незаконно, указав какие нормы нарушила инспекция, суд считает не состоятельными и нормативно не обоснованными. Довод заявителя о коллизии решений судом отклонен. Слово « коллизия» употребляется в случае противоречия между правовыми актами, регулирующими одни и те же общественные отношения, а также между положениями одного и того же правового акта. Каких либо противоречий между оспариваемым решением Управления и решением Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Кемеровской области № 24324 судом не установлено. Решением Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Кемеровской области № 24324 отказано в возмещении 165 186 рублей налога на добавленную стоимость по основаниям, указанным в решении. Довод заявителя о том, что отменив решение № 36 о возмещении налога, оставив в силе решение № 24324, Управление заблокировало дальнейшую реализацию решения № 24324 и право налогоплательщика на получение возмещения по налогу на добавленную стоимость судом отклонен, поскольку в решения № 24324 отсутствует ссылка на возмещение налога в размере
первой инстанции правомерно не усмотрел. Выводы суда первой инстанции основаны на положениях статей 311, 316, 317 АПК РФ, материалам дела не противоречат. Довод заявителя о том, что судом не дана оценка наличия коллизии права несостоятелен, поскольку установление наличия либо отсутствия коллизии права в отраслевом и налоговом законодательствах не является обстоятельством, имеющим значение для решения вопроса о наличии или отсутствии оснований для пересмотра данного дела по вновь открывшимся обстоятельствам. Кроме того, тот факт, что согласно отраслевому законодательству норматив потерь полезного ископаемого устанавливается в отношении всей выемочной единицы, не может подменять положения налогового законодательства об определении налоговой базы по итогам каждого налогового периода (месяц) и не свидетельствует о наличии коллизии права . Как изложено ранее, обстоятельства, которые согласно пункту 1 статьи 311 АПК РФ являются основаниями для пересмотра судебного акта, должны быть существенными, то есть способными повлиять на выводы суда при принятии судебного акта. Между тем, приведенные заявителем обстоятельства к таковым
частности, постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.01.2013 № 11 «Об уплате налога на добавленную стоимость при реализации имущества должника, признанного банкротом». Предметом данной коллизии являлся порядок обложения и уплаты НДС с операций по реализации имущества должника, вошедшего в конкурсную массу. Следовательно, и подпункт 15 пункта 2 статьи 146 НК РФ подлежит пониманию именно в таком узком контексте, то есть касательно только имущества, вошедшего в конкурсную массу. Согласно письму департамента налоговой и таможенной политики Минфина России от 09 марта 2017 года № 03-04-05/13267 «О применении НДС и НДФЛ при реализации объектов недвижимости, являющихся имуществом должника, признанного в соответствии с законодательством РФ несостоятельным (банкротом)» в соответствии с подпунктом 15 пункта 2 статьи 146 Кодекса операции по реализации имущества и (или) имущественных прав должников, признанных в соответствии с законодательством Российской Федерации несостоятельными (банкротами), не признаются объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость. В силу положений подпункта 2 пункта 3 статьи
права предприятия, так как с учетом итогов проведенной выездной налоговой проверки выводы счетной палаты о неуплате налога на прибыль Предприятием, а также транспортного налога с требованиям произвести соответствующие корректировки в бухгалтерском и налоговом учете не соответствуют выводам налогового органа о размере неуплаченных Предприятием налогов, в результате чего сложилась коллизия ненормативных актов государственного налогового контроля. Суд, признавая представление счетной палаты законным и обоснованным указанную коллизию не устранил, несмотря на явное и очевидное противоречие выводов счетной палата и налогового органа. Помимо обозначенных выше норм материального и процессуального права следует отметить, что судом при составлении мотивированного решения нарушен срок, установленный статьей 176 АПК РФ. Так, резолютивная часть решения была оглашена судом 20.03.2017. а в мотивированной форме данное решение изготовлено лишь 27.03.2017 (т.21 л.д.3-20). Счетная палата апелляционную жалобу отклонила по основаниям, изложенным в отзыве на нее. Налоговая инспекция апелляционную жалобу отклонила по основаниям, изложенным в отзыве на нее. Иные лица, участвующие в деле,
налог покупатель заложенного имущества должен уплатить за должника-банкрота непосредственно в бюджет. Такое истолкование приводило, в частности, к формальному расхождению между оспариваемыми положениями и правилами очередности удовлетворения требований кредиторов в процедуре банкротства, создавая, кроме того, коллизии при реализации права на соответствующий налоговый вычет (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 10.11.2016 № 2561-О). Впоследствии принят Федеральный закон от 24.11.2014 № 366-ФЗ, который повлек отмену пункта 4.1 статьи 161 Налогового кодекса Российской Федерации и исключение из перечня операций, признаваемых объектом обложения НДС, операций по реализации имущества должников, признанных банкротами с 01.01.2015 (подпункт 15 пункта 2 статьи 146 Налогового кодекса Российской Федерации). Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно подчеркивал, что неопределенность налоговых норм может приводить к нарушению прав налогоплательщиков и вместе с тем к уклонению от исполнения обязанности по уплате налога, а потому акты законодательства о налогах и сборах должны быть изложены так, чтобы каждый точно знал, какие налоги и сборы, когда
орган должен был в течение 10 дней передать документы для возбуждения уголовного дела в полицию. Данный довод не может быть принят судом во внимание, поскольку возможность предъявления налоговым органом требования о взыскании задолженности предусмотрена нормами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации. Довод ответчика относительно отсутствия обязанности уплатить налог ввиду отмены федеральных, региональных и местных налогов пунктом 5 статьи 12 Налогового кодекса Российской Федерации основан на неверном толковании норм действующего законодательства. Исходной предпосылкой для разрешения коллизий в налоговом праве выступает идея приоритета кодифицированного акта (в нашем случае - НК РФ) перед нормами иных отраслевых нормативных актов. Такой приоритет выводится из п. 1 ст. 1 НК РФ, согласно которому законодательство Российской Федерации о налогах и сборах состоит из настоящего Кодекса и принятых в соответствии с ним федеральных законов о налогах и сборах. То же самое правило действует в отношении региональных и муниципальных нормативных правовых актов о налогах и сборах (п. 4, 5 ст.
рисками и при этом усматривается коллизия публичных и частных интересов с прежней занимаемой ею должностью государственной гражданской службы налогового инспектора; отказ Комиссии в даче согласия на заключение трудового договора направлен на предупреждение коррупционных проявлений. Ввиду того, что ФИО1 осуществлялись функции отдельного государственного правового управления в отношении Волжского ЛПУМГ-Филиала ООО «Газпром Трансгаз Нижний Новгород», являются обоснованными выводы суда о том, что трудоустройство ФИО1 в коммерческую организацию связано с работой в частном секторе и может повлечь коллизии публичных и частных интересов с прежней занимаемой должностью на государственной службе. Судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции правильно определены правоотношения, возникшие между сторонами по настоящему делу, определены и установлены в полном объеме юридически значимые обстоятельства. Выводы суда основаны на всестороннем, объективном, полном и непосредственном исследовании представленных сторонами доказательств, правовая оценка которым судом дана в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также нормами материального права , регулирующими спорные правоотношения, и
