Геленджик (далее – управление) на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 13.09.2021 по делу № А32-46482/2020, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.10.2021 и постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.12.2021 по тому же делу по иску общества с ограниченной ответственностью «Инжпроектстрой» (далее – общество) о взыскании с управления, а при недостаточности лимитов бюджетных обязательств с муниципального образования город-курорт Геленджик в лице администрации 5 426 603,83 руб. задолженности (стоимости выполненных работ), 41 772,08 руб. фактического ущерба , 55 727 руб. расходов по уплате государственной пошлины, установила: решением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.09.2021, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.10.2021 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.12.2021, с управления, а при недостаточности лимитов бюджетных обязательств, с администрации в пользу общества взыскано 5 426 603,83 руб. задолженности, 34 854,62 руб. убытков, 50 278, 32 руб. расходов по уплате государственной пошлины, а также 69 911,54 руб. расходов по
норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований для пересмотра обжалуемых судебных актов в коллегиальном судебном заседании по доводам, изложенным в жалобе, не установлено. Общие правила возмещения убытков и порядок их определения предусмотрены статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой в состав реального ( фактического ущерба ) включаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Пункт 2.1 статьи 12 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» также исходит из того, что размер убытков, причиненных имуществу потерпевшего, определяется в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая. Произведенная во внесудебном порядке страховая выплата соответствует размеру убытков, определенному
км 1041+776 - км 1166+710, является учреждение «Волго-Вятскуправтодор». Ссылаясь на то, что ответственными за причиненный вред являются собственник АЗС № 16097 и обслуживающая автодорогу компания, общество «БИН Страхование» обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым иском. Удовлетворяя заявленные требования частично и взыскивая с общества «Лукойл-Уралнефтепродукт» сумму страхового возмещения в порядке суброгации, суд первой инстанции исходил из того, что общество «БИН Страхование» выплатило ФИО3, страховое возмещение в сумме 102 591 руб., указанная сумма составляет реальный ( фактический) ущерб истца. Принимая во внимание то обстяотельство, что территория АЗС №16097 находится в ведении общества «Лукойл-Уралнефтепродукт», требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения на территории АЗС № 16097, должны обеспечиваться обществом «Лукойл-Уралнефтепродукт», суд первой инстанции, признав учреждение «Волго-Вятскуправтодор» ненадлежащим ответчиком, в удовлетворении требований к данному лицу отказал. Суд апелляционной инстанции поддержал изложенные в решении выводы суда первой инстанции. Проверив законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их
и возражений. Как установлено судами, истец в порядке суброгации обратился в страховую компанию, застраховавшую гражданскую ответственность виновного в ДТП водителя, в соответствии с Федеральным законом от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", получил страховое возмещение в максимальном размере 400 000 руб., что, в конечном итоге не возместило ущерб в полном объеме. Конституционный суд РФ своим постановлением от 10.03.2017 N 6-П разъяснил, что если страховой выплаты потерпевшему недостаточно, чтобы покрыть фактический ущерб , разница восполняется за счет причинителя вреда. Таким образом, потерпевший (в настоящем случае ЗАО «МАКС»), которому выплачено в порядке суброгации возмещение по ОСАГО, вправе рассчитывать на полное возмещение имущественного вреда. При этом он должен доказать, что его фактический ущерб больше суммы полученной страховки. В свою очередь причинитель вреда может, например, ходатайствовать о назначении судебной экспертизы, о снижении размера возмещения ущерба. Судами установлено, что фактический ущерб в размере 824 545 10 руб. подтвержден актом выполненных
акты отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ее к субсидиарной ответственности в заявленном размере отказать, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам. Заявитель кассационной жалобы считает, что документы, имевшиеся в распоряжении ответчика, были переданы конкурсному управляющему до принятия решения по заявлению конкурсного управляющего к ООО «СтройТехникСервис» о взыскании 5 670 000 руб. долга и фактический ущерб , причиненный интересам кредиторов, составляет всего 449 000 руб.; что договор купли-продажи от 15.01.2016 № 15/01/15А до настоящего времени не признан недействительной сделкой (постановлением суда кассационной инстанции от 06.03.2018 судебные акты о признании ее недействительной отменены и обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции); что непередача документации по несуществующим фактическим активам, ошибочно учтенным на балансе должника, не влияет на проведение процедуры банкротства должника, что конкурсный управляющий должником не предпринял мер по
договору ОСАГО, выплатило истцу 400 000 руб. страхового возмещения в пределах лимита, установленного Федеральным законом от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон № 40-ФЗ). Ссылаясь на то, что ДТП произошло по вине водителя, являющегося работником предприятия, страховая компания обратилась в суд с иском о взыскании с ответчика 301 516 руб. 38 коп., составляющих разницу между фактическим ущербом и выплаченным АО «МАКС» страховым возмещением (696 516,38 ( фактический ущерб ) + 5 000 (услуги эвакуатора) – 400 000). Суд, признав заявленные страховой компанией требования обоснованными по праву и по размеру, удовлетворил иск. Апелляционная инстанция не находит оснований для отмены решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы. В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 965 ГК РФ, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за
выполненную работу. В пункте 19 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда" разъяснено, что статья 717 ГК РФ устанавливает максимальный предел возмещения убытков в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения договора подряда. Данная норма не содержит исключения из общего правила возмещения убытков и не освобождает истца от обязанности доказывания возникших у него убытков, а лишь ограничивает размер возмещения в случае, если фактический ущерб превышает установленный законом максимальный предел. Пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по смыслу ст.15 ГК РФ упущенная выгода представляет собой неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Пунктами 2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами
Преступления совершены ими в г. Балаково Саратовской области при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора. В апелляционной жалобе представитель потерпевшего Т. считает приговор необоснованным и несправедливым, подлежащим отмене. В доводах выражает несогласие с выводами суда в части признания за потерпевшим ООО «<данные изъяты> права на удовлетворение гражданского иска и передачи вопроса о размере его возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства. Указывает, что Обществом с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>» органам предварительного расследования был предоставлен фактический ущерб - локальный сметный расчет на разборку и укладку рельсов, произведенный ООО «ПК «<данные изъяты>, согласно которому стоимость работ по восстановлению одного метра железнодорожного пути составляет 14 120 рублей. Отмечает, что при допросе Т. в качестве потерпевшей в ходе предварительного расследования 15 мая 2017 года был заявлен фактический ущерб, причиненный ООО «<данные изъяты>», в размере 169 440 рублей, но следствием указанный размер ущерба во внимание принят не был. Выражает несогласие с расчетом фактического ущерба исходя
РФ, обязательным условием для прекращения уголовного дела с назначением меры уголовного-правового характера в виде судебного штрафа является возмещение причиненного ущерба или иным образом заглаживание причиненного преступлением вреда, в то же время, материалами дела не установлено, какой вред причинен здоровью населения действиями ФИО3, по мнению автора апелляционного представления, внесение ФИО3 в благотворительный фонд «Инсан» денежных средств в сумме 50 000 рублей в качестве возмещения ущерба за совершенное им преступление нельзя принять во внимание, так как фактический ущерб , причиненный здоровью населения действиями ФИО3 невозможно определить и не определен, данная сумма (50 000 рублей) является несопоставимой с изъятыми незарегистрированными на территории РФ медицинскими изделиями-препаратами на сумму 1 068 737 рублей, принадлежащими ФИО7, что свидетельствует о необратимом ущербе, причиненного здоровью населения, которые явились покупателями указанных медицинских препаратов, кроме того, в постановлении неправильно указан год рождения ФИО3 как «2021 год» вместо фактического года его рождения – «1991 год». В своих возражениях на апелляционное представление
