Досрочное истребование по договору хранения - гражданское законодательство и судебные прецеденты

дела имеются иные почтовые уведомления (в том числе судебные), которые свидетельствуют о получении Кооперативом корреспонденции, направленной по тому же адресу, в почтовом отделении в деревне Стризнево. Представители сторон, в том числе Банка, также в судебном заседании подтвердили наличие в деревне Стризнево своего почтового отделения. Действия Банка по досрочному истребованию кредита одновременно с заключением дополнительного соглашения, изменяющего залог сельскохозяйственных животных, нельзя признать обоснованными. В дальнейшем, согласно указанным в настоящем решении актам службы судебных приставов, скот в количестве 3 голов нетелей и 242 голов телок, являющийся предметом договора о залоге сельскохозяйственных животных с учетом дополнительного соглашения от 17.08.2010, был арестован и передан на хранение обществу с ограниченной ответственностью «Кипелово». В материалах дела отсутствуют документальные сведения о том, почему был арестован и передан на хранение не весь скот, какие-либо акты о недостаче, составленные надлежащим образом (в присутствии представителей Кооператива, либо с извещением Кооператива) Банком не представлены. При этом определением от 20 сентября

не представлено. Ходатайство ответчика об истребовании документов судом первой инстанции отклонено, соответствующее процессуальное действие в рамках апелляционного производства (в составе доводов апелляционной жалобы на мотивированную часть судебного решения) со стороны ответчика не оспорено. Данное ходатайство (л.д. 153-154) не соответствуют требованиям ч. 2 ст. 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (не содержит именования органа хранения документации и т.п.). Предположение о хранении документации, в состав которой входит уведомление банка о досрочном истребовании кредита, основано только не общей ссылке в договоре банка о хранении документации, что не составляет должного основания применения ч. 1 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Сам ответчик не может пояснить, когда и по какой именно задолженности, имело место заявленное им уведомление банка о досрочном возврате кредита; приводит два варианта исчисления срока исковой давности при наличии и отсутствии досрочного истребования (отзыв – л.д. 180). К тому же о хранении какой-либо документации банка у сторонней организации, о наличии заключительного

очередного платежа. Согласно условиям Договора микрозайма (п. 4.2.), при досрочном истребовании сумм задолженности по договору Фонд уведомляет заемщика путем направления письменного требования о досрочном возврате микрозайма с указанием даты возврата. 29.04.2021г. истец направил в адрес ООО «ЭЛЬБРУС» претензию от 26.04.2021, в которой попросил погасить образовавшуюся просроченную задолженность, а в случае неисполнения данного требования, произвести досрочный возврат всей основой суммы долга, включая уплату процентов и пеней по Договору, а также предупредил о возможном обращении взыскания на заложенное по Договорам залога имущество. В соответствии с требованиями претензии в случае невыполнения требований об оплате долга в течение 5 рабочих дней после получения претензии, сумма микрозайма должна быть возвращена досрочно в полном объеме. Согласно отчету об отслеживании отправления ООО «ЭЛЬБРУС» претензию не получало. При этом претензия поступила в почтовое отделение по месту нахождения ООО «ЭЛЬБРУС» 03 мая 2021г. Возврат претензии отправителю из-на истечения срока хранения произведен 03.06.2021. Таким образом, срок для исполнения обязанности по