряжаться принадлежащим имуществом; в пятых, покупатели по оспариваемым договорам являются добросовестными приобретателями.

Суд приходит к выводу об обоснованности встречных исков по следующим основаниям.

Согласно ст. 309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

Согласно п. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Как следует из материалов дела, между ПАО «Сбербанк России» и ООО «Торговый дом «Нефтьгазинвест» были заключены кредитные договоры от 14 марта 2011 года №, от 29 июля 2011 года №, от 14 октября 2011 года №, от 21 декабря 2011 года №.

По договору уступки прав (требований) от 27 июня 2014 года № ОАО «Сбербанк России» уступило ООО «СБК Актив» права требования к ООО «Торговый дом «Нефтьгазинвест», вытекающие из договоров об открытии возобновляемой кредитной линии от 14 марта 2011 года № 091100009, от 29 июля 2011 года № 091100032, от 14 октября 2011 года № №, договора об открытии невозобновляемой кредитной линии от 21 декабря 2011 года №, а также все права по договорам, заключенным в обеспечение исполнения обязательств должника.

В соответствии с п. 2.3 договора в течение 5 (пяти) рабочих дней с даты поступления денежных средств на счет цедента в сумме, указанной в п. 2.1 договора, в полном объеме, цедент обязуется передать цессионарию по акту приема-передачи документы, подтверждающие уступаемые права (требования), согласно перечню, приведенному в приложении № к договору, которое является неотъемлемой частью договора, а также иные документы, имеющие значение для реализации цессионарием прав (требований) к должникам / поручителям / залогодателям.

В случае отсутствия у цедента документов, подлежащих передаче цессионарию согласно приложению № к договору, к моменту подписания акта приема-передачи документов (п. 2.3 договора), цедент обязуется передать цессионарию указанные документы незамедлительно после их обнаружения.

В п. 5.2 договора цедент уведомляет цессионария о том, что решением Черкесского городского суда КЧР от 14 сентября 2012 года ФИО1 выделено на праве собственности с прекращением права собственности должника недвижимое имущество, являющееся предметом залога по договорам ипотеки № 1 от 14 марта 2011 года, № 2 от 14 марта 2011 года, № 1 от 29 июля 2011 года, заключенным между должником и цедентом.

Следовательно, при заключении договора уступки прав (требований) и цеденту (ООО «Сбербанк России») и цессионарию (ООО «СБК Актив») было известно о решении Черкесского городского суда от 14 сентября 2012 года.

В соответствии с пунктом 2 статьи 811 ГК РФ, если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, заимодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами.

По смыслу приведенных норм закона, предъявление кредитором требования о досрочном возврате суммы займа (кредита) изменяет срок исполнения обязательства по возврату суммы долга (кредита).

Таким образом, ответчик по встречному иску о нарушении своего права узнал с момента образования задолженности заемщика. Следовательно, основания для обращения взыскания на переданное в залог имущество возникли с момента образования задолженности.

Требование залогодержателя к залогодателю об обращении взыскания на заложенное имущество не относится к перечисленным в статье 208 ГК РФ требованиям, на которые срок исковой давности не распространяется.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного кодекса.

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Из приведенных правовых норм следует, что срок исковой давности по требованию об обращении взыскания на предмет ипотеки начинает течь с момента возникновения оснований для обращения взыскания на заложенное имущество, о которых залогодатель знал или должен был знать.

Поскольку срок исполнения обеспеченного ипотекой кредитного обязательства начал течь 23 июля 2013 г., то с указанной даты подлежит исчислению срок исковой давности как по главному требованию общества о взыскании суммы долга, так и по требованию об обращении взыскания на указанное имущество. Истец с иском об обращении взыскания на заложенное имущество не обращался, если бы обратился в настоящее время, то данное обращение было бы по истечении трехлетнего срока исковой давности.

С истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию (пункт 1 статьи 207 ГК РФ).

