Конституции Российской Федерации, определяют организацию субъектов Российской Федерации и образуют основу законодательства и иного правотворчества по вопросам их исключительного ведения. Что касается совместного ведения Российской Федерации и ее субъектов, то конституции и уставы субъектов Российской Федерации служат основой их законодательства по этим вопросам наряду с федеральными законами без ущерба для верховенства последних. Конституционные принципы федеративного устройства, учредительный характер Конституции Российской Федерации и конституций (уставов) субъектов Российской Федерации обеспечивают органическое единство федерального и регионального конституционно-правового регулирования и тем самым - единство конституционно-правового пространства, единство конституционно-правового регулирования в условиях федеративного государства, которое не должно нарушаться текущим федеральным регулированием посредством законов. Конституция (устав) субъекта Российской Федерации - это целостный, единый акт, имеющий высшую юридическую силу в системе правовых актов субъекта Российской Федерации, и такой силой обладает любое его положение. Поэтому нельзя разделить нормы конституций и уставов субъектов Российской Федерации на имеющие и не имеющие конституирующий, т.е. учредительный, характер. Особенности конституций (уставов)
предвыборной агитации против всех участвующих в выборах кандидатов (против всех списков кандидатов) без оплаты данной деятельности за счет средств соответствующих избирательных фондов, не могут рассматриваться как нарушающие избирательные права граждан, свободу выражения мнений и свободу слова и не противоречат Конституции Российской Федерации, ее статьям 3 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 29 (части 4 и 5), 32 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), поскольку они - по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правовогорегулирования - не исключают возможность осуществления гражданами Российской Федерации предвыборной агитационной деятельности, направленной на склонение избирателей к голосованию на выборах против всех включенных в избирательный бюллетень кандидатов (списков кандидатов), добровольно бесплатно лично, без привлечения третьих лиц, и не затрагивают право граждан свободно, во внеагитационных формах, выражать свою позицию по любым социально значимым вопросам в предвыборный период. 10. Как следует из пункта 1 резолютивной части Постановления от 14 ноября 2005 года, оспариваемые законоположения
для его отстранения арбитражным судом от исполнения соответствующих обязанностей. Федеральным законом от 8 августа 2001 года "О лицензировании отдельных видов деятельности" необходимость лицензирования деятельности арбитражных управляющих не предусматривается. Соответственно, в Федеральном законе от 26 октября 2002 года "О несостоятельности (банкротстве)" лицензирование как форма государственного регулирования деятельности арбитражных управляющих заменена на иной, альтернативный механизм обеспечения стандартов профессиональной деятельности, предполагающий обязательность их членства в одной из саморегулируемых организаций арбитражных управляющих. В такой замене проявляется конституционный принцип соразмерности в правовомрегулировании экономической деятельности. Создание саморегулируемых организаций арбитражных управляющих практически одновременно с отказом от лицензирования деятельности арбитражных управляющих означает, что государство переложило на эти организации часть своих, публично-правовых, функций. Такой подход напрямую связан с проводимой в Российской Федерации административной реформой, среди приоритетных направлений которой, согласно Указу Президента Российской Федерации от 23 июля 2003 года N 824 "О мерах по проведению административной реформы в 2003 - 2004 годах", - ограничение вмешательства государства в экономическую деятельность
на принцип верховенства права и вытекающее из него требование правовой стабильности и определенности. Однако данный правовой принцип, очевидно, не является конституционным правом (хотя отдельные конституционные принципы могут включать как составной элемент своего нормативного содержания конституционные права, например - достоинство личности). Принцип верховенства права, как общеправовой принцип, имеющий конституционное признание, в наиболее обобщенном варианте предполагает правоцелеполагание, правоподчинение, связанность правом, и в этом качестве он имеет универсальное системообразующее значение. Он находится в основе всей системы конституционно-правового регулирования , проникая не только в нормативное содержание каждого конкретного конституционного права и свободы, но пронизывает все конституционные нормы и институты, включая институты организации публичной политической власти. Иными словами, в сущности верно, что принцип верховенства права охватывает все основные права и свободы, но не наоборот. И это имеет не только некое умозрительное, абстрактно-теоретическое значение, но и конкретную праксиологическую ценность. Отождествление принципа верховенства права с конституционным правом могло бы привести к неожиданному выводу - о
