торгового мореплавания Российской Федерации, статьями 8.1, 11, 12, 20 Федерального закона от 08.11.2007 № 261 «О морских портах в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», положениями Общих правил плавания и стоянки судов в морских портах Российской Федерации и на подходах к ним, утвержденных приказом Минтранса РФ от 20.08.2009 № 140. Суды исходили из того, что реализуя функции в области государственного регулирования в морском порту, капитан морского порта не вправе вмешиваться в законную хозяйственную деятельность в порту, создавать для нее препятствия, возлагать на лиц, осуществляющих такую деятельность, исполнение обязанностей, не предусмотренных законом. Регулирование движения и стоянки судов в морском порту Новороссийск в период с 31.01.2018 по 01.03.2018 осуществлялось капитаном порта ФИО1 без учета того обстоятельства, что ПАО «НТМП» не было готово обслужить танкер «Пенелопа», а также без учета его текущих и планируемых хозяйственных операций, что создало препятствия экономической деятельности общества и нарушило его законные
заявленное требование, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что расторжение обществом договора теплоснабжения в одностороннем порядке не может быть квалифицировано как злоупотребление доминирующим положением, поскольку ООО «ОКК «Персей» допускались нарушения существенных условий данного договора (несвоевременная оплата, а также бездоговорное потребление тепловой энергии), стороны совершали действия по заключению нового договора теплоснабжения, действия по прекращению обязательственных отношений осуществлены АО «Теплоэнергосервис» по окончании отопительного сезона и при отсутствии возражений его контрагента и антимонопольный орган не вправе вмешиваться в гражданско-правовые споры хозяйствующих субъектов в части выдачи технических условий при новом подключении к сетям теплоснабжения. Оспариваемое постановление принято в пределах полномочий, предоставленных суду кассационной инстанции статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Заявитель жалобы не лишен возможности изложить свою позицию при новом рассмотрении спора со ссылками на нормы права и имеющиеся доказательства. Доводы кассационной жалобы не свидетельствуют о существенном нарушении судом округа норм права при вынесении обжалуемого судебного акта и не могут
положение, которые направлены на недопущение, ограничение или устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других хозяйствующих субъектов. Согласно пункту 2 статьи 12 Закона о конкуренции антимонопольный орган вправе выдавать хозяйствующему субъекту предусмотренные Законом обязательные для исполнения соответствующие предписания. В соответствии с частью 4 статьи 200 АПК РФ арбитражный суд при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов государственных органов устанавливает, в том числе, наличие полномочий у органа, который принял оспариваемый акт. Следовательно, антимонопольный орган не вправе вмешиваться в отношения сторон, если они носят гражданско-правовой характер и могут быть разрешены по требованию одной из сторон в судебном порядке. В нарушение указанных норм суд не устанавливал, в каких правоотношениях находились между собой МУП "Ново-Уоянские районные электрические сети" и ОАО "Бурятэнергосбыт" и полномочно ли было УФАС по Республике Бурятия принимать решение и выдавать предписание о заключении договора. Как следует из положений пункта 9 Правил недискриминационного доступа, необоснованное уклонение или отказ сетевой организации от
третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Санкт-Петербургское государственное унитарное предприятие «Ритуальные услуги» (далее – Предприятие, СПб ГУП «Ритуальные услуги»). Решением суда от 03.07.2021 заявленные Обществом требования удовлетворены. Не согласившись с решением суда первой инстанции, Санкт-Петербургское УФАС обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда от 03.07.2021 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных Обществом требований. Податель жалобы указывает на то, что антимонопольный орган не вправе вмешиваться в отношения сторон, если они носят исключительно гражданско-правовой характер, даже если стороной спора и является хозяйствующий субъект, занимающий доминирующее положений, в связи с чем рассмотрение вопросов, изложенных в заявлении ООО «Похоронная служба» вх.№18191/20 от 21.05.2020 выходило бы за рамки полномочий Санкт-Петербургского УФАС. Учитывая данные обстоятельства, а также выводы арбитражного суда в рамках дела № А56-53427/2020, Управление на основании пункта 2 части 9 статьи 44 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»
