Исковая давность в уголовном праве - гражданское законодательство и судебные прецеденты

кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, заявитель просит отменить состоявшиеся судебные акты, ссылаясь на существенное нарушение судами норм материального права. В обоснование доводов жалобы заявитель выражает несогласие с выводами судов об истечении срока исковой давности. По мнению ФИО1, суды не учли, что о фактических владельцах спорных стало известно в 2019 году в результате следственных действий в рамках уголовного дела в отношении ФИО25 В соответствии с частью 1 статьи 291.1, частью 7 статьи 291.6 и статьей 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Изучив судебные акты, состоявшиеся по делу,

наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск. Суды обоснованно отклонили доводы истца о том, что срок исковой давности следует исчислять с момента возбуждения уголовного дела, поскольку возбуждение уголовного дела не предусмотрено действующим законодательством в качестве основания перерыва течения срока исковой давности. По смыслу пункта 3 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином - индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска. В рассматриваемом случае исковое заявление подано в суд 30.09.2021 за период задолженности с февраля 2015 г. по июль 2018 г. В силу статьи 195, пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Согласно

ФИО1 обращает внимание на то, что им при рассмотрении настоящего дела было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности. Полагает, что о нарушении исключительных прав на аудиовизуальные произведения истцу стало известно 01.10.2010 (с момента начала предварительной доследственной проверки), тогда как настоящее исковое заявление было подано 19.06.2014, то есть после истечения общего срока исковой давности. По мнению ответчика, материалами настоящего дела не подтверждено совершение им действий, нарушающих исключительные права истца на произведение. Ответчик утверждает, что незаконное использование объектов авторского права осуществлялось не им, а ФИО2, который в рамках уголовного дела подтверждал, что незаконно получил и использовал объекты авторских прав и не поставил об этом в известность ФИО1 Истцом отзыв на кассационную жалобу не представлен. Стороны, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения

имело место обращение в суд в установленном порядке или обязанным лицом совершены действия, свидетельствующие о признании долга. Десятилетний срок, установленный пунктом 2 статьи 196 ГК РФ, не подлежит применению к требованиям, на которые в соответствии с законом исковая давность не распространяется (например, статья 208 ГК РФ). По смыслу статей 195, 196, 200 ГК РФ, ст. 49 Конституции РФ, течение срока исковой давности следует исчислять с момента вступления в законную силу судебного постановления, которым производство по уголовному делу прекращено по не реабилитирующим основанием, поскольку именно с указанного времени определено право истца требовать возмещения вреда, причиненного преступлением. При рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства иска о возмещении ущерба, причиненного подвергнутым уголовному преследованию лицом, данные предварительного расследования, включая сведения об установленных органом предварительного расследования фактических обстоятельствах совершенного деяния, содержащиеся в решении о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, в силу части первой статьи 67 и части первой статьи

дома перешли на нее, а также тем обстоятельством, что квартира в 2010 году была сдана в аренду на длительный срок, поэтому ФИО3 не мог не знать об указанном факте, поскольку проживал в указанной квартире и, следовательно, на период сдачи квартиры в аренду, должен был покидать ее и вывозить свои личные вещи. ФИО4 ссылается на то, что отклоняя как несостоятельный довод истца о том, что срок исковой давности должен исчисляться с момента возбуждения уголовного дела или с того момента, как истец узнал о нарушенном праве , суд первой инстанции указал, что истец должен был и мог узнать о том, что квартира находилась в собственности ответчика, и ФИО3 проявив определенную степень озабоченности, обязан был проявить интерес к состоянию своего недвижимого имущества с 2003 года, однако не представил суду сведений о том, что вообще интересовался судьбой квартиры за все это время. Суд апелляционной инстанции, оставляя решение суда без изменения, указал на то,