общественные отношения (объект преступления), временем, местом, способом его совершения и наступившими последствиями, в том числе их масштабом ( объективная сторона преступления), формой вины, мотивами и целями противоправных действий, бездействия (субъективная сторона преступления). Из приведенной правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2017 года N 2-П, следует, что федеральный законодатель, принимая решение о криминализации деяния, обязан учитывать типовую оценку его общественной опасности и, если отдельные признаки преступления свидетельствуют о том, что степень его общественной опасности существенно изменяется по сравнению с типовой оценкой, провести - в силу принципа справедливости - дифференциацию уголовной ответственности, с тем, однако, чтобы при этом не нарушались принципы равенства и правовой определенности. 3. Формулируя общие признаки субъекта преступления, федеральный законодатель предусмотрел в статье 23 УК Российской Федерации, что лицо, совершившее преступление в состоянии опьянения , вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, новых потенциально опасных психоактивных веществ либо других
делу. Изучив материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска, исследовав и оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств, арбитражный суд пришел к выводу о том, что заявленные исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям. Между истцом (Заказчик) и ответчиком (Исполнитель) заключен договор-заявка на перевозку груза автомобильным транспортом № УАП0000888 от 06.03.2020 года. Истец указывает, что ы подтверждение принятых па себя обязательств ответчиком был подан на загрузку к грузоотправителю, указанному в Заявке, автомобиль государственный регистрационный номер <***> под управлением водителя ФИО2 Данный автомобиль, 09.03.2020 года, прибыл па загрузку по адресу: <...>, АО «Воронежсинтезкаучук». В обоснование исковых требований истец указывает, что территории грузоотправителя водитель ФИО2 был замечен с признаками алкогольного опьянения , о чем был составлен грузоотправителем АО «Воронежсинтезкаучук» Акт о выявленном нарушении пропускного и внутриобъектового режимов от 09.03.2020 г. В свою очередь в адрес
КоАП РФ, не мог истечь по объективным причинам. Следовательно, по состоянию на 07.08.2021 ФИО1 считается подвергнутым административному наказанию вышеуказанными судебными актами. То есть, на момент совершения вменяемых по настоящему делу нарушений ФИО1 привлекался к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Данный факт является обстоятельством подтверждающим повторность совершения административного правонарушения. Ответственность за совершение правонарушения по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ с отягчающим признаком в виде повторности, влечет квалификацию совершенного правонарушения по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ. В пунктах 10.3, 10.4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» разъяснено, что ответственность по статье 264.1 УК РФ наступает при условии, если на момент управления транспортным средством в состоянии опьянения водитель является лицом, подвергнутым административному наказанию
Постановление начальника исправительного учреждения от 7 июня 2014 года о признании его таковым объективно подтверждено материалами личного дела, подробно проанализированными в постановлении суда наряду с иными данными о личности осужденного, характеризующими его с отрицательной стороны. Оснований не доверять сведениям, отраженным в представленной характеристике на осужденного, рапортам и акту сотрудников учреждения об употреблении ФИО1 29 мая 2014 года спиртных напитков, акту медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 29.05.2014 года №**, в котором отражены такие объективные признаки опьянения , как пошатывание при поворотах и запах алкоголя изо рта, а также результатам служебной проверки, проведенной по данному факту, у суда апелляционной инстанции не имеется. Вопреки доводам жалобы, законность и обоснованность наложенного на осужденного ФИО1 дисциплинарного взыскания и признания его злостным нарушителем порядка отбывания наказания судом проверены, при этом нарушений требований ст.ст.116 и 117 УИК РФ не выявлено. Доводы ФИО1 о личной заинтересованности начальника администрации исправительного учреждения, иных сотрудников колонии-поселения, их необъективного и
отсутствии в действиях ФИО1 состава вмененного правонарушения не могут быть признаны состоятельными. Доводы ФИО1 в надзорной жалобе о том, что в состоянии алкогольного опьянения он не находился, признаки опьянения, которые сотрудник ДПС вменял ему, не являлись таковыми, на освидетельствование и медицинское освидетельствование он был направлен незаконно, несостоятельны. Как следует из материалов дела, признаки опьянения были достоверно установлены. Так, из протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения следует, что у ФИО1 имелись объективные признаки опьянения в виде запаха алкоголя изо рта, резкого изменения окраски кожных покровов лица, также в протоколе указано на отказ ФИО1 от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, в соответствующей графе протокола о направлении на медицинское освидетельствование имеется личная запись ФИО1 «отказываюсь», удостоверенная его подписью без каких-либо замечаний. Не указано ФИО1 замечаний и по содержанию других процессуальных документов, напротив, в пояснениях в протоколе об административном правонарушении ФИО1 собственноручно написал: «вину признаю, вечером выпил». Таким образом, ФИО1