с п. 5.1 Административного регламента Федеральной антимонопольной службы по исполнению государственной функции по возбуждению и рассмотрению дел о нарушениях антимонопольного законодательства Российской Федерации, утвержденного Приказом Федеральной антимонопольной службы от 25.05.2012 года N 339, заинтересованные лица вправе обжаловать действия (бездействие) антимонопольного органа, их должностных лиц и решений, принятых (осуществляемых) ими в ходе исполнения государственной функции, в досудебном (внесудебном) порядке. Согласно ч. 2 ст. 16 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» никто не вправе вмешиваться в законные действия должностных лиц и органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, за исключением лиц, прямо уполномоченных на то федеральным законом. Согласно ч. 2 ст. 30 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции», никто не имеет права вмешиваться в законную деятельность сотрудника полиции, кроме лиц, прямо уполномоченных на то федеральным законом. Исходя из материалов дела, судом установлено, Свердловское УФАС России при получении материалов КУСП № 7311 от 19.04.2021 действовало в пределах своих полномочий, в
Определением суда к участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено акционерное общество «СибЭко» (далее АО «СибЭко»). До разрешения спора по существу ОАО «Российские железные дороги» заявило ходатайство о привлечении АО «СибЭко» к участию в деле в качестве соответчика. Свое ходатайство ОАО «Российские железные дороги» обосновало тем, что спорные вагоны поступали в адрес АО «СибЭко» и в соответствии со ст. 36 Устава железнодорожного транспорта перевозчик не вправе вмешиваться в правоотношения грузополучателя с собственниками вагонов и влиять на их количество, поступающее в адрес данного лица. Определением суда от 02.03.2020 (резолютивная часть объявлена 25.02.2020) в удовлетворении заявленного ОАО «Российские железные дороги» ходатайства было отказано. Не согласившись с определением суда первой инстанции, ОАО «Российские железные дороги» подало апелляционную жалобу, в которой просит его отменить и удовлетворить заявленное ходатайство. В обоснование своей апелляционной жалобы ее податель сослался на то, что ОАО «Российские железные дороги» не
указывая на отсутствие освещения в арках дома по адресу: <...> № а также просил разъяснить, почему глава города Липецка ФИО2 С.В. бездействует, не осуществляя контроль за сферой благоустройства города. Данные обращения ФИО1 были перенаправлены в Липецкий городской Совет депутатов. На данные обращения ФИО1 27.10.2017 и 29.11.2017 года председателем Липецкого городского Совета депутатов ФИО3 направлены ответы согласно которым: вопросы благоустройства территории города Липецка находятся в компетенции администрации города Липецка, и Липецкий городской Совет депутатов не вправе вмешиваться в исполнительно-распорядительную деятельность данного органа местного самоуправления. 30.11.2017 года ФИО1 обратился в прокуратуру Липецкой области с заявлением о возбуждении административного дела по ст. 5.59 КоАП РФ в отношении ФИО3 за нарушение им п. 1 ч.4 ст. 10 ФЗ № 59 (л.д.5) Определением заместителя прокурора Липецкой области от 14 декабря 2017 года отказано в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренного ст. 5.59 КоАП РФ, по обращению ФИО1 в отношении председателя Липецкого городского Совета депутатов
как известно, гражданское законодательство (ч. 1 п. 1 от. 2 ГК РФ), но не уголовное, содержащее охранительные нормы. При данных обстоятельствах органы внутренних дел, не наделенные полномочиями на применение норм гражданского права, судом неправильно ориентируются решить вопросы правового регулирования, указанные в ч. 1 п. 1 ст. 2 ГК. Данный вывод судом сделан на неправильной интерпретации нормы закона. Так, цитирую п.3 ст.7 Федерального закона "О сельскохозяйственной кооперации" «Органы государственной власти и органы местного самоуправления не вправе вмешиваться в хозяйственную, финансовую и иную деятельность кооперативов, за исключением случаев, предусмотренных законодательством Российской Федерации». Однако, в данном случае в указанной норме Закона нет конкретной ссылки на УК РФ или УПК РФ как это указано в постановлении суда. Выводы суда о том, что уведомление ФИО10 в нарушение ч. 4 ст. 148 УПК РФ не направлено необоснованные, так как в материалах имеются уведомления зарегистрированные и направленные надлежащим образом прокурору и заявителю в установленный законом срок.
привлечения к административной ответственности, установленного частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ для данной категории дел; административное наказание назначено ООО «БМ Холдинг» в пределах санкции части 2.1 статьи 13.15 КоАП РФ. Утверждения о том, что ООО «БМ Холдинг» не является надлежащим субъектом административной ответственности по части 2.1 статьи 13.15 КоАП РФ, со ссылкой на то, что названное Общество являясь учредителем средства массовой информации - периодического издания "Деловая электронная газета Бизнес Online», в силу закона не вправе вмешиваться в редакционную политику и соответственно, влиять на содержание редакционных материалов, не влекут удовлетворение жалобы. Согласно пункту 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2010 года "О практике применения судами Закона Российской Федерации "О средствах массовой информации", при разрешении дел, связанных с деятельностью средств массовой информации, необходимо принимать во внимание, что осуществление свободы выражения мнений и свободы массовой информации налагает особые обязанности, особую ответственность и может быть сопряжено с ограничениями, установленными
