разумности процессуального срока, продление которого испрашивается в ходатайстве. К постановлению также приобщаются: справка о движении дела, в которой приводятся даты производства основных следственных действий, назначения и производства экспертиз, ознакомления с материалами уголовного дела, его направления прокурору, в суд, а при возвращении для дополнительного расследования - даты поступления надзирающему прокурору, следователю, принятия дела к производству, движения дела в связи с обжалованием, сроки, установленные для обжалования решения о возвращении дела для дополнительного расследования; справка с изложением доказательств виновности обвиняемых, в отношении которых избрана мера пресечения в виде заключения под стражу (в случае, если представляется ходатайство о продлении срока содержания под стражей нескольких обвиняемых, то справка составляется в отношении каждого из них). 1.24. В сопроводительном письме к ходатайству о продлении процессуальных сроков сообщать: обсуждалась ли организация следствия по уголовному делу, наличие оснований для продления процессуальных сроков; о принятых мерах, в том числе дисциплинарного воздействия в отношении виновных должностных лиц в случае несоблюдения сроков
постановления по делу об административном правонарушении по мотивам мягкости административного наказания, примененного к лицу, совершившему указанное правонарушение, и направление дела на новое рассмотрение предполагает установление судьей наличия оснований для применения в данном случае более строгого административного наказания. Следовательно, соответствующее решение по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении, хотя формально и не является решением по существу дела, объективно предполагает в числе прочего изложение выводов о фактических обстоятельствах дела, об оценке достоверности и достаточности доказательств, виновности лица, совершившего административное правонарушение, и как следствие - о назначенном ему административном наказании. Однако высказанная в таком решении позиция судьи по вопросам, имеющим существенное значение для разрешения дела и находящимся в прямой связи с подлежащими отражению в итоговом решении выводами, также с очевидностью не может свидетельствовать о возникновении у него предвзятого отношения к разрешению в дальнейшем данного дела. 2.2. В целях обеспечения объективности и беспристрастности лиц, рассматривающих дела об административных правонарушениях, и исходя из
требования прекратить хулиганские действия не реагировал. При этом судом в качестве свидетелей были допрошены, наряду с иными лицами, секретари мировых судей, ставшие очевидцами совершенного заявителем административного правонарушения. В отношении довода заявителя о нарушении его процессуальных прав при составлении протокола об административном правонарушении суд указал, что Г.С. Викторов был надлежащим образом уведомлен о времени и месте составления данного документа. По мнению заявителя, положения оспариваемых норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предоставляют суду возможность собирать доказательства виновности лица в совершении административного правонарушения (статья 25.6), не допускают отвод составу суда, который инициировал возбуждение дела об административном правонарушении (статья 29.2), позволяют совершать процессуальные действия без участия лица, привлекаемого к административной ответственности (статья 29.9). В связи с этим он просит признать названные законоположения не соответствующими статьям 2, 19, 45 (часть 1), 46 (часть 1), 118 (часть 1) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации. 2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит
состава преступления, факт совершения которого конкретным лицом установлен, хотя бы это и было связано с ранее имевшим место в отношении данного лица уголовным преследованием. Тем более не может быть сделан вывод о виновности лица в совершении преступления на стадии возбуждения уголовного дела, когда сугубо предварительно, с целью определения самой возможности начать расследование решается вопрос о наличии в деянии лишь признаков преступления, когда еще невозможно проведение всего комплекса следственных действий по собиранию, проверке и оценке доказательстввиновности лица в совершении преступления. Соблюдение фундаментальных процессуальных гарантий прав личности, включая презумпцию невиновности, должно обеспечиваться и при разрешении вопроса о прекращении уголовного дела по нереабилитирующему основанию. Принимая решение об отказе в возбуждении или о прекращении уголовного дела на досудебных стадиях уголовного процесса, компетентные государственные органы должны исходить из того, что лица, в отношении которых прекращено уголовное преследование, виновными в совершении преступления либо (что равнозначно) в деянии, содержащем все признаки состава преступления, не признаны, а
обвинения, а не самостоятельно его формулировать. Представляется, что правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, высказанные по поводу правового регулирования возбуждения уголовного дела и формулирования по нему обвинения, могут быть распространены в этой части и на оспариваемые в данном деле положения уголовно-процессуального законодательства, предусматривающие недопустимость изменения обвинения судом самостоятельно на более тяжкое в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции. Судья, расширяя обвинение в отношении конкретного лица и формулируя требования к органам обвинительной власти представить суду доказательства виновности обвиняемого, оказывается связанным такими своими решениями. Это затрудняет для судьи объективное исследование и правовую оценку в судебном заседании обстоятельств дела, тем более что вынесение оправдательного приговора или иного решения в пользу подсудимого может восприниматься как свидетельство ошибочности его прежних выводов по данному делу. В результате под угрозу ставится внутренняя независимая позиция судьи по делу, а следовательно, оказывается нарушенным гарантируемое статьей 120 Конституции Российской Федерации право человека на рассмотрение его дела независимым и беспристрастным судом.