адвокатскую деятельность с осуществлением им полномочий депутата представительного органа муниципального образования на непостоянной основе. Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 6, 47.1, 71, 72, 74, 75, 78, 79 и 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", Конституционный Суд Российской Федерации постановил: 1. Признать положение абзаца первого пункта 1 статьи 2 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку оно по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правовогорегулирования не предполагает запрета адвокату совмещать адвокатскую деятельность с осуществлением им полномочий депутата представительного органа муниципального образования на непостоянной основе. 2. Конституционно-правовой смысл положения абзаца первого пункта 1 статьи 2 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", выявленный в настоящем Постановлении, является общеобязательным, что исключает любое иное его истолкование в правоприменительной практике. 3. Правоприменительные решения, вынесенные в отношении гражданина Сухова Олега Владимировича на основании положения абзаца первого пункта 1
(т.е. до 18 августа 2011 года), избегать пересмотра установленного на момент предоставления таких льгот правового режима их использования (прекращения), противоречащего общеправовому принципу «закон обратной силы не имеет». Таким образом, поскольку новый порядок регулирования правил предоставления таможенных льгот при ввозе указанной категории товаров ухудшает положение общества, которое имело разумные ожидания, что таможенный режим ввоза и льготирования этих товаров в отношении общества не будет изменен в сторону ухудшения, исходя из общепризнанных международных и конституционных принципов правовой определенности, предсказуемости правового регулирования и недопустимости действия с обратной силой (ретроспективно) норм закона, ухудшающих положение граждан и юридических лиц, у общества не возникло обязанности по соблюдению новых ограничений для сохранения действия таможенной льготы в отношении спорного имущества, либо по уплате таможенных пошлин в случае продолжения отношений с ООО «Кубанский Профиль» по аренде спорного имущества. При таких обстоятельствах, инкриминируемые обществу действия не образуют состав административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 16.20 КоАП РФ.
справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными, а государственное вмешательство должно обеспечивать частное и публичные начала в сфере экономической деятельности, не могут повлечь отмену обжалованного решения суда, так как не противоречат этим правовым позициям. Утверждения в апелляционных жалобах о том, что суд первой инстанции не проверил доводы административных истцов о противоречии пункта 2, подпунктов «д», «ж» пункта 8 Правил статье 14 Федерального конституционного закона «О Правительстве Российской Федерации» и статьям 1, 3 ГК РФ, противоречат содержанию обжалованного решения, в котором отражены правильные выводы суда о несостоятельности этих доводов. Оспоренное правовоерегулирование не препятствует свободному перемещению товаров (ели аянской, пихты белокорой и лиственницы даурской) на территории Российской Федерации, в связи с чем ссылки в апелляционных жалобах на незаконное ограничение свободы экономической деятельности и свободу перемещения товаров ошибочны. Доводы в апелляционных жалобах о том, что суд первой инстанции не исследовал вопросы целесообразности создания деревоперерабатывающих мощностей вопреки явной убыточности такого производства, не влекут отмену
для признания ненормативного правового акта недействительным необходимо одновременное наличие двух условий: несоответствие оспариваемого акта, решения, действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение ими прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. В соответствии с положениями части 3 статьи 7, части 1 статьи 12.1 Федерального конституционного закона от 21.03.2014 № 6-ФКЗ "О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя" Государственный Совет Республики Крым и Совет министров Республики Крым, Законодательное Собрание города Севастополя вправе осуществлять собственное правовоерегулирование , включая принятие законов и иных нормативных правовых актов, которые не могут противоречить Конституции Российской Федерации и федеральным законам. До 1 января 2017 года на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя особенности регулирования, в частности, имущественных отношений, а также отношений в сфере кадастрового учета недвижимости и государственной регистрации прав
