суда общей юрисдикции, причем их уголовные дела любым из этих составов рассматриваются в областном или равном ему по уровню суде. Данное регулирование влечет лишенную каких-либо конституционно-правовых оснований невозможность рассмотрения судом с участием присяжных заседателей уголовного дела в отношении мужчины, достигшего шестидесятипятилетнего возраста и обвиняемого в совершении убийства при отягчающих обстоятельствах, что приводит к его дискриминации как по возрастному, так и по гендерному признаку при осуществлении им права на судебную защиту. Следовательно, подобная дифференциация подсудности уголовных дел, вытекающая из положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и Уголовного кодекса Российской Федерации, не отвечает принципу юридического равенства, ограничивает мужчин , достигших возраста шестидесяти пяти лет, в реализации права на законный суд и, в конечном счете, права на равную с иными лицами судебную защиту прав и свобод, гарантированных Конституцией Российской Федерации. 4. Таким образом, положения пункта 1 части третьей статьи 31 УПК Российской Федерации, как исключающие в системе действующего правового регулирования, в том числе
какие предоставлялись бы в аналогичной ситуации матери этого ребенка, при том что Конституция Российской Федерации наделяет их равными правами и возлагает на них равные обязанности по содержанию и воспитанию детей. Лишение отца равного с матерью права на дополнительные гарантии при увольнении противоречит, по мнению заявителя, Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьям 7 (часть 2), 19 и 38 (части 1 и 2), приводит к дискриминации по признаку пола, не согласуется с требованиями Конвенции МОТ "О равном обращении и равных возможностях для трудящихся мужчин и женщин: трудящиеся с семейными обязанностями" (пункт 1 статьи 1 и статья 4) и, кроме того, ставит многодетные семьи, в которых матери осуществляют уход за детьми в возрасте до трех лет и в трудовых отношениях не состоят, в неблагоприятное положение с точки зрения защиты от снижения жизненного уровня. Таким образом, предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу является положение части четвертой статьи 261
содействие в практической реализации программ, получивших положительные отзывы специалистов; укреплять систему профессионального обучения, дообучения, переобучения женщин, повышения их квалификации; создавать условия для профессиональной реадаптации, повышения квалификации или переобучения женщин, имеющих перерывы в трудовой деятельности, в том числе при возвращении из отпусков по беременности и родам и уходу за ребенком; наладить постоянную гендерную экспертизу правовых норм, регулирующих трудовые отношения и исключающих дискриминацию по полу и возрасту. Разрабатывать меры по реализации принципа равной оплаты за равный труд и работу равной ценности, преодолению разрыва в оплате труда между отраслями с преимущественной занятостью мужчин и женщин. Осуществлять государственную поддержку научных разработок в области гендерных исследований, а также пропаганду научных знаний по проблемам роли и статуса женщины в обществе, взаимоотношений женщин и мужчин; всемерно поддерживать сохранение и развитие сети дошкольных и внешкольных учреждений, учреждений социального обслуживания, доступных для всех типов семей; осуществлять постоянный мониторинг положения женщин на рынке труда; разработать критерии оценки влияния экологических факторов
гражданина, официальных государственных символов (флагов, гербов, гимнов), религиозных символов, объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, а также объектов культурного наследия, включенных в Список всемирного наследия. В обоснование заявленного требования, заявителем указано на то, что в спорной рекламе отсутствуют признаки расовой дискриминации, унижение человеческого достоинства, оскорбительные обращения, поскольку в данном случае рекламируется продукция из черного риса (чумиза). В частности, в рекламе используется изображение ролла из черного риса «Black ролл» («Черный ролл» - англ.), поэтому слоган компании «Хочешь черного?» стилистически и творчески обоснован. Указанные доводы судом отклонены. Визуальное восприятие спорной рекламы показывает то, что доминантой рекламы является заметное с дальнего расстояния изображение мужчины негроидной расы, занимающее значительную часть рекламной площади, нежели размещенный на белой тарелке маленький ролл черного цвета. При этом, в верхней части рекламной площади, рядом с изображением мужчины негроидной расы, размещен рекламный слоган: «Хочешь черного?», размер шрифта которого значительно больше, чем размер шрифта остального текста,
вышеуказанный ответ был дан не по поводу распространения рекламы салона дамского белья «Лилия», последним документально не опровергнут. Председатель Комитета по делам женщин, семьи, демографии Липецкой области в своем ответе по поводу рекламы продукции салона дамского белья «Лилия» пояснила, что последняя - наглядный пример проявления дискриминации по признаку пола. Образ женщины в рекламе чаще используется как «секс-символ», нежели чем образ жены, матери (л.д.46). Из заключения кандидата культурологи ФИО9 усматривается, что серьезной ошибкой рекламодателя является размещение спорного рекламного изображения на наружных носителях рекламы, потребителями которой является не только целевая аудитория, на которую рассчитан рекламируемый продукт (дамское белье), т.е. девушки и женщины, но и другие категории потребителей – мужчины , дети, люди старшего возраста, у которых могут быть иные ценностные представления, взгляды, убеждения. Рекламодатель должен знать, что все потребители представленной рекламной продукции должны испытывать рекламно-информационный комфорт. Реклама, являясь не только продуктом массовой культуры, но и главным механизмом в продвижении и реализации товара, должна
рожденные (усыновленные) матерью ребенка (детей). Поскольку из представленных истцом доказательств следует, что ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не является третьим или последующим ребенком для своей матери, районный суд посчитал, что не имеется оснований для назначения ЕДВ на него в соответствии с положениями Закона Саратовской области от 26.10.2012 года №158-ЗСО «О ежемесячной денежной выплате на ребенка в возрасте до трех лет гражданам, проживающим на территории Саратовской области, при рождении третьего и последующих детей». Доводы истца о дискриминации мужчин в вопросе назначения ежемесячной денежной выплаты на ребенка в возрасте до трех лет суд первой инстанции признал основанными на неправильном толковании закона, так как положения вышеуказанного Закона определят право на ежемесячную денежную выплату одному из родителей, то есть как отцу, так и матери, вместе с тем, такое право возникает при наличии определенных условий, установленных названным законом, которые в настоящем споре отсутствуют. Судебная коллегия соглашается с выводами суда и оценкой исследованных им доказательств, поскольку при