и (или) закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях могут быть устранены без возвращения дела на новое рассмотрение и при этом не усиливается административное наказание или иным образом не ухудшается положение лица, в отношении которого вынесены указанные постановление, решение. При таких обстоятельствах решение судьи Новосибирского областного суда от 19 марта 2021 г. подлежит изменению путем исключения из его мотивировочной части указания на протокол о личном досмотре, досмотре вещей, находящихся при физическом лице, как на доказательство виновности ФИО1 в совершении вмененного административного правонарушения. На основании изложенного, руководствуясь статьями 30.13 и 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья Верховного Суда Российской Федерации постановил: решение судьи Новосибирского областного суда от 19 марта 2021 г., вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, изменить, исключить из его мотивировочной части указание на протокол о личном досмотре, досмотре вещей, находящихся при физическом лице,
повлияло на вынесение вердикта. Потерпевший В в кассационной жалобе просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение, указывает, что причиной вынесения оправдательного вердикта явилось нарушение принципа непосредственности исследования доказательств; аудиозаписи разговоров Новикова с М и Л , где зафиксировано, как Новиков предлагал совершить убийство, в нарушение требований закона в судебном заседании не прослушивались, были оглашены лишь заключение эксперта и расшифровка разговоров, в связи с чем присяжные заседатели не смогли оценить должным образом основное доказательство виновности Новикова; в жалобе отмечается также, что содержание выступления государственного обвинителя в прениях не соответствует требованиям закона; при формировании коллегии присяжных заседателей, по мнению потерпевшего, допущено нарушение принципа объективности и беспристрастности; кандидат в присяжные заседатели С не сообщила о том, что ее сын осуждался за совершение преступления, хотя вопрос об этом выяснялся, С была включена в состав коллегии присяжных заседателей, избрана старшиной. В возражениях на кассационное представление прокурора и кассационную жалобу потерпевшей адвокат Алмазов указывает,
94А указанный гараж передан в аренду ФИО3 Согласно разделу 2 договора аренды арендуемое помещение предоставлено арендатору для хранения личного автотранспорта и мелкого ремонта, не связанного с предпринимательской деятельностью. Судом установлено, что ФИО3 не является работником ООО «ИЖ», что подтверждается штатным расписанием общества (л.д. 60), списочным составом общества (л.д. 58-59), справкой от 15.01.2007 (л.д. 61). Также отсутствуют доказательства осуществления им услуг по поручению ООО «ИЖ». Ссылка подателя жалобы на объяснения ФИО2 и ФИО4, как на доказательство виновности ООО «ИЖ», взятые в ходе производства по делу об административном правонарушении, судом апелляционной инстанции не принимаются, поскольку противоречат вышеуказанным документам. Из показаний ФИО5 также не следует, что ремонт автомашины произведен работником ООО «ИЖ». В соответствии со статьей 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Пунктом 4 данной статьи предусмотрено, что неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого
и (или) закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях могут быть устранены без возвращения дела на новое рассмотрение и при этом не усиливается административное наказание или иным образом не ухудшается положение лица, в отношении которого вынесены указанные постановление, решение. При таких обстоятельствах решение судьи Новосибирского областного суда от 19 марта 2021 г. подлежит изменению путем исключения из его мотивировочной части указания на протокол о личном досмотре, досмотре вещей, находящихся при физическом лице, как на доказательство виновности Старостенко Е.В. в совершении вмененного административного правонарушения. На основании изложенного, руководствуясь статьями 30.13 и 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья Верховного Суда Российской Федерации постановил: решение судьи Новосибирского областного суда от 19 марта 2021 г., вынесенное в отношении Старостенко Е.В. по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, изменить, исключить из его мотивировочной части указание на протокол о личном досмотре, досмотре вещей, находящихся при