кодекса государственной собственностью в Российской Федерации является имущество, принадлежащее на праве собственности Российской Федерации (федеральная собственность), и имущество, принадлежащее на праве собственности субъектам Российской Федерации - республикам, краям, областям, городам федерального значения, автономной области, автономным округам (собственность субъекта Российской Федерации). Земля и другие природные ресурсы, не находящиеся в собственности граждан, юридических лиц либо муниципальных образований, являются государственной собственностью (пункт 2 статьи 214 Гражданского кодекса). Государственное имущество выступает одной из экономических основ государственного суверенитета. Конституционно-правовое регулирование распоряжения и управления государственным имуществом является суверенной прерогативой государства, поскольку позволяет органам власти сосредоточивать и использовать ресурсы для решения важнейших национальных задач, обеспечивать устойчивое развитие экономики, гарантировать надежную оборону и безопасность государства, защиту экономических интересов и имущественных прав. В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 05.06.2008 г. № 432 «О Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом» функции по управлению федеральным имуществом, функции по организации продажи приватизируемого федерального имущества, реализации арестованного, конфискованного, движимого бесхозного,
Постановлении N 3 от 24.02.2005 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» руководствоваться не только нормами российского законодательства, но и учитывать правовую позицию Европейского суда по права человека. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 04.12.2003 N 508-О, статья 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющая порядок реализации конституционного права на защиту деловой репутации, находится в общей системе конституционно-правового регулирования , а потому суды при ее применении обязаны обеспечивать баланс названного и других конституционных прав и свобод, в том числе права на свободу слова и свободу выражения мнений, с учетом требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. В соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Применительно к свободе выражения мнений на территории Российской
неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица. Согласно части 3 статьи 7 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должен нарушать права и законные интересы других лиц. Предусмотренное статьей 152 ГК РФ право на защиту чести и доброго имени, находится в общей системе конституционно - правового регулирования , следовательно, суд при ее применении обязан соблюдать баланс названного и других конституционных прав и свобод, в том числе права на свободу слова и свободу выражения мнений. При этом суд, применяя соответствующее предписание, принимает решение в пределах каких-либо конституционных прав и свобод. Апелляционная инстанция согласна с выводом суда первой инстанции о том, что содержательно-смысловая направленность высказываний директора МУП «ЕРКЦ г.Саратова» характеризует лишь результаты хозяйственной деятельности самого МУП «г.Саратова», а не дает характеристику деятельности
указал: « Статьей 33 Конституции Российской Федерации, статьей 19 Всеобщей декларации прав человека и статьей 19 Международного пакта о гражданских и политических правах закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы, которые в пределах своей компетенции обязаны рассмотреть эти обращения, принять по ним решения и дать мотивированный ответ в установленный законом срок… Статья 152 ГК Российской Федерации, определяющая порядок реализации конституционного права на защиту чести и доброго имени, находится в общей системе конституционно-правового регулирования , а потому суды общей юрисдикции при ее применении вправе и обязаны обеспечивать баланс названного конституционного права и права на личное обращение в государственные органы (статья 33 Конституции Российской Федерации) - с учетом того, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17, часть 3, Конституции Российской Федерации)». Раскрывая содержание баланса между конституционным правом на свободы мысли и слова и конституционным правом на доброе
уплаченных или излишне взысканных таможенных пошлин, налогов. Данные Методические указания нормативным правовым актом не являются, но в силу пункта 2 распоряжения ГТК России от 27 ноября 2003 года № 647-р являются обязательными для должностных лиц таможенных органов. О возможности применения названных Методических указаний свидетельствует правоприменительная практика. Вывод о том, что сроки принятия решения как о возврате таможенной пошлины так и об отказе в возврате таможенной пошлины должны быть одинаковыми следует из общей системы конституционно-правового регулирования , обязывающего при применении конкретной нормы обеспечивать баланс права. Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что таможня обязана была в месячный срок со дня подачи Обществом заявления принять соответствующее решение и незаконности ее бездействия, выразившегося в непринятии такого решения, является правильным. Рассматриваемое бездействие таможенного органа нарушает права и законные интересы Общества в сфере предпринимательской деятельности, поскольку Общество было лишено в течение длительного времени права обратиться за защитой своих интересов в вышестоящий
