лиц как от добросовестных участников процесса, заявитель имел достаточный промежуток времени для своевременного принятия решения по вопросу обжалования судебных актов, изучения судебной практики, подготовки и подачи кассационной жалобы в предусмотренный законодательством срок. Управлением не представлено доказательств того, что им были предприняты все меры для своевременного обращения с кассационной жалобой, однако установленный срок был пропущен по причине, объективно и реально препятствовавшей совершению юридически значимых действий в установленный срок. Кроме того, следует отметить, что обращение с повторной кассационной жалобой спустя 3 месяца с даты возврата Верховным судом Российской Федерации первоначальной жалобы, не может говорить о добросовестности управления, как участника процесса. Таким образом, доводы заявителя не обосновывают вызванную существенными объективными обстоятельствами невозможность подачи кассационной жалобы с учетом требований процессуального законодательства. Восстановление пропущенного срока на подачу кассационной жалобы в отсутствие уважительных причин такого пропуска в нарушение части 3 статьи 8 АПК РФ ставит одну из сторон в преимущественное положение. Согласно части 2 статьи 9
передачи жалоб для рассмотрения в судебном заседании отсутствуют. Разрешая спор в обжалуемой части, суды руководствовались статьями 20.3, 20.7 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве», и исходили из того, что привлечение управляющим общества «Регион Эстейт» для оказания юридических услуг с установлением (сохранением при объективном изменении ситуации) необоснованного размера оплаты стоимости, значительно превышающего рыночную, противоречит требованиям разумности и добросовестности , предъявляемым к деятельности арбитражного управляющего, и влечет за собой необоснованное уменьшение конкурсной массы должника. Доводы, которые бы свидетельствовали о наличии в обжалуемых судебных актах существенных нарушений норм права, повлиявших на исход дела, не приведены, в связи с чем основания для передачи жалоб для рассмотрения в судебном заседании отсутствуют. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: отказать в передаче кассационных жалоб для рассмотрения в
судебный акт (пункт 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), от иных заключается в том, что они взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Свобода договора предоставляет участникам гражданского оборота широкую автономию воли при выборе условий договора. Именно этот фактор позволяет субъектам, заключая любой договор, определять его условия по своей инициативе, но при этом они должны исходить из общего принципа добросовестности, предусмотренного пунктом 3 статьи 1 ГК РФ. Объективная добросовестность в данном случае выступает неким критериям поведения лиц, социально-этических требований к их поведению. Она не предполагает, что кто-то будет ставить чужие интересы превыше своих, но подразумевает, что при их реализации будут учитываться и интересы других лиц. Как следует из правовой позиции, изложенной в п.п. 11, 12. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых
"Марусева (MARUSEVA) против Российской Федерации", от 07.06.2007 N 67579/01 по делу "Кузнецова (KUZNETSOVA) против Российской Федерации"). При этом суд учитывает, что свобода договора предоставляет участникам гражданского оборота широкую автономию воли при выборе условий договора. Именно этот фактор позволяет субъектам, заключая любой договор, определять его условия, в том числе в части цены, по своей инициативе, но при этом они должны исходить из общего, сквозного принципа добросовестности, предусмотренного пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Объективная добросовестность в данном случае выступает неким мерилом поведения лиц, социально-этических требований к их поведению. Она не предполагает, что кто-то будет ставить чужие интересы превыше своих, но подразумевает, что при их реализации будут учитываться и интересы других лиц. Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" (далее - Постановление Пленума N 1), лицо, заявляющее о взыскании судебных
в пользу которого принят судебный акт (пункт 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), является оценочным. Суд первой инстанции, учитывая, что свобода договора предоставляет участникам гражданского оборота широкую автономию воли при выборе условий договора, таким образом, позволяя субъектам, заключать любой договор, определять его условия, в том числе в части цены, по своей инициативе, но при этом они должны исходить из общего, сквозного принципа добросовестности, предусмотренного пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Объективная добросовестность в данном случае выступает неким мерилом поведения лиц, социально-этических требований к их поведению. Она не предполагает, что кто-то будет ставить чужие интересы превыше своих, но подразумевает, что при их реализации будут учитываться и интересы других лиц. Для установления разумности подобных расходов суд оценивает их соразмерность применительно к условиям договора на оказание услуг по представлению интересов участвующего в деле лица и характера услуг, оказанных в рамках этого договора, их необходимости и разумности для целей восстановления
обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Иными словами объективная добросовестность , закрепленная как принцип в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, это внешняя оценка поведения гражданина, указывающая на честность в отношениях между субъектами гражданских прав. Потому сам факт наличия у потерпевшего права на страховое возмещение не освобождает его от обязанности действовать разумно и добросовестно, как то предписывает закон. Между тем, ФИО4 и его представителем не обоснованы уважительные причины, по которым он в течении длительного времени уклонялся от предоставления банковских реквизитов по требованию страховщика, в
обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Иными словами объективная добросовестность , закрепленная как принцип в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, это внешняя оценка поведения гражданина, указывающая на честность в отношениях между субъектами гражданских прав. Потому сам факт наличия у потерпевшего права на страховое возмещение не освобождает его от обязанности действовать разумно и добросовестно, как то предписывает закон. Между тем, истцом и его представителем не обоснованы уважительные причины, по которым он в течение длительного времени уклонялся от предоставления банковских реквизитов по требованию страховщика, в
семьей К-вых не оспаривается. Отрицание последнего факта со стороны Моториной суд расценивает как нежелание последней указывать на подобные неэтичные действия со своей стороны, в том числе, по поручению непосредственного начальника ФИО8, которая вплоть до ... не сообщала ФИО11 об использовании документов на квартиру с целью совершения сделок в личных целях. Квартира ФИО4 приобреталась с целью сохранения денежных средств как объект недвижимости гражданином, работающим на рынке недвижимости, на что нормы гражданского права не содержат запрета. Объективно добросовестность ФИО4 в части надлежащей осторожности и осмотрительности подтверждаются вышеизложенными материалами дела и другими участниками процесса, а именно: дата снятия истца и членов его семьи с регистрационного учета по месту жительства по ... ... соответствует требованиям ФИО4 о снятии всех зарегистрированных лиц в квартире перед совершением сделки купли-продажи, совершенной ...; наличие в квартире собранных вещей, их упаковка и подготовка к вывозу из квартиры в связи с переездом в октябре -ноябре 2010г. истцом и его представителем