реестра юридических лиц, в течение года со дня, когда они узнали или должны были узнать о нарушении своих прав (пункт 8 статьи 22 Закона о регистрации). Как следует из судебных актов, ликвидатор общества представил в инспекцию все документы, предусмотренные пунктом 1 статьи 9 Закона о регистрации. Инспекция проверила представленные документы в порядке, предусмотренном пунктом 4.1 статьи 9 Закона о регистрации и не нашла оснований для отказа ликвидатору в совершении регистрационных действий. Доводов и доказательств, достоверно указывающих на тот факт, что регистрирующим органом нарушены требования законодательства о регистрации юридических лиц, компания в суды нижестоящих инстанций не представила. Нет таких доводов и в кассационной жалобе, направленной в Верховный Суд Российской Федерации. Вопреки доводам заявителя, у регистрирующего органа не было оснований полагать, что представленные на регистрацию документы подложны или приняты с нарушением законодательства. Заявитель по существу указывает на обязанность регистрирующего органа проверить законность решения, принятого общим собранием участников общества. В то же время
№ А56- 7383/2014 вышеуказанное имущество должника на сумму 5 563 800 000 руб. передано в Межрегиональное территориальное управление государственным имуществом в городе Санкт-Петербурге и Ленинградской области на реализацию на открытых торгах, проводимых в форме аукциона. Поскольку объект недвижимости (сеть тепловая магистраль) и право аренды на земельный участок под ним являются предметом залога в пользу Банка, на который обращено взыскание в судебном порядке по делу № А56-16609/2015, то суд пришел к вывод об отсутствии доказательств, достоверно указывающих на невозможность исполнения долговых обязательств должником за счет имущества, предусмотренного подпунктами 1 - 3 пункта 1 статьи 94 Закона об исполнительном производстве. В рамках инициированного кредитором дела № А56-11243/2017 было установлено, что рыночная стоимость движимого имущества (теплообменная станция (ГОС) и Автоматизированная система управления тепловыми процессами (АСУТП), принадлежащая должнику, составила по состоянию на 31.05.2019 согласно отчету об оценке, выполненного специалистом ООО «Иола» (оценщик) округленно 502 000 000 рублей без учета НДС (602 400 000 рублей
наличие неравноценного встречного предоставления по договору купли-продажи самоходной машины или прицепа от 26.02.2019, отсутствие встречного предоставления по данному договору (в отношении сделки по купле-продаже трактора арбитражный суд учитывает, что по условиям оспариваемой сделки имущество реализовано по цене 240 000 рублей, в то время как в результате проведения финансовым управляющим мониторинга аналогичного товара, продаваемого на территории Российской Федерации, выявлено что, средняя стоимость трактора Беларус-82.1, 2011 г.в. составляет 929 000 рублей. Надлежащих, допустимых и относимых доказательств, достоверно указывающих на обоснованность установленной цены в 240 000 рублей (по цене в 3,87 раза ниже среднерыночной), должником и ответчиками в материалы дела не представлено), суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции о наличии оснований для признания договора дарения от 10.07.2020 (в отношении нежилого здания), договора дарения от 19.03.2020 (в отношении земельного участка и расположенного на нем объекта незавершенного строительства) и договора купли-продажи самоходной машины или прицепа от 26.02.2019 недействительными сделками по основаниям, предусмотренным пунктом
какого-либо встречного удовлетворения в результате перечисления спорных денежных сумм обществу «БАРС-ЛД», при том, что предприниматель ФИО4 и общество «РЕАЛМА» подтвердили наличие и исполнение встречных обязательств на перечисленные суммы. Вопреки доводам, изложенным в апелляционной жалобе первоначального истца, банк лишен возможности доказывать действительность исполнения, полученного по платежам, обязанность доказывания обратного в соответствии со ст.65 АПК РФ лежит на первоначальном истце, который положил отсутствие встречного исполнения по сделкам в основание заявленного иска. Суду не было представлено доказательств, достоверно указывающих на невозможность получения исполнения по сделкам, в уплату по которым были предназначены платежи, а также на невозможность возврата денежных средств от получателей. Таким образом, апелляционный суд приходит к выводу о том, что истцом достоверно не был доказан факт причинения ему убытков именно исполнением платежных поручений. При таких обстоятельствах основания для удовлетворения первоначального иска отсутствовали. Поскольку в рамках дел №А60-21598/2015 и №А60-21652/2015 общество «Лазурный Берег» оспаривает действительность договоров поставки, ссылаясь на совершение их неуполномоченным лицом
споре. В силу части 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Оспариваемый договор заключен 20.02.2007, с требованием о признании договора недействительным истцы обратились в Арбитражный суд Ульяновской области 16.01.2009, то есть по истечении срока исковой давности. Установив пропуск истцами срока исковой давности, суд апелляционной инстанции правомерно отменил решение суда первой инстанции, отказав в иске. Доказательств, достоверно указывающих на отсутствие сделки по купле-продаже упомянутых акций от 20.02.2007, в материалы дела не представлено. Фактически доводы кассатора указывают на возможную иную оценку судом кассационной инстанции доказательств по делу, что противоречит положениям главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Доводов, являющихся в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены обжалуемого судебного акта, в кассационной жалобе не приведено. На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286,