Вместе с тем, истечение срока давности по дополнительному требованию не влияет на течение срока исковой давности по основному обязательству, равно как и изменение течения срока исковой давности по главному требованию не влияет на течение срока давности по дополнительным требованиям до тех пор, пока он не истек.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", предъявление в суд главного требования не влияет на течение срока исковой давности по дополнительным требованиям (статья 207 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 334 ГК РФ, в силу залога, кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

В соответствии со статьей 348 ГК РФ, взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя (кредитора) может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

Таким образом, реализация права общества как залогодержателя на получение удовлетворение из стоимости заложенного имущества была возможна путем обращения взыскания на предмет залога в судебном порядке во исполнение обязательства по кредитному договору.

При этом, ООО «СБК Актив» не мог не знать о наличии оснований для обращения взыскания на заложенное имущество, поскольку заявил о взыскании задолженности в судебном порядке (включении требований в реестр требований кредиторов заемщика).

Как следует из определений Арбитражного суда Карачаево-Черкесской республики по делу № А25-1205/2013 от 07.10.2013 г. задолженность по основному обязательству перед ПАО «Сбербанк России» по кредитным договорам образовалась не позднее 23.07.2013 года.

В связи с признанием должника ООО «Торговый дом «Нефтьгазинвестт» несостоятельным (банкротом) (решение суда от 23.07.2013 г.), открытием процедуры конкурсного производства, Открытое акционерное общество «Сбербанк России» в лице Пятигорского отделения (на правах управления) Ставропольского отделения №5230 обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требований о взыскании задолженности по договорам кредита, в том числе обеспеченным залогом спорных объектов.

Таким образом, общество (его правопредшественник) о нарушении своего права узнал с момента образования задолженности заемщика не позднее 23.07.2013 г. Следовательно, основания для обращения взыскания на переданные в залог объекты возникли не позднее 23.07.2013 г.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», предъявление в суд главного требования не влияет на течение срока исковой давности по дополнительным требованиям (статья 207 ГК РФ).

Кроме того, предъявление банком в арбитражный суд заявления о включении в реестр требований кредиторов по обеспеченному залогом обязательству заемщика не повлекло перерыв срока исковой давности по дополнительному требованию об обращении взыскания на предмет залога, обеспечивающему главное требование.

Целью института залога является обеспечение исполнения основного обязательства, а содержанием права залога является возможность залогодержателя в установленном законом порядке обратить взыскание на заложенное имущество в случае неисполнения основного обязательства должником.

Согласно пункту 1 статьи 349 ГК РФ обращение взыскания на заложенное имущество осуществляется по решению суда, если соглашением залогодателя и залогодержателя не предусмотрен внесудебный порядок обращения взыскания на заложенное имущество.

Из приведенных правовых норм в их взаимосвязи следует, что если иное не установлено соглашением сторон, то истечение исковой давности по требованию об обращении взыскания на заложенное имущество, свидетельствует о невозможности реализации залогодержателем в одностороннем порядке своих прав в отношении предмета залога.

Хотя в перечне оснований прекращения залога (статья 352 ГК РФ) не упоминается истечение срока давности, по смыслу приведенных выше норм материального права в случае невозможности обращения взыскания на заложенное имущество в счет исполнения обеспеченного залогом обязательства залог утрачивает обеспечительную функцию, а, следовательно, подлежит прекращению.

Реализация истцом ООО «СБК Актив» как залогодержателем права на получение удовлетворения из стоимости заложенных объектов была возможна исключительно путем обращения взыскания на предмет залога в судебном порядке.

При указанных выше обстоятельствах в связи с пропуском срока исковой давности по требованию об обращении взыскания на предмет залога у залогодержателя отсутствует возможность как судебного, так и внесудебного обращения взыскания на заложенное имущество.

Утрата такой возможности неминуемо влечет прекращение залога на спорные объекты.

Согласно подп.2 п.1 ст.352 ГК РФ залог прекращается, если заложенное имущество возмездно приобретено лицом, которое не знало, и не должно было знать, что это имущество является предметом залога.

