значительного ущерба гражданам»; утверждает, что суд первой инстанции, признав его виновным по 15 преступлениям, принял решение о частичном сложении наказаний на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, но не назначил ему наказание по совокупности преступлений на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ; просит переквалифицировать его действия 1 июня 2006 года в отношении потерпевшей В. с п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ на ст. 325 УК РФ, поскольку он совершил только хищение документов потерпевшей. Также обращает внимание на то, что в ходе следствия ему предъявлялось обвинение по ч. 2 ст. 325 УК РФ в связи с хищением 28 февраля 2006 года паспорта у А. которое при рассмотрении дела в суде не нашло своего подтверждения, однако судом в этой части никакого решения не принято. Изучив материалы уголовного дела и проверив доводы надзорной жалобы осужденного, Судебная коллегия находит приведенные ФИО1 доводы о незаконности принятых в отношении него судебных решений
его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре. Пунктами 16, 16.8, 16.8.2 и 16.8.4 Условий страхования предусмотрено, что не признаются страховыми случаями события, приведшие к хищению ТС, если они наступили при хищении либо угоне при том, что вместе с ТС похищено также свидетельство о регистрации ТС или ключ замка зажигания. Арбитражный суд усмотрел факт наступления страхового случая, так как хищение документов и ключей совершено до угона автомобиля. Выводы суда о ничтожности положений Условий страхования нельзя признать правомерными, однако они не привели к принятию неправильного решения по делу. Поскольку ответчиком не представлены доказательства, свидетельствующие о наступлении страхового случая вследствие умысла страхователя, выводы суда о наличии оснований для удовлетворения исковых требований являются обоснованными, соответствующими материалам дела и действующему законодательству. По результатам рассмотрения кассационной жалобы Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа пришел к выводу о том, что обжалуемые судебные
переданы только договоры возмездного оказания услуг в количестве 28 штук и приложенные к ним акты выполненных работ, иных договоров нет (займа, купли-продажи, уступки права и др.). Документы за 2011 год отсутствуют, однако в ответе из Гостехнадзора Гафурийского района Республики Башкортостан №95 от 27.07.2015 содержится информация о снятии двух тракторов МТЗ-82.1 02.07.2012 и 19.06.2012 с учета, договоры купли-продажи не переданы. Конкурсный управляющий указывает, что в процедуре наблюдения временному управляющему ничего не передавалось, руководитель ссылался на хищение документов , однако должник с осени 2011 года, уже после хищения, обращался в суд с исковыми заявлениями. Конкурсный управляющий ссылается также на наличие сведений с сайта суда о заключении договора уступки права требования между ООО «Архангельск - 2» и СПЗК «Усолье» 24.01.2011 на сумму 17 000 000 руб., (дело №А07-21174/2013), представлял СПЗК «Усолье» ответчик, значит, ответчик имеет договор. После хищения документов, ответчик их использует в судебных процессах. Конкурсный управляющий указывает, что бывшему директору отказано в
гибели. Комиссия по результатам своей работы составляет акт, который утверждает руководитель организации. Такой акт в деле отсутствует. Во-вторых, при отсутствии указанного выше акта запрос в адрес конкурсного управляющего ЗАО «Агропромышленная фирма «Каскара» (л.д. 67-71) с требованием пояснить ответчику об обстоятельствах изъятия сотрудниками частного охранного предприятия документации СПК «Каскаринский» из принадлежащих ему помещений не является относимым доказательством (статья 68 АПК РФ). Доказательств обращения СПК «Каскаринский» в правоохранительные органы по данному факту ответчиком также не представлено. Хищение документов в любом случае создает обязанность кооператива их восстановления в установленном законом порядке. Распоряжение от 20.08.2014 №12/44 указывает лишь на то, что в отношении СПК «Каскаринский» дано распоряжение провести оперативно-розыскное мероприятие (л.д.65-66). Протокол (иной документ) изъятие в ходе указанного мероприятия документов ответчика не представлен. Таким образом, судом дана надлежащая правовая оценка всем доводам ответчика. Пунктом 8 статьи 39 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» установлено, что производственный кооператив по требованию своих членов
каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо. В силу указанных норм обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте правонарушения, лежит на Инспекции. В данном случае из материалов дела не следует, что утрата ( хищение) документов произошла в результате виновных действий (бездействия) Общества. При таких обстоятельствах апелляционная инстанция считает правильным вывод суда первой инстанции о незаконности привлечения Общества к налоговой ответственности за непредставление 13 документов, указанных в пунктах 1, 2, 3, 5, 6, 7, 8, 9, 12, 13, 19 и 20 (требование № 409) , и 3 документов (требование № 289), в виде взыскания штрафа в размере 800 руб. (16x50=800). Кроме того, требованиями от 02.08.2004 № 498, от 14.01.2005 №
несет руководитель организации. Возражая против удовлетворения иска, Ответчик указал на отсутствие у него документов Общества в связи со следующим: В ночь с 20 на 21 сентября 2016 в офисе ООО «Амарант» произошла кража документов, указанных Истцом в п.1, 3-9 просительной части искового заявления. Ответчиком, как генеральным директором Общества на тот момент, было подано заявление в полицию (талон-уведомление № 1088 от 21.09.2016). В возбуждении уголовного дела было отказано в виду того, что полиция не квалифицировала хищение документов в качестве кражи, однако факт хищения документов полицией установлен. Документы, указанные в п.2 просительной части иска находятся по адресу места нахождения Общества, но в помещении № 14 на втором этаже, которое сейчас арендует ИП ФИО5 То обстоятельство, что все бухгалтерские документы были перенесены на второй этаж в помещение № 14 подтвердила ФИО7, допрошенная в качестве свидетеля в судебном заседании 21.04.2017. Истец, возражая против доводов Ответчика, ссылался на ответ ООО «Лотос» (арендодатель) от 29.05.2017, в
Документы решил вернуть за вознаграждение. После он снова зашел в дом, где на лестнице его заметил хозяин. Он выбежал из дома, забрал вещи за оградой и убежал. Таким образом, из показаний осужденного установлено, что после совершения хищения он фактически распорядился похищенным имуществом. Обнаружение документов в кармане похищенной куртки уже после совершения хищения имущества не образует состав преступления, предусмотренный ч.2 ст.325 УК РФ. Обязательным признаком субъективной стороны данного состава преступления является наличие прямого умысла на хищение документов , то есть умысел виновного должен быть направлен именно на хищение документов, а не иного имущества. При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу о том, что хищение документов охватывается диспозицией п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ и дополнительной квалификации не требует, что подтверждается квалификацией самого органа следствия по данному эпизоду как оконченного состава преступления. Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, соразмерно содеянному, с учетом обстоятельств дела, характера и
