Навязывание услуг юридическому лицу - гражданское законодательство и судебные прецеденты

нотариуса - помимо нотариальных действий - дополнительно услуг правового или технического характера. Получение этих услуг для лица, обратившегося к нотариусу, носит исключительно добровольный характер: при его несогласии с формой, структурой, размерами оплаты этих услуг и прочими условиями такие услуги не оказываются, а их навязывание нотариусом недопустимо. Лицо, обратившееся к нотариусу, вправе при необходимости самостоятельно осуществлять соответствующие действия. 2.3. Таким образом, оспариваемые заявительницей положения Основ законодательства Российской Федерации о нотариате не предполагают возможность взимания за совершение нотариальных действий нотариальных тарифов в больших размерах, чем это определено законодателем, и допускают финансирование деятельности нотариуса за счет оказания дополнительных услуг правового и (или) технического характера, предоставляемых гражданам и юридическим лицам исключительно при наличии их согласия и вне рамок нотариальных действий. Соответственно, эти законоположения не могут расцениваться как нарушающие ее конституционные права. Разрешение же вопроса о законности и обоснованности судебных постановлений, как непосредственно связанного с квалификацией конкретных действий нотариуса в качестве неотъемлемого элемента нотариального

было предусмотреть в Правилах понятийный аппарат, позволяющий обеспечить их единообразное правоприменение всеми субъектами, подпадающими под сферу действия Правил. Это в полной мере относится и к закрепленному в оспариваемом пункте понятию, которое каким-либо нормативным правовым актам, имеющим большую юридическую силу, не противоречит. Согласуется с содержанием пункта 4 Правил и вывод суда первой инстанции о том, что оспариваемое положение как " навязывание услуги по передаче электрической энергии" гарантирующему поставщику рассматриваться не может. Установив, что Правила в оспариваемой части изданы уполномоченным органом государственной власти в пределах его компетенции, не противоречат нормам большей юридической силы, суд первой инстанции, руководствуясь частью 1 статьи 253 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правильно принял решение об отказе в удовлетворении заявленного требования. Предусмотренных статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации оснований для отмены решения суда в апелляционном порядке не имеется. Руководствуясь статьями 308 - 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации определила: решение

заключение договоров страхования, рассмотрение заявлений, обращений потребителей финансовых услуг, а также операции с денежными средствами, несут административную ответственность как должностные лица. Объектом данного правонарушения являются общественные отношения, складывающиеся при осуществлении предпринимательской деятельности конкретного вида, требующего согласно действующему законодательству наличия специального разрешения (лицензии). Объективная сторона правонарушения выражается в отказе в заключении публичных договоров, предусмотренных федеральными законами о конкретных видах обязательного страхования либо навязывание страхователю или имеющему намерение заключить договор обязательного страхования лицу дополнительных услуг, не обусловленных требованиями федерального закона о конкретном виде обязательного страхования. Субъектом административной ответственности является юридическое лицо , наделенное организационно-распорядительными полномочиями. В соответствии с частью 9.1 статьи 4, статьей 76.1 Федерального закона от 10.07.2002 № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» (далее - Федеральный закон № 86-ФЗ) Банк России осуществляет регулирование, контроль и надзор за деятельностью некредитных финансовых организаций в соответствии с федеральными законами. Некредитными финансовыми организациями признаются лица, осуществляющие, в том числе деятельность субъектов страхового

получения кредита без иных услуг. Законодатель определил, что кредит является самостоятельной финансовой услугой, и навязывание дополнительных услуг при кредитовании запрещено. Договор кредитования не является публичным договором, в связи с чем при получении финансовой услуги потребитель поставлен в зависимость от условий кредитования, предложенных банковской организацией. Таким образом, заявитель допустил нарушение права потребителя на получение необходимой и достоверной информации об услугах, включение в договор условий, ущемляющих установленные законом права потребителя. Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что установленные факты нарушений так, как они отражены в процессуальных документах административного органа, подтверждаются материалами дела и обществом документально не опровергнуты, что свидетельствует о наличии события вменяемого административного правонарушения, предусмотренного частями 1,2 статьи 14.8 КоАП РФ. Согласно части 2 статьи 2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность

мнению потребителя, административный орган необоснованно отказал в возбуждении в отношении банка дела об административном правонарушении по эпизоду навязывания потребителю дополнительных услуг, при этом в нарушение требований ч. 5 ст. 28.1 КоАП РФ данный отказ облачен в форму ответа на обращение, а процессуального документа в виде мотивированного определения об отказе в возбуждении административным органом не выносилось. При этом, обосновывая свои требования, потребитель, как в суде первой инстанции, так и в апелляционной жалобе ссылается на позицию Конституционного Суда РФ, изложенную в постановлении от 30.03.2021 г. № 9-П, но данный довод потребителя суд посчитал ошибочным по следующим основаниям. Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в постановлении от 30.03.2021 г. № 9-П, по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования ч. 5 ст. 28.1 КоАП РФ означает, что по обращению физического или юридического лица , содержащему данные, указывающие на наличие события административного правонарушения (за исключением отдельных правонарушений, перечисленных в этом Кодексе),

понятие о том, что является навязыванием контрагенту невыгодных условий договора или не вносящихся к предмету договора. Это экономически и технологически не обоснованные требования, которые не предусмотрены законами, нормативно-правовыми и судебными актами. ФГБУ «Управление «Ставропольмеливодхоз» на основании действующего законодательства, в письменном виде предложило водопотребителям заключить возмездный договор на оказание услуг по транспортировке (подаче) воды по гидротехническим сооружениям, находящихся на балансе Учреждения, на орошение сельскохозяйственных угодий. В данном случае ФГБУ «Управление «Ставропольмеливодхоз» действовало в рамках законодательства РФ, а именно: ст. 9.2 Федерального закона РФ «О некоммерческих организациях», с учетом изменений внесенных Федеральным законом от дата №-Ф3 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений», Федерального закона от дата N 4-ФЗ "О мелиорации земель”, Приказа Минсельхоза России дата № «Об утверждении порядка определения платы за оказание федеральным бюджетным учреждением, находящимся в ведении Минсельхоза России, гражданам и юридическим лицам услуг (выполнение работ) относящихся к

которые ведут к земельным участкам истцов, ответчик установил шлагбаум, установил оплату за въезд грузового транспорта. Ответчик требует от истцов оплату за содержание имущества общего пользования, между тем, оно принадлежит на праве собственности ООО «<данные изъяты>», а ответчик владеет им на основании договоров аренды. Таким образом, ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» пытаются извлечь пользу из своего недобросовестного поведения, незаконно требуют оплату за доступ к имуществу. Просят суд: установить юридический факт навязывания Ответчиком платных услуг Истцам; установить юридический факт навязывания Ответчиком условий договора Истцам; запретить Ответчику навязывать услуги Истцам; запретить Ответчику требовать оплату за навязанные услуги; установить юридический факт об отсутствии у Ответчика обязательств оказывать услуги Истцам; установить юридический факт об отсутствии у Истцов обязанности содержать имущество общего пользования, которое им не принадлежит; установить юридический факт незаконного получения и обработки Ответчиком персональных данных Истцов; запретить Ответчику обрабатывать и использовать персональные данные Истцов; установить для Ответчика судебный штраф в размере