Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, оценили представленные по делу доказательства и, руководствуясь положениями статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», исходили из недоказанности необходимой совокупности условий для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям. Суды установили, что действия ответчика по замещению дебиторской и ссудной задолженностей для снижения объема сформированных резервов на возможные потери и, как следствие, регулирования норматива достаточности капитала банка, не явились необходимой причиной банкротства должника или существенного ухудшения его состояния. Суды также не усмотрели оснований для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Изложенные в кассационной жалобе доводы выводы судов не опровергают, не подтверждают наличие существенных нарушений ими норм права, направлены на переоценку доказательств, установление иных обстоятельств по спору и разрешение вопросов факта. Между тем такие доводы не могут быть предметом рассмотрения на
Наличие такого судебного акта исключает возможность виндикации имущества в пользу банка. Исходя из этого суды отказали в удовлетворении заявленных требований. Выражая несогласие с обжалуемыми судебными актами, конкурсный управляющий приводит, в частности, следующие доводы. Он настаивает на том, что спорные сделки являлись взаимосвязанными, а принадлежность имущества ФИО1 носила транзитный характер. По мнению заявителя, стороны оформили свои отношения подобным образом по следующим причинам. Оказание банку безвозмездной помощи способствовало пополнению величины собственных активов банка в целях улучшения норматива достаточности собственных средств Н1.0, что, в свою очередь, позволило ему продемонстрировать в отчетности перед регулирующим органом улучшение финансового положения, тем самым, было продлено функционирование банка и продолжено, в том числе привлечение вкладов населения. При этом передача имущества не от общества «Росинвест», а от ФИО1, который являлся акционером, позволяла получить налоговую преференцию в виде освобождения от уплаты налога на прибыль. Конкурсный управляющий настаивает на том, что сделка и не являлась дарением, поскольку общество «Росинвест» было освобождено
№ 395-П (далее – Положение № 395-П), обратилось в арбитражный суд с настоящим требованием. Оценив представленные в дело доказательства с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьей 189.49 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», надлежащим образом применив статью 25.1 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности», суды пришли к выводу о правомерности прекращения ответчиком обязательств по договору субординированного депозита в связи со снижением норматива достаточности собственных средств банка ниже уровня, определенного нормативным актом Банка России для прекращения (мены, конвертации) субординированного кредита (депозита, займа, облигационного займа), а также утверждением Банком России плана участия агентства в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка, в связи с чем признали требование о взыскании процентов по прекращенному обязательству неправомерным. Возражения заявителя, об отсутствии у банка оснований для одностороннего прекращения спорных обязательств рассматривались судами нижестоящих инстанций и мотивированно отклонены. Повторно заявляя те же доводы, общество не
с выводами судов, агентство настаивает на том, что суды при разрешении спора не принята во внимание специфика договора субординированного депозита, а спорные отношения необоснованно отождествлена с правоотношениями по договору займа. В частности, по мнению подателя жалобы, суды не применили положения Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее – Закон о банках). Так, частью 4 статьи 25.1 Закона о банках, а также договорами субординированного депозита предусмотрено, что в случае снижения норматива достаточности собственных средств (капитала) банка ниже уровня, определенного нормативным актом Банка России для прекращения субординированного депозита, а также в случае утверждения Комитетом банковского надзора Банка России плана участия агентства в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка, обязательства банка по возврату суммы основного долга по договору субординированного депозита и обязательства по финансовым санкциям прекращаются полностью или частично, невыплаченные проценты по таким депозитам не возмещаются и не накапливаются. Следовательно, договоры субординированного депозита были бы досрочно прекращены и
банк присвоил III категорию качества с расчетным резервом в размере не менее 50 процентов, и с реальным залоговым обеспечением, что не является нарушением Положения Банка России от 26.03.2004 № 254-П. Суды сделали вывод о том, что при таких условиях заключение кредитных договоров с данными организациями не представляется сделкой, не соответствующей обычаям делового оборота, а также свидетельствует о должной осмотрительности сотрудников банка при минимизации кредитных рисков. Из заключений о проведенных проверках ЦБ РФ усматривается, что норматив достаточности капитала должника составлял в среднем 11,38%. В соответствии с пунктом 2.1 инструкции Банка России от 16.01.2004 № 110-И (ред. от 28.04.2012) «Об обязательных нормативах банков» норматив достаточности собственных средств (капитала) банка Н1 регулирует (ограничивает) риск несостоятельности банка и определяет требования по минимальной величине собственных средств (капитала) банка, необходимых для покрытия кредитного, операционного и рыночного рисков. Норматив Н1 определяется как отношение размера собственных средств (капитала) банка и суммы его активов, взвешенных по уровню риска. Минимально
