Не возможность удержать ндфл - гражданское законодательство и судебные прецеденты

35 360 руб., 2010 год - 7 127 руб., 2011 год - 1768 руб.). При этом, в нарушение п.6 ст. 226 НК РФ суммы удержанного НДФЛ за период с 01.01.2009 по 30.09.2012 ИП Бояркиной Л.А. в бюджет не перечислялись. Таким образом, задолженность по удержанному , но не перечисленному НДФЛ составила 44 255 руб. В соответствии с п.5 ст. 226 НК РФ ИП Бояркина Л.А., как налоговый агент, сообщила в налоговый орган о не возможности удержать НДФЛ с работников. В ходе рассмотрения материалов проверки, вместе с письменными возражениями от 17.12.2012, ИП Бояркина Л.А. представила уточненные справки о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ, увеличив в них суммы стандартных налоговых вычетов, предусмотренных ст. 218 НК РФ. Согласно письменным пояснениям ИП Бояркиной Л.А. от 25.03.2013, уточненные справки по форме 2-НДФЛ представлены в связи с выявлением ошибок при перепроверке данных, отраженных в указанных справках. Нормой п.3 ст. 218 НК РФ установлено, что стандартные

Д Е Л И Л: 1.Судебное разбирательство отложить. 2.Новое судебное заседание назначить на 31 августа 2016 года на 09 час. 30 мин. в помещении суда (634050 <...>, зал № 2, этаж 7). Предложить сторонам по делу представить: - ООО СК «БраНс» пояснения в части оспариваемой суммы НДФЛ, с учетом пункта 5.3 резолютивной части решения Инспекции о предложении удержать неудержан- ный налог и перечислить его в бюджет или письменно сообщить налоговому органу о не- возможности удержать НДФЛ в сумме 1 904 829 руб., а Общество обжалует решение в части НДФЛ на сумму 2 362 457 руб. (указания суда кассационной инстанции), а также применительно к спискам сотрудников, за которых ООО СК «БраНс» возмещало затраты на питание (сопоставление в суммовом выражении со сводными ведомостями удержания из зарплаты по столовой, предоставленные Генеральным подрядчиком); - Инспекции ФНС России по Октябрьскому району г. Новосибирска пояснения в части пункта 5.3 резолютивной части решения Инспекции о предложении

налогоплательщиков (или не исчислен – в случае получения работниками дохода в натуральной форме), предприятием не оспаривается и не опровергнуто, подтверждается материалами дела. Ссылка заявителя на то, что в пункте 21 названного постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 указано на то, что такое правонарушение может быть вменено налоговому агенту только в том случае, когда он имел возможность удержать и перечислить соответствующую сумму, а удержание осуществляется из выплачиваемых налогоплательщику денежных средств, отклоняется судом. Как уже было указано, у предприятия не только имелась возможность по удержанию НДФЛ с сумм выплаченного дохода своим работникам и физическим лицам по гражданско-правовым договорам; налог фактически был удержан предприятием, однако не перечислен в бюджет, что свидетельствует о наличии в бездействии заявителя признаков налогового правонарушения. В отношении неисчисленного, неудержанного и неперечисленного налога от сумм дохода, полученного в натуральной форме, суд апелляционной инстанции не установил, что у предприятия отсутствовала возможность по его исчислению, удержанию

отношении которых налоговому агенту предложено удержать 3 841 080 рублей на момент вынесения оспариваемого решения не являлись работниками заявителя, не выполняли для заявителя работы (услуги). Заявитель не выплачивал указанным лицам доход в денежной форме. Поэтому у общества отсутствовала возможность по удержанию дохода в указанной сумме. Данные обстоятельства инспекция могла установить в ходе проведения выездной налоговой проверки путем истребования соответствующих доказательств. У общества отсутствовала обязанность по неудержанию налога на доходы физических лиц с компенсационных выплат, полученных работниками в связи с их увольнением, поскольку указанные выплаты обложению НДФЛ не подлежат. По некоторым эпизодам ни акт выездной налоговой проверки ни оспариваемое решение не содержат указания на конкретных налогоплательщиков, с которых налоговому агенту предложено удержать НДФЛ . В акте имеется только ссылка на приложения к нему, в которых возможно указан перечень таких лиц. Однако акт был вручен налогоплательщику без названных приложений, поэтому заявитель не может проверить являлись ли спорные физические лица работниками последнего на

внебалансовые счета. ФИО1 не отрицает наличие задолженности перед указанными микрофинансовыми организациями и подтверждает факт ее существования представленными в материалы дела документами (уведомление ООО МФК «<****>» о привлечении иного лица для осуществления взаимодействия), которые подтверждают факт заключения ФИО1 договора потребительского займа № №* от ДД.ММ.ГГГГ с ООО МФК «<****>», а так же отсутствие факта возврата полученного им займа. Доводы административного ответчика о том, что микрофинансовые организации вправе направлять сведения в налоговый орган о не возможности удержать НДФЛ с заемщика только после вступления в законную силу судебного решения о взыскании задолженности и принятия решения судебным приставом об окончании исполнительного производства в связи с невозможностью взыскания сумм с должника, основаны на неверном толковании норм материального права. Как следует из вышеперечисленных норм материального права, в их взаимосвязи, обращение микрофинансовых организаций в суд и получение исполнительного листа о взыскании задолженности не является обязательным условием для признания кредитной организацией займа безнадежным. В данном конкретном случае