из ст. 13.3 Федерального закона от 25.12.2008 N 273-ФЗ "О противодействии коррупции", организации обязаны разрабатывать и принимать меры по предупреждению коррупции. Одним из антикоррупционных мероприятий, предписанных Методическими рекомендациями по разработке и принятию организациями мер по предупреждению и противодействию коррупции, является введение в договоры, связанные с хозяйственной деятельностью организации, стандартной антикоррупционной оговорки. При этом Закон N 44-ФЗ не содержит требования об обязательном включении в проект контракта антикоррупционной оговорки. Очевидно, что наличие антикоррупционнойоговорки в проекте контракта является желательным, но не обязательным условием. Следовательно, истец не вправе обязать ответчика (поставщика) подписать контракт с антикоррупционной оговоркой, если он не согласен с таким условием. В данном случае ответчик не согласен с включением пункта об антикоррупционной оговорке в текст контракта. Следовательно, в данной части требования истца не подлежат удовлетворению. Пункт 10.1 контракта «Юридические адреса и банковские реквизиты сторон», в данном случае в отношении поставщика подлежит принятию в редакции поставщика по тексту контракта, поскольку в данной
могут вызвать любые недостатки, обнаруженные Учреждением в период действия договора, что существенно шире, чем предусмотренные законом условия. Пунктами 7 и 8 протокола разногласий к договору №113/18-Ю от 16.02.2018 истец предлагает включить в договор разделы « антикоррупционнаяоговорка» и «приложения к договору». В то же время, наличие или отсутствие в договоре условий об антикоррупционной политике сторон при осуществлении предпринимательской деятельности, никак не влияет на применение к правоотношениям сторон при исполнении договора положений Федерального закона от 25.12.2008 №273-ФЗ «О противодействии коррупции»; положениями указанного закона не предусмотрено включение каких-либо условий на этот счет в заключаемые договоры. Отсутствие соответствующего условия в договоре также не отменяет обязанности истца руководствоваться Антикоррупционной хартией российского бизнеса, как участника хартии. Правовые основания для обязательного включения «антикоррупционной оговорки» в договор истцом не приведены, и судом не установлены. Также к технике оформления договоров относится включение в текст договора специальной статьи или раздела с перечислением приложений к договору. Отсутствие таких указаний в
действуют без согласия владельца автомобильной дороги, без разрешения на строительство или с нарушением технических требований и условий, а из буквального толкования пункта 4.2 проекта договора следует, что подобные последствия могут вызваны любыми недостатками обнаруженными Управлением в период действия договора (договор произвольно расширяет предусмотренные законом условия). Истец также предлагает включить в договор антикоррупционнуюоговорку и приложение (технические требования и условия на прокладку высоковольтной линии и ее эксплуатацию). Между тем наличие или отсутствие в договоре поименованной оговорки не влияет на необходимость безусловного соблюдения обеими сторонами Федерального закона от 25.12.2008 №273-ФЗ «О противодействии коррупции» и соответствующих подзаконных актов. Основания для обязательного включения этой оговорки в договор не установлены. Включение или невключение в договор упомянутого приложения относится к вопросам юридической техники, а не права как такового. Отсутствие данного приложения не может повлиять на заключенность и действительность сделки. Таким образом, при отсутствии обоюдного согласия на этот счет у суда отсутствуют основания для включения спорного
пояснил, что ответчик необоснованно указал в листе 4 и 6 приложения № 1 к договору № 883/2019 от 01.04.2019 года сеть ООО «Водоканал-Сервис» как «сеть с неустановленной хозяйственной принадлежностью», тем самым нарушая обязанности гарантирующего поставщика коммунальных услуг. Ответчик в письме от 10.07.2020 пояснил, что антикоррупционная оговорка не регламентируется законом, отсутствует определение ее содержания, данные обстоятельства не позволяют оценивать ее как универсальное договорное средство борьбы с коррупционным поведением сторон договора при его исполнении, антикоррупционнаяоговорка не является обязательной для другой стороны. Ответчик в письме от 22.07.2020 указал, что согласно Постановлению администрации МО ГО «Усинск от 16.07.2020 года № 881 зона централизованного водоотведения поверхностных сточных вод определяется для ООО «Водоканал-Сервис», как вся территория г. Усинска и промышленной зоны, отведение (прием) поверхностных сточных вод осуществляется без непосредственного подключения к централизованной системе водоотведения. Осадки, выпадающие в теплый период года, формируют дождевой сток; осадки, выпадающие в холодный период года - талый сток. Часть осадков,
<адрес> - ФИО1, обоснованно привлечена заместителем начальника контрольного управления - начальника отдела контроля за соблюдением законодательства о контрактной системе в сфере закупок контрольного управления комитета финансов <адрес> ФИО3 к административной ответственности, установленной частью 4.2 статьи 7.30 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Доводы лица, привлеченного к административной ответственности, бывшего заместителя главы администрации Светлоярского муниципального района <адрес> ФИО1 и ее представителя ФИО2, на то, что в муниципальном контракте отсутствует антикоррупционная оговорка, включение антикоррупционнойоговорки в контракт не является обязательным , что она может быть внесена в качестве раздела контракта или служить приложением к нему, согласно Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" от ДД.ММ.ГГГГ N 44-ФЗ, не исключают совершение бывшим заместителем главы администрации Светлоярского муниципального района <адрес> - ФИО1 вмененного административного правонарушения. Указание заявителя ФИО1 на то, что в результате совершения этого правонарушения не повлекло причинения вреда или возникновения угрозы
