использованием цифровых технологий, на оплату услуг электросвязи, на приобретение цифрового контента и другие внутренние затраты на внедрение и использование цифровых технологий) (сумма строк 1805, 1809, 1811, 1812, 1814, 1815) 1804 в том числе: на приобретение машин и оборудования, связанных с цифровыми технологиями, а также на их техническое обслуживание, модернизацию, текущий и капитальный ремонт, выполненные собственными силами 1805 из них на приобретение: вычислительной техники и оргтехники 1806 коммуникационного оборудования 1807 производственных машин и оборудования, связанных с цифровыми технологиями (промышленные роботы и сенсоры, 3D-принтеры, станки с ЧПУ и тому подобное) 1808 на приобретение программного обеспечения, адаптацию и доработку программного обеспечения, выполненные собственными силами 1809 Из строки 1809 российского программного обеспечения 1810 на обучение сотрудников, связанное с внедрением и использованием цифровых технологий 1811 на оплату услуг электросвязи 1812 из них на оплату доступа к Интернету 1813 на приобретение цифрового контента (книги, музыкальные произведения, изображения, видео в электронном виде; цифровые модели и схемы
приобретение техники и оборудования по договорам купли-продажи. Министерство, рассмотрев заявки СПК «Луч», приняло решение о предоставлении указанному лицу субсидий, заключило с ним договор о предоставлении субсидий на приобретение и модернизацию техники, оборудования предприятиям и организациям агропромышленного комплекса от 25.09.2018 № 960, в соответствии с условиями которого размер предоставляемой получателю субсидии составил 2 302 836 руб. 42 коп., то есть в размере 20 процентов возмещения затрат на приобретение техники. Денежные средства в размере 2 302 836 руб. 42 коп. министерство перечислило СПК «Луч», что подтверждается платежным поручением от 03.10.2018 № 104897. Впоследствии истец посчитал, что расчет размера субсидии следовало производить в соответствии с условиями Положения в редакции от 15.05.2017, поскольку постановление Правительства Удмуртской Республики от 16.07.2018 № 291 вступило в законную силу 16.07.2018, следовательно, внесенные им в Положение изменения должны применяться к правоотношениям, возникшим после 16.07.2018. Сельскохозяйственная техника была приобретена СПК «Луч» в 2017 году, в связи с чем, по его
приобретение техники и оборудования по договорам купли-продажи. Министерство, рассмотрев заявки СПК «Луч», приняло решение о предоставлении указанному лицу субсидии, заключило с ним договор о предоставлении субсидии на приобретение и модернизацию техники, оборудования предприятиям и организациям агропромышленного комплекса от 25.09.2018 № 960, в соответствии с условиями которого размер предоставляемой получателю субсидии составил 2 302 836 руб. 42 коп., то есть в размере 20 процентов возмещения затрат на приобретение техники. Денежные средства в размере 2 302 836 руб. 42 коп. министерство перечислило СПК «Луч», что подтверждается платежным поручением от 03.10.2018 № 104897. Впоследствии истец посчитал, что расчет размера субсидии следовало производить в соответствии с условиями Положения в редакции от 15.05.2017, поскольку постановление Правительства Удмуртской Республики от 16.07.2018 № 291 вступило в законную силу 16.07.2018, следовательно, внесенные им в Положение изменения должны применяться к правоотношениям, возникшим после 16.07.2018. Сельскохозяйственная техника была приобретена СПК «Луч» в 2017 году, в связи с чем, по его
возникновения зависимого изобретения и промышленного образца, а также лишает оборудование оригинальных свойств в соответствии с имеющимися у истца патентами. Истец отмечает, что разрешенное обществу «Газпром Трансгаз Ставрополь» проведение модернизацииоборудования лишает объективности судебную экспертизу по делу и нивелирует смысл ее проведения. Общество «Газпром Трансгаз Ставрополь» в обоснование кассационной жалобы ссылается на отсутствие связи обеспечительных мер с предметом иска, направленного на запрет ответчикам совершать в будущем определенные действия. Арест оборудования не обеспечит фактическую реализацию целей