Таким образом, данное основание прекращения залога является исключением из общего правила о сохранении залога при переходе прав на заложенное имущество, предусмотренного положениями п.1 ст.353 ГК РФ.

При этом прекращение залога связывается законом с установлением факта добросовестного приобретения третьим лицом заложенного имущества, а также с отсутствием у приобретателя имущества по сделке сведений о наличии такого обременения.

Разрешая спор, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО3 о прекращении залога. При этом суд исходит из того обстоятельства, что на момент приобретения ФИО3 (19 августа 2019 года и 20 сентября 2019 года) каких-либо обременений в ЕГРН не зарегистрировано, что подтверждается выписками из ЕГРН и п. 4 указанных договоров.

Заключение договоров купли - продажи спорного имущества состоялось 19 августа 2019 года и 20 сентября 2019 года.

При таких обстоятельствах суд исходит из положений подпункта 2 пункта 1 статьи 352 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 367-ФЗ о прекращении залога, в случае если заложенное имущество возмездно приобретено лицом, которое не знало и не должно было знать, что это имущество является предметом залога.

Статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Так, ФИО3 в обоснование заявленных требований и возражений относительно первоначального иска указал на возмездность приобретения имущества, а также на отсутствие в ЕГРН на момент заключения сделки сведений о залоге.

ООО «СБК Актив» доказательств, опровергающих данное утверждение, не представил.

Поскольку ФИО3 нельзя не признать добросовестным приобретателем, то к спорным правоотношениям применимы положения п.38 и абз.4 п.52 Постановления Пленумов ВАС РФ и ВС РФ от 29.04.2010 №10/22, а также п.25 Постановления Пленума ВАС РФ от 17.02.11 №10 «О некоторых вопросах применения законодательства о залоге».

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Отказать в удовлетворении иска ООО «СБК АКТИВ» к ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании недействительными договора купли- продажи имущества от 08.04.2016, заключенного между ФИО1 и ФИО3; договора купли-продажи имущества от 02.12.2016, заключенного между ФИО3 и ФИО4; договора купли-продажи имущества от 20.12.2016, заключенного между ФИО4 и ФИО7-Мурзаевной.

Встречные иски ФИО3 к ООО «СБК Актив» о прекращении залога – удовлетворить.

Прекратить право ООО «СБК Актив» залога, возникшего на основании договора ипотеки 2 от 14.03.2011 года, на следующие объекты:

- операторская площадью 44,6 кв. м кадастровый №;

- навес площадью 14,6 кв. м кадастровый №;

- навес площадью 62,1 кв. м кадастровый №;

- земельный участок, на котором расположены объекты, площадью 2000 кв.м кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>.

- нежилое здание АГЗС литер А площадью 37,6 кв. м кадастровый №;

- нежилое здание мойка литер Б площадью 117,7 кв. м кадастровый №;

- земельный участок, на котором расположены объекты, площадью 961 кв.м кадастровый № (предыдущий кадастровый №), расположенные по адресу: <адрес>.

- нежилое здание операторная площадью 62,7 кв. м условный №//2010-247 кадастровый №;

- сооружение - емкость подземная резервуар № объем 53 куб.м кадастровый №;

- сооружение - емкость подземная резервуар № объем 52 куб.м кадастровый №;

- сооружение - емкость для хранения ГСМ объем 200 куб.м кадастровый №;

- сооружение - емкость для хранения ГСМ объем 200 куб.м кадастровый №, расположенные по адресу: <адрес>, земельный участок, площадью 1858 кв. м, кадастровый №, расположенный по адресу: <адрес>.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда КЧР путем подачи апелляционной жалобы через Черкесский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированной части решения. В окончательном виде мотивированное решение изготовлено 18 августа 2020 года.

Судья Черкесского городского суда А.В. Яичникова

Гражданское дело № 2-13/2020

УИД 09RS0001-01-2018-000754-16