к документальной неподтвержденности совершенной им операции, нарушению правил учета, что, как правило, имеет место, если налогоплательщик не участвовал в уклонении от налогообложения, организованном иными лицами, но не проявил должную осмотрительность при выборе контрагента и взаимодействии с ним (пункт 10 постановления Пленума № 53). Из этого же исходил Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, указывая в пункте 8 постановления от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации», что положениями подпункта 7 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса необходимо руководствоваться как в случае отсутствия у налогоплательщика соответствующих документов, так и при признании их ненадлежащими. Данное разъяснение Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации сохраняет свое действие в условиях применения статьи 541 Налогового кодекса, поскольку соотносится с предписаниями пункта 3 упомянутой статьи, в силу которых подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, не могут
ответственности за совершение налогового правонарушения и об отказе в возмещении (полностью) НДС в сумме 64 406 087 рублей, налогоплательщику дополнительно начислен НДС в размере 189 498 157 рублей. Основанием для принятия указанных решений послужили выводы налогового органа об отсутствии оснований для возмещения НДС, ввиду нарушения обществом при предоставлении уточненной налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2017 года положений статьей 54, 78 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Налоговый кодекс), со ссылкой на то, что налогоплательщику еще в 2011 году было известно о характере сделок с публичным акционерным обществом «ТНС энерго Нижний Новгород» (далее – ПАО «ТНС энерго Нижний Новгород», контрагент). Решением Управления Федеральной налоговой службы по городу Москве от 16.08.2019 № 21-19/152205, вынесенным по результатам рассмотрения жалобы общества, решения инспекции оставлены без изменения. Оценив представленные доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 21, 30, 54, 78, 170 Налогового кодекса, учитывая разъяснения, изложенные
вычету с нарушением требований подпункта 15 пункта 2 статьи 146 Налогового кодекса (здесь и далее – в редакции Федерального закона от 24.11.2014 № 366-ФЗ), согласно которому не признаются объектом обложения НДС операции по реализации имущества и (или) имущественных прав должников, признанных в соответствии с законодательством Российской Федерации несостоятельными (банкротами). На основании изложенного налоговый орган пришел к выводу об отсутствии предусмотренных пунктом 2 статьи 171 Налогового кодекса оснований для вычета сумм НДС у общества по необлагаемым операциям. Суды трех инстанций, признавая законным решение инспекции и отказывая в удовлетворении требования общества, исходили из того, что в рассматриваемом случае на момент совершения хозяйственных операций общество было информировано о том, что товар приобретается им у организации, признанной банкротом, и при должной степени осмотрительности общество имело возможность из общедоступных источников получить сведения о финансовом положении контрагента. В частности, на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве 08.07.2016, то есть до наступления спорного налогового периода, размещен
№ 04/34, который был вручен обществу 21.12.2018. Решением Управления Федеральной налоговой службы по Санкт-Петербургу от 01.07.2019 № 16-13/39533 признана обоснованной жалоба общества в части установления факта нарушения срока вручения акта налоговой проверки от 22.10.2018 № 04/34. В части признания незаконными действий инспекции по продлению срока выездной налоговой проверки в отношении общества доводы общества признаны необоснованными и отклонены. Названные обстоятельства послужили основанием для обращения общества в арбитражный суд с соответствующим заявлением. Суд первой инстанции, оценив представленные доказательства, пришел к выводу о незаконности решения от 26.10.2017 № 04/48/2. Суд признал, что инспекция на момент принятия указанного решения и в период приостановления проверки не направила в налоговые органы по месту налогового учета перечисленных в решении контрагентов общества поручения об истребовании документов. В отношении других решений налогового органа в удовлетворении требований общества судом первой инстанции отказано. Кроме того, судом признаны незаконными действия инспекции, связанные с поздним вручением обществу акта выездной налоговой проверки от
быть отказано, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность (пункты 4 и 9 постановления Пленума № 53) или в случаях, когда налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом, в силу того, что деятельность налогоплательщика, его взаимозависимых или аффилированных лиц ведется преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей (пункт 10 постановления Пленума № 53). При этом ввиду косвенного характера НДС неуплата участниками сделок данного налога в бюджет является признаком, который может привести к выводу о наличии у налогоплательщика – покупателя цели уклонения от налогообложения и необоснованного возмещения названного налога из бюджета в результате согласованных действий хозяйствующих субъектов. Однако упомянутое уклонение требует подтверждения доказательствами и предполагает
ходе выездной налоговой проверки обстоятельства свидетельствуют, что налогоплательщик не подтвердил право на получение налоговых вычетов, так как в представленных документах указаны лица, которые фактически не исполняли сделки (операции), соответственно, при вынесении оспариваемого решения Инспекция правомерно руководствовалась нормами п. 2 статьи 54.1 НК РФ. В жалобе ПАО «Камчатскэнерго» указывает, что в соответствии с п. 3 статьи 54.1 НК РФ. Отмечает, что налогоплательщик не может нести ответственность за действия подрядчиков. Относительно доводов о том, что нарушение контрагентом налогового законодательства не является самостоятельным основанием для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы неправомерным, коллегия полагает, что полученные в отношении спорного контрагента сведения рассмотрены Инспекцией в совокупности и взаимной связи с иными доказательствами. При этом следует отметить, что поскольку согласно ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской деятельностью является осуществляемая на свой риск деятельность, то налогоплательщик, не воспользовавшийся своим правом обеспечить документальное подтверждение достоверности сведений, изложенных в документах, на основании которых он, в свою очередь, претендует