обеспечительных мер. С учетом этого третье лицо полагает, что основания для применения обеспечительных мер, предусмотренные статьей 90 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в настоящем случае отсутствуют. Общество «Газпром Трансгаз Ставрополь» также ссылается на то, что арестованное оборудование принадлежит ему, а не ответчикам, в связи с чем в силу разъяснений высшей судебной инстанции это оборудование не могло быть подвергнуто аресту. Кроме того, как указывает третье лицо, арестованное оборудование вовлечено в производство, является неотъемлемой частью производственно-технологического комплекса, обеспечивающего
условиями, в том числе с предусмотренными пунктом 4.3.9 настоящего соглашения. В соответствие с пунктом 4.3.9 соглашения от 18.12.2018 № 5 ИП ФИО1 обязался не менее чем на срок до 31.12.2019 (включительно) использовать просубсидированное оборудование для собственных нужд в целях создания, и (или) развития, и (или) модернизации производства товаров (работ, услуг): не сдавать в аренду, не продавать, не допускать иного отчуждения просубсидированного оборудования. Как установлено судом, согласно договору фрахтования транспортного средства для перевозки пассажиров от 01.03.2019 ИП ФИО1 (фрахтовщик) предоставил транспортное средство ПАЗ 4234 государственный peгистрационный номер № 801КА67 RUS во временное пользование за плату ИП ФИО2 (фрахтователь), а также обязался оказывать «фрахтователю» своими силами услуги по управлению транспортными средствами и их технической эксплуатации транспортного средства. Фрахтовщик обязуется нести расходы по оплате услуг членов экипажа, а также расходы на их содержание (подпункт «е» пункта 2.1 договора) Пунктом 2.2 этого договора установлено, что фрахтователь обязуется своевременно внести размер платы за пользование
выводов экспертизы следует, что работы, проведенные ООО «Русская инжиниринговая компания» на ОАО «РУСАЛ Братск» в рамках договоров подряда №3676Н050/8-44-20 от 22.01.2008 г. и №3676Н074/РБ-Д-09-44-14 от 26.01.2009 г. заключенных между ОАО «РУСАЛ Братск» и ООО «Русская инжиниринговая компания» и обозначенные как капитальный ремонт, одновременно являлись работами как по модернизации, так и по реконструкции оборудования (электролизеров), так как выполненные подрядные работы сочетают в себе оба вышеназванных понятия. О выполнении работ по модернизацииоборудования (электролизеров) свидетельствует повышение их производительности за счет увеличения силы тока (в целом по ОАО «РУСАЛ Братск» за 2008-2009 гг. сила тока выросла на 0,7 кА, до 165 кА). Реконструкция оборудования (электролизеров) ОАО «РУСАЛ Братск» была направлена на увеличение производственных мощностей за счет обеспечения последовательного повышения срока службы электролизеров путем использования графитированных подовых и угловых блоков, применения квадратных в сечении блюмсов, малоусадочных холоднонабивных подовых масс, сухих барьерных смесей, новых высококремнеземистых, высокоглиноземистых, силикаткальциевых огнеупорных и теплозащитных материалов, без улучшения качества
имеющему большую юридическую силу. На основании изложенного, руководствуясь статьями 215, 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд р е ш и л : административное исковое заявление Общества с ограниченной ответственностью «Зуринский Агрокомплекс» и Сельскохозяйственного производственного кооператива – колхоз «Трактор» о признании недействующими пунктов 6, 8, 9 Положения о предоставлении субсидии на приобретение и модернизацию техники, оборудования предприятиям и организациям агропромышленного комплекса, утвержденного постановлением Правительства Удмуртской Республики от 23 марта 2015 года в редакции от 16 июля 2018 года оставить без удовлетворения. Возложить обязанность на Правительство Удмуртской Республики в течение месячного срока со дня вступления в силу решения опубликовать его резолютивную часть в официальном издании органов власти Удмуртской Республики. Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме, через Верховный Суд Удмуртской Республики. Мотивированное решение составлено 19 октября 2018 года. Председательствующий А.И. Буров
