и Московского городского суда от 03.09.2018 по делу № 10- 15472/18, которыми установлено, что указанные юридические лица не являются аффилированными. Кроме того, суды исходили из отсутствия обстоятельств, которые бы свидетельствовали о подконтрольности должника указанным юридическим лицам вследствие получения за счет него финансовой выгоды. Выражая несогласие с указанными выводами судов, в кассационной жалобе заявитель ссылается на следующее. Заявитель считает ошибочным исключение ФИО3 из состава субсидиарных ответчиков, поскольку в отношении него как руководителя, действовавшего на момент совершения налогового правонарушения , применима презумпция доведения организации до банкротства в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). Заявитель настаивает на том, что представленные в дело материалы проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля подтверждают, что ФИО4 являлась конечным бенефициаром группы компаний «Делта групп», в которую помимо
Данный довод несостоятелен и не влечет отмену принятых по делу актов. Наличие у общества задолженности по налогу как на момент обращения с заявлением о предоставлении субсидии, так и на момент заключения соглашения, подтверждено собранными по делу доказательствами, в том числе данными, полученными по результатам прокурорской проверки, и сведениями, представленными Межрайонной ИФНС № 2 по Ямало-ненецкому автономному округу (сообщение от 17 июля 2018 г. № 12-20/10360, т. 1, л.д. 80-81). Ссылка заявителя на то, что решением руководителя Управления Федеральной налоговой службы (УФНС) по Ямало-Ненецкому автономному округу от 22 февраля 2018 г. № 60 отменено решение заместителя начальника Межрайонной ИФНС № 2 по Ямало-Ненецкому автономному округу от 20 декабря 2017 г. № 12-24/42 в части привлечения к ответственности за совершениеналоговогоправонарушения , предусмотренного статьей 123 Налогового кодекса Российской Федерации, не опровергает объективно установленный в ходе судебного разбирательства факт наличия задолженности по налогу. Этим решением руководителя УФНС по Ямало-Ненецкому автономному округу
заявителя, суды сделали необоснованный вывод об отсутствии тождественности исков о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 и о возмещении ущерба ФИО4, что влечет за собой двойное наказания в результате взыскания с ФИО4 убытков по оспоренным сделкам (на сумму 5 225 568 руб., которые на сегодняшний день выплачиваются кредитору, приобретшему данное право требования на торгах) и привлечении к субсидиарной ответственности (на сумму 8 660 354 руб. 96 коп.); также заявитель кассационной жалобы отмечает, что на момент совершения налогового правонарушения ФИО4 по подавляющему числу налоговых периодов рассматриваемый вид ответственности в Законе о банкротстве не был предусмотрен. Проверив законность обжалуемых судебных актов, суд округа не находит оснований для их отмены. Как установлено судами и следует из материалов дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования двух кредиторов – общества «Юридическая фирма «Ваш успех» в сумме 355 000 руб. (решение от 20.06.2019) и уполномоченного органа в сумме 8 476 157 руб. 52 коп. (определение от
сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения. Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве; пункт 26 постановления Пленума № 53). Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные в материалы дела доказательства, с учетом конкретных обстоятельств дела, установив, что, как следует из результатов выездной налоговой проверки и сформированного реестра требований кредиторов должника, именно выбранная контролирующими должника лицами схема ведения бизнеса - создание формального документооборота в отсутствие реальных хозяйственных операций, повлекшее одномоментное начисление должнику налогов,
Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит решение суда от 22 января 2007 года отменить в связи с нарушением норм материального права и принять новый судебный акт. Заявитель кассационной жалобы, ссылаясь на статью 11 Федерального закона от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», указывает, что регистрация страхователей в органах Пенсионного фонда является обязательной и осуществляется в тридцатидневный срок со дня государственной регистрации. По мнению заявителя, суд неправильно определил момент совершения налогового правонарушения . Как считает орган Пенсионного фонда, данное правонарушение является длящимся, совершалось с 27.12.2002 (дата, до которой страхователь должен зарегистрироваться в органах Пенсионного фонда) по 20.07.2006 (дата подачи заявления о регистрации в орган Пенсионного фонда) и, следовательно, срок давности привлечения к ответственности следует исчислять с 20.07.2006. Дело рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Государственное учреждение –Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Октябрьском районе г. Иркутска о времени и месте
доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога/сбора, страховых взносов составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения. Абзацем 4 пункта 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Вместе с тем, презумпция, установленная подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является материально-правовой, что предопределяется природой отношений, возникающих в рамках привлечения к субсидиарной ответственности, имеющих в своей основе доказывание наличия гражданско-правового деликта. Закрепление в законе презумпций, которые, пока не доказано обратное, предполагают наличие в действиях контролирующего лица таких элементов состава как противоправность и вина, в каждом случае является реакцией законодателя на выявленные практикой
сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения. Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных КДЛ на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве). С учетом разъяснений, содержащихся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2017 № 305-ЭС17-13426, несмотря на отсутствие соответствующей презумпции в период совершения должником действий, повлекших привлечение его к налоговой ответственности, она подлежит применению к заявлениям, поданным после 01.09.2016. Действие соответствующей презумпции возможно, если соответствующие требования уполномоченного органа превышают пятьдесят процентов общего размера требований. Указанные презумпции являются опровержимыми, что означает следующее: при обращении в суд кредитора или
о предусмотренных НК РФ налоговых правонарушениях (за исключением налоговых правонарушений, предусмотренных ст.ст.120,122,123): №№ (дата) № (дата) № (дата) в которых предлагалось привлечь налогоплательщика к налоговой ответственности, предусмотренной п.1 ст.126 НК РФ. По результатам рассмотрения указанных Актов были приняты решения о привлечении к ответственности за налоговое правонарушение № (дата) № (дата) № (дата) согласно которым ФИО1 привлечена к ответственности, предусмотренной п.1 ст.126 НК РФ в виде взыскания штрафа, согласно действующим редакциям Федеральных законов на момент совершения налогового правонарушения . Таким образом, согласно решениям: № (дата) размер штрафа составил <данные изъяты> руб., № (дата) – <данные изъяты> руб., № (дата) – <данные изъяты> руб. В адрес налогоплательщика (дата) Инспекцией направлены требования № заказной корреспонденцией по состоянию (дата) по сроку исполнения (дата) об уплате штрафа в сумме <данные изъяты> руб., <данные изъяты> руб. и <данные изъяты> руб. соответственно. До настоящего времени сумма штрафа налогоплательщиком не плачена, что подтверждается справкой о состоянии расчетов. Прекращение
самоходные машины и механизмы на пневматическом и гусеничном ходу, самолеты, вертолеты, теплоходы, яхты, парусные суда, катера, снегоходы, мотосани, моторные лодки, гидроциклы, несамоходные (буксируемые суда) и другие водные и воздушные транспортные средства (далее в настоящей главе - транспортные средства), зарегистрированные в установленном порядке в соответствии с законодательством Российской Федерации. В соответствии со с. 360 Налогового кодекса РФ налоговым периодом признается календарный год. Согласно ч. 1 ст. 362 Налогового кодекса РФ (в редакции, действующей на момент совершения налогового правонарушения ), сумма налога, подлежащая уплате налогоплательщиками, являющимися физическими лицами, исчисляется налоговыми органами на основании сведений, которые представляются в налоговые органы органами, осуществляющими государственную регистрацию транспортных средств на территории Российской Федерации. В соответствии с ч. 2 ст. 362 Налогового кодекса РФ сумма налога, подлежащая уплате в бюджет по итогам налогового периода, исчисляется в отношении каждого транспортного средства как произведение соответствующей налоговой базы и налоговой ставки, если иное не предусмотрено настоящей статьей. В силу п.