состоянии выполнять требования Банка России по поддержанию значений норматива достаточности базового капитала. Суд апелляционной инстанции с указанными выводами не согласился. Повторно разрешая спор, апелляционный суд установил, что из отчетности АО «НВКбанк» по состоянию на 01.01.2020 значение норматива капитала банка Н 1.1 составляло 4,96 %, максимальное снижение норматива Н 1.1 до 4,739% было допущено 13.12.2019. При этом после 01.01.2020 расчет нормативов Н.1 не производился. Учитывая данное обстоятельство, принимая во внимание, отсутствие публикации о том, что норматив достаточности базового капитала должника снизился ниже 2 процентов в совокупности за 6 и более операционных дней в течение любых 30 последовательных операционных дней, а также отсутствие доказательств того, что ООО «ГК «Русагро», ООО «ТД «Солнечные продукты» получали соответствующие уведомления о возникновении обстоятельств, являющихся основанием прекращения обязательств Банка по договорам субординированного депозита, суд апелляционной инстанции, пришел к выводу, что обязательства должника по договорам субординированного депозита, заключенным с ООО «ТД «Солнечные продукты», не были прекращены до возбуждения
Банка России от 02.04.2019 № 5114-У «Об установлении экономических нормативов для микрокредитной компании, привлекающей денежные средства физических лиц, в том числе индивидуальных предпринимателей, являющихся учредителями (участниками, акционерами), и (или) юридических лиц в виде займов» (далее – Указание Банка России № 5114-У) предусмотрено, что экономическими нормативами для микрокредитной компании, привлекающей денежные средства физических лиц, в том числе индивидуальных предпринимателей, являющихся учредителями (участниками, акционерами), и (или) юридических лиц в виде займов (далее – экономические нормативы), являются: норматив достаточности собственных средств (далее – норматив НМКК1); норматив ликвидности (далее – норматив НМКК2). Данные нормативы рассчитываются согласно формулам, указанным в пунктах 2 и 5 Указания Банка России № 4384-У и Указания Банка России № 5114-У. Судами на основании произведенного Банком России расчета экономического норматива достаточности собственных средств общества по состоянию на 30.06.2019 расчетное значение НМКК1 составило 0,06%, в то время как значение в Отчете за полугодие 2019 года указано «0,00%»; на 30.09.2019 расчетное значение НМКК1
заявление потерпевшей К. возражавшей против удовлетворения ходатайства об условно – досрочном освобождении, основанное на личной неприязни. При том, что им были составлены, написаны и отправлены потерпевшим К. и М. примирительные письма, основанные искренностью человеческих чувств. Ни в одном законодательном акте, ни в одной статье уголовно – исполнительного кодекса, уголовного кодекса, уголовно – процессуального кодекса, нет указаний, что мнение (т.е. возражение) потерпевшей стороны является безусловным определением степени общественной опасности или мерой исправления личности, влияющего на норматив достаточности исправления этой личности. Считает, вывод суда о том, что он не трудоустроен, а также, что не производил выплаты алиментов на содержание детей либо другой материальной помощи безосновательным и предвзятым по следующим основаниям: в исправительном учреждении оплачиваемых должностей не хватает, в связи с ограниченностью должностей и в силу специфики самих учреждений у которых направление на исправление осужденных, отличие от прежних ИТК, когда труд рассматривается, как непосредственно составляющая норма исправления личности. Судебного приказа на выплату алиментов
года предписание было получено Обществом, согласно уведомления о вручении почтового отправления. Однако к установленному сроку Отчеты за 9 месяцев 2012 года, соответствующие требованиям законодательства РФ и расчет экономического норматива достаточности собственных средств в ФСФР России в Приволжском федеральном округе представлены не были. Из материалов дела следует, что ООО <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ представило в РО ФСФР России в Приволжском федеральном округе документы, содержащие отчеты за 9 месяцев 2012 г. оформленные в соответствии с требованиями законодательства, норматив достаточности собственных средств представлен РО ФСФР России в Приволжском федеральном округе 04.03.2013 г. ДД.ММ.ГГГГ в отношении директора ООО <данные изъяты> Ч.А.А. был составлен протокол № № об административном правонарушении за невыполнение предписания федерального органа, ответственность за которое предусмотрена ч.9 ст. 19.5 КоАП РФ. Факт совершения должностным лицом – директором ООО <данные изъяты> Ч.А.А. административного правонарушения и его виновность подтверждены совокупностью исследованных и оцененных судом доказательств, а именно: предписанием об устранении выявленных нарушений законодательства РФ №
