русского литературного языка (в том числе нецензурной брани), за исключением иностранных слов, не имеющих общеупотребительных аналогов в русском языке. Указанные требования законодательства следователем при составлении обвинительного заключения соблюдены не были. Так, в обвинительном заключении в отношении ФИО1 при изложении содержания доказательств (показаний потерпевшего Потерпевший №1) следователь привел нецензурное выражение. Кроме того, нецензурные выражения содержатся и в иных процессуальных документах – в протоколе допроса потерпевшего Потерпевший №1, протоколе допроса свидетеля Свидетель №1 Использование следователем в процессуальных документах ненормативной лексики - нецензурной брани является нарушением требований закона, которое может исказить смысл доказательства и правильное толкование таких слов и выражений другими лицами, участниками судопроизводства. Оглашение (озвучивание) в судебном заседании изложенных в протоколах следственных действий показаний, содержащих ненормативную лексику, затрагивает и морально-этическую сторону судопроизводства. При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что обвинительное заключение, представляющее собой единый процессуальный документ, завершающий предварительное следствие, составлен с нарушением требований законодательства Российской Федерации. Обвинительное заключение
составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ, а вопрос об исключении доказательств - заключений экспертов, может быть решен судом после их исследования. Выслушав мнения участников процесса, проверив материалы дела, суд приходит к следующим выводам. /дата/ настоящее уголовное дело и.о. заместителя начальника СС УФСКН России по Московской области - начальником 9 отдела майором полиции А. было возвращено для производства дополнительного следствия, поскольку при проверке дела им были выявлены следующие нарушения: использование следователем в процессуальных документах ненормативной лексики - нецензурных выражений, что является прямым нарушением требований закона (Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18 июля 2012 года № 49-012-38 СП). /дата/ Клинский городской прокурор Б. вновь возвратил настоящее уголовное дело для производства дополнительного расследования, поскольку следователь ограничился лишь пересоставлением обвинительного заключения, не устранив при этом нарушения, допущенные при осмотре вещественных доказательств и прослушивания фонограмм телефонных переговоров, тем самым, нарушив требования ст. 85-88 УПК РФ. После
что из заявления потерпевшей следует, что она восприняла фразу ФИО2, как угрозу физической расправой, но не угрозу убийством. Отмечает, что заявление ею подано через значительный период времени после произошедшего. Считает, что заявление, содержащее нецензурное выражение, является недопустимым доказательством, поскольку не соответствует требованиям ст.ст. 73-74, 240-241 УПК РФ, как и ряд иных доказательств по делу. Отмечает, что в Определении Верховного Суда РФ от 18 июля 2012 года № 49-О12-38СП дана правовая оценка использованию следователем в процессуальных документах ненормативной лексики . Обращает внимание, что в обвинительном заключении при описании преступного деяния отсутствует нецензурное выражение, считает, что из обвинительного заключения следует, что умысел и действия ФИО2 носили длящийся характер, что опровергается протоколом очной ставки между ФИО14 и ФИО2, согласно которому осужденный держал потерпевшую не за шею, а за одежду, конфликт продолжался не более 1 минуты, после конфликта потерпевшая ушла домой не сразу, что, по мнению адвоката, подтверждает, что она не восприняла реально