РФ №22 по Санкт-Петербургу» о том, что согласно налоговому досье по объектам ФРС региональной базы данных адрес регистрации контрагента не существует, являются недостоверными, так как сведения об этом адресе включены в ЕГРЮЛ и о существовании этого адреса можно убедиться из открытых источников; ссылка на основной виде деятельности контрагента, не сопряженный с видами деятельности заявителя несостоятельна, так как у контрагента зарегистрированы и иные виды деятельности, включая торговлю непродовольственными товарами и прочую оптовую торговлю; за нарушение контрагентом налогового законодательства заявитель ответственность нести не может; отсутствие у контрагента ресурсов не подтверждено, так как бухгалтерский баланс общества не содержит сведений об арендованных средствах, а движение средств по счету не отражает все операции, и проверкой установлено наличие у контрагента двух работников, один из которых не допрошен; для оптовой торговли наличие значительных ресурсов и персонала не требуется; директор контрагента ФИО5, отрицая деятельность от имени контрагента, показала, что доверила управление иному лицу, сведения о котором инспекция не
норм можно увидеть, что все пункты носят различный состав налогового нарушения и не могут по факту представлять совокупность нарушений. Административный истец указывает, что согласно разъяснениям, представленным в письме ФНС России от ......... № ЕД-4-9/22123@ «О рекомендациях по применению положений ст. 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации», сказано п. 3 ст. 54.1 НК РФ предусматривает несколько критериев, которые самостоятельно не могут служить основанием для предъявления налоговых претензий: подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом; нарушение контрагентом налогового законодательства ; наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций).Данные критерии закреплены в ст. 54.1 НК РФ для того, что бы исключить возможность предъявления налоговыми органами формальных претензий к налогоплательщикам. Согласно ст. 169 НК РФ счет-фактура так же не может являться основанием для возложения на индивидуального предпринимателя дополнительных неправомерных обязательств, так как в рамках налоговой выездной проверки и при проведении налоговой проверки представлен пакет документов,
норм можно увидеть, что все пункты носят различный состав налогового нарушения и не могут по факту представлять совокупность нарушений. Административный истец указывает, что согласно разъяснениям, представленным в письме ФНС России от ......... № ЕД-4-9/22123@ «О рекомендациях по применению положений ст. 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации», сказано п. 3 ст. 54.1 НК РФ предусматривает несколько критериев, которые самостоятельно не могут служить основанием для предъявления налоговых претензий: подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом; нарушение контрагентом налогового законодательства ; наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций). Данные критерии закреплены в ст. 54.1 НК РФ для того, что бы исключить возможность предъявления налоговыми органами формальных претензий к налогоплательщикам. Согласно ст. 169 НК РФ счет-фактура так же не может являться основанием для возложения на индивидуального предпринимателя дополнительных неправомерных обязательств, так как в рамках налоговой выездной проверки и при проведении налоговой проверки представлен пакет
том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент). Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности. Доказательств взаимозависимости, аффилированности или осведомленности ФИО5 о нарушениях контрагентами налогового законодательства налоговой инспекцией не было представлено. Организации - контрагенты заявителя были созданы и зарегистрированы в установленном порядке, что подтверждается выписками из ЕГРЮЛ, регистрация указанных организаций не была признана судом недействительной. Доводы налоговой инспекции, связанные с тем, что контрагенты налогоплательщика не исполняли обязанности по представлению по месту налогового учета налоговой и бухгалтерской отчетности, по юридическим адресам, указанным в учредительных документах, не располагались; документы, подтверждающие наличие финансово-хозяйственных отношений с ФИО1, отсутствовали, по мнению суда, сами по
оплату цеденту за уступаемое право, его платежеспособность, на действительность договора уступки права требования не влияет, как и на действительность обязательства должника перед новым кредитором. Доводы заявителя, что суд не истребовал сведения о проведении выездных проверок в отношении ООО «Партнер», ООО «ТТК» и ООО «Проммаркет» не свидетельствуют о незаконности судебных актов, так как в бухгалтерской отчетности ООО «МИОН» указанные финансовые операции отражены, подписанием со стороны ООО «МИОН» актов сверок наличие задолженности перед кредиторами подтверждено. Нарушение контрагентами налогового законодательства , правил обращения с наличными денежными средствами, правил ведения бухгалтерского учета, сами по себе не являются основанием для освобождения ответчика от обязательства по оплате товара. Договоры поставки не оспорены и не признаны недействительными. Приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы аналогичны доводам, изложенным в апелляционной жалобе, были тщательно проверены на стадии апелляционного рассмотрения дела, обоснованно отвергнуты как несостоятельные с приведением убедительных мотивов в апелляционном определении, в том числе о формальном подписании договоров и других