по доверенности <С.А.Р.. (л.д. 7). В ответ на претензию, на имя ФИО1, Банк, ссылаясь на банковскую тайну, приняв во внимание отсутствие документов, подтверждающих право <С.А.Р.> обращаться в банк в интересах ФИО1, отказал принять к рассмотрению обращение и представить запрашиваемые сведения; предложил ФИО1 обратиться в Банк лично, либо через представителя с подтверждением его соответствующих правомочий (ответ на обращение). По мнению суда, истцом ФИО1 не представлено доказательств, свидетельствующих о нарушении банком ее прав, как и доказательств, достоверно указывающих на отказ банка в удовлетворении требований истца. Кроме того, истец не представила в суд доказательств, достоверно указывающих на факт ее личного обращения либо обращения надлежащим образом уполномоченного представителя в банк с заявлением о предоставлении необходимой информации по договору, равно как и доказательств информации, указывающей на невозможность самостоятельного получения заемщиком информации по его кредитному делу. Вопреки исковому заявлению, материалы дела не содержат доказательств того, что за выдачу испрашиваемых документов ответчик требовал плату. В силу статьи
Предъявляя к банку исковые требования, истец указала, что ... была направлена банку претензия об истребовании копий документов по кредитному делу заемщика, а именно: запрошены копия кредитного договора, копия приложения к кредитному договору, график платежей, расширенная выписка по лицевому счету за весь период. Оценив в совокупности, установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, поскольку истцом ФИО1 не представлено доказательств, свидетельствующих о нарушении банком ее прав, как и доказательств, достоверно указывающих на получение банком вышеуказанной претензии, отказе банка в удовлетворении требований истца. Истец не представила в суд доказательств, достоверно указывающих на факт ее личного обращения в банк с заявлением о предоставлении необходимой информации по договору, равно как и информации, указывающей на невозможность самостоятельного получения заемщиком информации по его кредитному делу. Судом также отмечается, что вопреки исковому заявлению, материалы дела не содержат доказательств того, что за выдачу испрашиваемых документов ответчик требовал плату. В силу статьи 819
денежные средства перечислить в счет погашения основной суммы долга, расторгнуть договор на выпуск кредитной карты. Из приложенного к исковому заявлению списка № внутренних почтовых отправлений от 28 июля 2015 года следует, что требование было отправлено ООО «Эскалат» в адрес АО «АЛЬФА-БАНК» г. Москва заказным письмом (л.д. 10-11). Из представленных документов не следует, что в конверт была вложена доверенность на ООО «Эскалат». Истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о нарушении банком ее прав, как и доказательств, достоверно указывающих на получение банком вышеуказанной претензии, отказе банка в удовлетворении требований истца. Также истец не представила в суд доказательств, достоверно указывающих на факт ее личного обращения в банк с заявлением предоставлении необходимой информации по договору, равно как и информации, указывающей на невозможность самостоятельного получения заемщиком информации по его кредитному делу. Таким образом, суд считает, что ответчик АО «АЛЬФА-БАНК» не допустил нарушений прав ФИО1 как потребителя финансовых услуг, оснований для удовлетворения исковых требований истца суд не
Банк» выдал ФИО1 кредитную карту <номер скрыт>, между сторонами заключен договор <номер скрыт>. Предъявляя к банку исковые требования, истец указала, что <дата скрыта> истцом была направлена банку претензия об истребовании копий документов по кредитному делу заемщика, а именно: запрошены копия кредитного договора, копия приложения к кредитному договору, график платежей, расширенная выписка по лицевому счету за весь период. По мнению суда, истцом ФИО1 не представлено доказательств, свидетельствующих о нарушении банком ее прав, как и доказательств, достоверно указывающих на отказ банка в удовлетворении требований истца. Кроме того, истец не представила в суд доказательств, достоверно указывающих на факт ее личного обращения в банк с заявлением о предоставлении необходимой информации по договору, равно как и информации, указывающей на невозможность самостоятельного получения заемщиком информации по его кредитному делу. Вопреки исковому заявлению, материалы дела не содержат доказательств того, что за выдачу испрашиваемых документов ответчик требовал плату. В силу статьи 819 ГК РФ по кредитному договору банк
представителем по доверенности С.А.Р. (л.д. 8). В ответ на претензию, на имя С.А.Р. Банк, ссылаясь на банковскую тайну, приняв во внимание отсуствие документов, подтверждающих право С.А.Р. обращаться в банк в интересах ФИО1, отказал принять к рассмотрению обращение и представить запрашиваемые сведения; предложил ФИО1 обратиться в Банк лично, либо через представителя с подтверждением его соответствующих правомочий (л.д. 9). По мнению суда, истцом ФИО1 не представлено доказательств, свидетельствующих о нарушении банком ее прав, как и доказательств, достоверно указывающих на отказ банка в удовлетворении требований истца. Кроме того, истец не представила в суд доказательств, достоверно указывающих на факт ее личного обращения либо обращения надлежащим образом уполномоченного представителя в банк с заявлением о предоставлении необходимой информации по договору, равно как и доказательств информации, указывающей на невозможность самостоятельного получения заемщиком информации по его кредитному делу. Вопреки исковому заявлению, материалы дела не содержат доказательств того, что за выдачу испрашиваемых документов ответчик требовал плату. В силу статьи
