законами субъектов Российской Федерации. Этим предопределяется обязанность субъектов Российской Федерации по урегулированию при учреждении конституционных (уставных) судов статуса указанных судов и их судей, которое может и должно осуществляться без ущерба для принципов разделения властей и независимости судебной власти, с учетом правовой природы данных судов как института конституционной юстиции, их места в системе органов государственной власти субъектов Российской Федерации. Так, законодатель субъекта Российской Федерации вправе избрать ту или иную организационную модель конституционной юстиции как в части определения компетенции, так и в части определения порядка наделения полномочиями и прекращения полномочий судей конституционного (уставного) суда, ориентируясь, в том числе, и на нормы Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", однако при этом обязан предусмотреть необходимые гарантии сохранения баланса властей, не предоставляя каких-либо преимуществ одной из них, а также создав применительно к избранной модели достаточные гарантии самостоятельности и независимости конституционного (уставного) суда, включая материальные и иные гарантии независимости судей. 5. Таким образом,
основной деятельности, на которых указанный запрет не распространяется, эти положения допускают пониженный уровень гарантий независимости для депутатов, работающих без отрыва от основной деятельности, и не обеспечивают объективное представление ими интересов избирателей, снижают гарантии конституционного права граждан на участие в управлении делами государства через своих представителей в законодательном органе государственной власти субъекта Российской Федерации по сравнению с федеральным парламентом, умаляют гарантии независимости законодательной власти по сравнению с исполнительной и судебной властью и тем самым нарушают конституционные принципы равенства, единства системы государственной власти, разделения властей и недопустимости снижения субъектом Российской Федерации гарантий конституционных прав граждан Российской Федерации, установленных федеральным законодательством. Заявитель полагает, что депутаты законодательных (представительных) органов субъектов Российской Федерации должны, как и депутаты Государственной Думы, работать на профессиональной постоянной основе. 2. Согласно статье 11 (часть 2) Конституции Российской Федерации государственную власть в субъектах Российской Федерации осуществляют образуемые ими органы государственной власти. Система органов государственной власти субъектов Российской Федерации устанавливается ими самостоятельно
законы (статья 15, части 1 и 2), правомочиями Государственной Думы как самостоятельного органа законодательной власти Российской Федерации, действующего на постоянной основе и в соответствии с принципом разделения властей (статья 10; статья 11, часть 1; статьи 94 и 103), и, соответственно, вытекающей из этих конституционных положений независимостью депутатов Государственной Думы от чьих бы то ни было указаний, их связанностью лишь Конституцией Российской Федерации и своей совестью. К основным элементам конституционно-правового статуса депутата Государственной Думы относится также неприкосновенность, которой депутат Государственной Думы, равно как и член Совета Федерации, обладает в течение всего срока полномочий (статья 98 Конституции Российской Федерации). По своему содержанию неприкосновенность парламентария - это гарантия более высокого уровня по сравнению с общими конституционными гарантиями неприкосновенности личности, однако она не является личной привилегией, а имеет публично-правовой характер и призвана служить публичным интересам, обеспечивая повышенную правовую охрану личности парламентария в силу осуществляемых им государственных функций, ограждая его от необоснованных преследований, а следовательно,
нему документы, в связи с чем 08.05.2020 требование по Банковской гарантии исполнено Банком в полном объеме. При этом, учитывая принцип независимости банковской гарантии, факт оспаривания основного обязательства между Должником и Бенефициаром в рамках дела № А19-1672/2020 не имеет правового значения для рассмотрения настоящего обособленного спора по существу, т.к. в соответствии с пунктом 1 статьи 379 Гражданского кодекса Российской Федерации, принципал обязан возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, из чего правильно исходили суды. Как отмечено выше, требование на сумму 164 369 382 рубля 95 копеек является суммой, которой обеспечивались обязательства и ответственность АО «Братскдорстрой» по государственному контракту № 06/262-17 от 16.06.2017. Областное государственное казенное учреждение «Дирекция по строительству и эксплуатации автомобильных дорог Иркутской области» (ОГКУ «Дирекция автодорог»), как Заказчик, предъявляя требование к выплате по банковской гарантии , представило в Банк документы, подтверждающие фактически выполненные работы должником по государственному контракту. Удовлетворяя требование кредитора в части суммы требования
общественного саморегулирования, а публичные интересы обеспечиваются законодательными предписаниями, устанавливающими процедуры третейского разбирательства, что предполагает наличие гарантий справедливости и беспристрастности, присущих любому судебному разбирательству в силу требований статьи 46 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи со статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года. Конституционный суд, развивая вышеуказанное толкование в Постановлении от 18.11.2014 № 30-П, указал, что принцип независимости и беспристрастности третейских судей, закрепленный в международных договорах, большинстве национальных законов и правилах третейского разбирательства, производен от требований к судьям государственных судов, аналогичны и подходы к основополагающим гарантиям их деятельности, направленным на обеспечение реализации гражданами и их объединениями (организациями) права на справедливое разбирательство дела независимым и беспристрастным судом. При этом Конституционный Суд отметил, что независимость третейского судьи от сторон рассматриваемого спора подразумевает, как правило, отсутствие трудовых (работник ? работодатель, начальник ? подчиненный), гражданско-правовых (должник ? кредитор) и иных правоотношений (административных, финансовых, семейных и т.д.), а беспристрастность обеспечивается законодательным