изложенного судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции был сделан правильный вывод о том, что протокол о лесонарушении от 30.08.2010 № 3 не может являться надлежащим доказательством, подтверждающим факт совершения ответчиком вменяемого ему лесонарушения и причинения в результате его совершения вреда лесному фонду. Иных допустимых и относимых доказательств, подтверждающих факт незаконной рубки и вину ответчика в совершении рассматриваемого лесонарушения, в материалах дела не имеется. Также необоснованными апелляционный суд считает ссылку истца как на надлежащее доказательство виновности ответчика на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 15.04.2011 (том 1, л.д. 25) и на ответ Карельской межрайонной природоохранной прокуратуры от 16.05.2011 № 68ж-2011 (том 1, л.д. 26). Судом обоснованно сделан вывод, что имеющееся в материалах дела постановление дознавателя МОВД «Олонецкий» ФИО4 об отказе в возбуждении уголовного дела от 15.04.2011 года не является надлежащим доказательством, подтверждающим факт причинения ущерба и вину ответчика. В уголовно-процессуальном порядке ООО «Карелфинлес» не признано виновным. Согласно статье
объектов капитального строительства, подтверждается свидетельством о допуске видам работ, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства, регистрационный номер 519-2010-34-АА-000686, выданным 21.05.2010 некоммерческим партнерством «Саморегулируемая организация «Межрегиональный Альянс Строительных Предприятий», без ограничения срока действия свидетельства. Суды отклонили доводы налогового органа о том, что данной организацией были поданы ложные сведения в СРО по квалифицированным работникам (инженерный и руководящий состав), и выданное свидетельство не является легитимным. Как отметили суды, данное обстоятельство не может быть расценено как доказательство виновности налогоплательщика, поскольку оно не располагает полномочиями налогового органа для проверки достоверности сведений, представленных соискателем для получения свидетельства СРО о допуске к видам работ, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства. При этом доказательств признания недействительным указанного свидетельства инспекцией не представлено. Факт выполнения предъявленных обществом «СтройЭкология» к оплате строительно-монтажных работ по указанным выше объектам инспекцией не опровергается. Учредитель и руководитель данной организации ФИО3, а также исполнительный директор ФИО4 подтверждают факт регистрации юридического лица и
которых он указал, что в период с 02.03.2017 по 03.03.2017 предпринимателю проводились работы по вывозу и складированию грунта с рабочего участка русла протоки реки Селенга, близ с. Полесье. Ни протокол об административном правонарушении, по оспариваемое постановление не содержат ссылок на такое доказательство как Справку о результатах выезда на карьер предпринимателя ФИО1 от 21.03.2017 составленную старшим государственным инспектором ФИО2 (т. 2, л. 49), что указывает на то, что данное доказательство не рассматривалось административным органом, как доказательство виновности предпринимателя. Из материалов дела не возможно установить, давалась ли административным органом оценка данному доказательству и было ли оно положено в основание принятия оспариваемого постановления, предоставлялось ли оно для ознакомления предпринимателю в ходе рассмотрения дела об административном правонарушении. В связи с указанным, суд апелляционной инстанции не может принять данный документ как надлежащее доказательство виновности предпринимателя. Кроме того, суд апелляционной инстанции усматривает, что доводы административного органа в апелляционной жалобе о том, что суд первой инстанции не
