(надзора), муниципального контроля и защиты прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора), муниципального контроля. Под федеральным государственным лесным надзором (лесной охраной) Лесной кодекс Российской Федерации понимает деятельность уполномоченных федерального органа исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, направленную на предупреждение, выявление и пресечение нарушений органами государственной власти, органами местного самоуправления, юридическими лицами, их руководителями и иными должностными лицами, индивидуальными предпринимателями, их уполномоченными представителями и гражданами требований, установленных данным кодексом, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации в области использования, охраны, защиты и воспроизводства лесов, посредством организации и проведения проверок указанных лиц, проведения мероприятий по контролю в лесах, принятия предусмотренных законодательством Российской Федерации мер по пресечению и (или) устранению последствий выявленных нарушений, и деятельность указанных уполномоченных органов государственной власти по систематическому наблюдению за исполнением требований лесного законодательства, анализу и
охотхозяйственные соглашения. Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции правильно исходил из того, что пункт 4 Порядка соответствует Федеральному закону «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», частью 9 статьи 24 которого предписано, что квота добычи охотничьих ресурсов в отношении каждого закрепленного охотничьего угодья определяется в соответствии с заявками, представленными юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, заключившими охотхозяйственные соглашения в соответствии с данным федеральным законом. Довод административного истца о противоречии оспариваемого положения нормативного правового акта части 1 статьи 71 Федерального закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» обоснованно признан судом первой инстанции несостоятельным. Положения статьи 71 Федерального закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не регулируют вопрос об объеме прав долгосрочного пользования животным миром, а определяют сроки
ответчика по вопросу применения положений Закона о государственной регистрации недвижимости и Закона № 340-ФЗ в части кадастрового учета и государственной регистрации прав на объекты индивидуального жилищного строительства и садовые дома в связи с поступившими обращениями застройщиков. Письмо адресовано территориальным органам Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, федеральному государственному бюджетному учреждению «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» и его филиалам, Государственному комитету по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, Управлению государственной регистрации права и кадастра Севастополя, Ассоциации «Национальное объединение саморегулируемых организаций кадастровых инженеров». В обжалуемом решении правомерно указано, что общее содержание Письма носит информационный, справочный характер, связанный со вступлением в силу с 4 августа 2018 г. Закона № 340-ФЗ, которым внесены изменения в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации (включая Закон о государственной регистрации недвижимости), а также со вступлением в силу с 1 января 2019 г. Федерального закона от 29 июля
местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. Системный анализ указанных норм позволяет сделать вывод, что рассмотрению в арбитражном суде подлежит ненормативный правовой акт, под которым понимается индивидуальный акт государственного или муниципального органа, адресованный конкретному лицу и содержащий обязательные для этого лица правила поведения, при этом он не содержит норм права, рассчитанных на неоднократное применение в отношении неопределенного круга лиц. Таким образом, необходимыми признаками ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия), которые могут быть оспорены в арбитражном суде, являются нарушение прав и законных интересов определенных лиц в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконное возложение на таких лиц каких-либо обязанностей, создание иных препятствий
иметь в виду, что антимонопольному контролю в соответствии со статьями 15 и 16 Закона № 135-ФЗ подлежат нормативные и индивидуальные правовые акты, иные решения лиц, перечисленных в пункте 2 части 1 статьи 1 Закона № 135-ФЗ, их действия (бездействие), соглашения и (или) согласованные действия, способные влиять на конкуренцию на товарных рынках, в том числе принятые (совершенные) в связи с реализацией властных полномочий. Таким образом, из приведенных нормативных положений следует, что не любой нормативный или индивидуальный акт органов государственной или муниципальной власти, принятый с нарушением действующего законодательства, может быть квалифицирован как нарушение статьи 15 Закона о защите конкуренции, а только такой акт (решение, действие), которое приводит или может привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции. В обоснование поданного заявления Общество оценивает действия Управления, выразившиеся в изменении режима работы поста ветеринарного и фитосанитарного контроля на СВХ ЗАО «ИНМАР», как незаконные, нарушающие его права, а также нарушающие действующее антимонопольное законодательство. Приведенные Обществом аргументы отклонены
Полубехина Н.С., Серикова И.А.) решение суда оставлено без изменения. Постановлением Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 18.06.2002 (судьи Сергеева И.В., Шпачева Т.В., Марьянкова Н.В.) состоявшиеся по делу судебные акты оставлены без изменения. Минобразование России обратилось с заявлением о разъяснении решения от 08.02.2002 и просило ответить на вопрос о том, «на каком основании суд рассматривает распоряжение КУГИ от 03.05.95 № 221-р принятым в соответствии с полномочиями указанного органа», а также «указать на конкретный нормативный или индивидуальный акт , в котором подтверждено право КУГИ властным путем осуществлять в указанном распоряжении прекращение права оперативного управления Университета на здание общественного назначения по пр. Обуховской Обороны, д. 114, лит. А, 1939 года постройки, которое государством в собственность иных граждан, юридических лиц и муниципальных образований не закреплялось, в том числе на балансе Обуховского завода в качестве производственного здания цеха № 085, 1936 года постройки». Определением от 09.06.2004 указанное заявление отклонено по следующим мотивам: из заявления не
КУГИ от 19.11.2013 № 30298-32, испрашиваемый земельный участок находится в фактическом пользовании третьего лица – Предприятия. Согласно заключениям КГА от 15.11.2013 № 1-4-59938/5 и от 18.12.2013 № 1-4-66059/5 на испрашиваемом земельном участке распоряжением Правительства Санкт-Петербурга от 15.05.2007 № 39-рп «Об утверждении примерного Адресного перечня автостоянок в Санкт-Петербурге» предусмотрено размещение перехватывающей автостоянки. С учетом названных обстоятельств суды правомерно посчитали, что в случае принятия Правительством Санкт-Петербурга решения о предоставлении Обществу спорного земельного участка для строительства этот индивидуальный акт распорядительного характера противоречил бы акту исполнительного органа государственной власти, имеющему нормативный характер, в части функционального использования земельного участка и назначения размещаемых на нем объектов. То обстоятельство, что перехватывающую автостоянку планируется обустроить на испрашиваемом земельном участке площадью 19 657 кв. м с кадастровым номером 78:36:1310101:46, Общество относимыми и допустимыми доказательствами, представленными в соответствии со статьями 65, 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в суде первой инстанции, не опровергло, хотя на данное обстоятельство