судом общей юрисдикции. Банку на момент заключения оспариваемого договора было известно о неплатежеспособности должника, поскольку Банк потребовал заключения договоров поручительства и залога имущества поручителей на значительную сумму. Соответственно в своем исковом заявлении конкурсный управляющий верно указал, что независимость банковской гарантии от обеспечиваемого обязательства проявляется в том, что основаниями к отказу в удовлетворении требования бенефициара могут служить исключительно обстоятельства, связанные с несоблюдением условий самой гарантии, не имеющие никакого отношения к основному обязательству. Следовательно, отсутствие у банковской гарантии обеспечительной функции лишает ее юридической силы, что является основанием для признания спорной банковской гарантии недействительной, поскольку оспариваемая банковская гарантия была выдана в обеспечение исполнения обязательств по Государственному контракту, который на момент вступления в силу договора банковской гарантии еще не был заключен. Однако суд первой инстанции аргументы конкурсного управляющего о нарушении обеспечительной функции не учел. Временный управляющий заявлял в суде письменные возражения относительно включения требований Банка в реестр требований кредиторов. На стадии наблюдения оспорить указанную
отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах. Закрепленным Конституцией Российской Федерации принципом независимости судей при осуществлении правосудия (статья 120, часть 1) во взаимосвязи с принципами верховенства Конституции Российской Федерации и федеральных законов в российской правовой системе и равенства всех перед законом и судом (статья 4, часть 2; статья 15, части 1 и 2; статья 19, часть 1) обусловливается требование единообразного применения норм Конституции Российской Федерации и основанных на ней федеральных законов всеми судами. Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, конституционное право на судебную защиту предполагает конкретные гарантии эффективного восстановления в правах посредством справедливого правосудия, обеспечивающего охрану прав и свобод человека и гражданина от произвола властей; соответственно, в рамках осуществления судебной защиты прав и свобод возможно обжалование в суд решений и действий (или бездействия) любых государственных органов, включая судебные органы; одной из гарантий судебной защиты выступает возможность пересмотра дела вышестоящим судом, в том числе - в целях
обоснованному выводу о том, что требование бенефициара, воспользовавшегося своим правом получить выплаты от гаранта, неправомерным не является. При этом правила пункта 1 статьи 370 ГК РФ о независимости банковской гарантии не исключают требований принципала к бенефициару о возмещении убытков, вызванных недобросовестным поведением последнего при получении суммы по банковской гарантии. В силу статьи 375.1 ГК РФ бенефициар обязан возместить гаранту или принципалу убытки, которые причинены вследствие того, что представленные им документы являлись недостоверными либо предъявленное требование являлось необоснованным. В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 30 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, получение заказчиком денежных сумм по банковской гарантии в объеме, предусмотренном такой гарантией, не лишает исполнителя права на возмещение убытков в виде разницы между выплаченной суммой и размером имущественных требований, имевшихся у заказчика в соответствии
функциональной независимости Контрольно-счетной палаты Кабардино-Балкарской Республики, нарушает гарантии профессиональной независимости ее председателя. На основании статей 157, 265 Бюджетного кодекса РФ законодательные (представительные) органы субъекта Российской Федерации осуществляют государственный финансовый контроль в субъекте, в силу чего им предоставлено право на создание собственных контрольных органов (контрольных палат) для проведения внешнего аудита бюджета и определения круга полномочий созданного контролирующего органа в сфере осуществления контроля за исполнением соответствующего бюджета бюджетной системы Российской Федерации. Пределы же осуществления финансового контроля названными органами определены статьей 270 Бюджетного кодекса РФ. Как отмечено выше, в силу статьи 1 Закона Кабардино-Балкарской Республики от 29 мая 2003 года № 53-РЗ «О Контрольно-счетной палате Кабардино-Балкарской Республики» Контрольно-счетная палата Кабардино-Балкарской Республики является постоянно действующим органом государственного финансового контроля, образуемым Парламентом Кабардино-Балкарской Республики и подотчетным ему. В силу статьи 3 Закона основными принципами деятельности Контрольно-счетной палаты являются законность, системность, плановость, объективность, независимость, гласность. Гарантии правового статуса сотрудников Контрольно-счетной палаты, в том числе, гарантии
средства невозможен, не имеется. Стороны доказательств тому не представили. Проанализировав представленные по делу доказательства, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в пользу ФИО1 с ФИО2 в возмещение ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, подлежит взысканию сумма 43627 рублей 42 копейки, исходя из определенной экспертом ООО «Консалтинговое Агентство « Независимость» стоимости восстановительного ремонта автомобиля Nissan Juke, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, с учетом износа 466027 рублей 42 копейки, за вычетом выплаченной страховой компанией суммы 401280 рублей. При этом судебная коллегия принимает во внимание пояснения ФИО2 и ее представителя в суде апелляционной инстанции о том, что они согласны с возмещением страховой компании СПАО «РЕСО-Гарантия » суммы 120000 рублей ООО «Росгосстрах», в которой застрахована гражданская ответственность ФИО2. В связи с изменением решения суда в части взысканной суммы в возмещение ущерба, подлежит изменению решение суда и в части взысканных сумм за проведенную экспертизу в пользу «Консалтинговое Агентство «Независимость». Согласно представленному ООО «Консалтинговое Агентство «Независимость»
