Обзор практики по кредитным обязательствам - гражданское законодательство и судебные прецеденты

купли-продажи) не является разумным, в связи с чем признали жалобу агентства в соответствующей части обоснованной. Возникшие между конкурсным управляющим и залоговым кредитором разногласия относительно суммы причитающихся банку денежных средств суды разрешили в пользу ФИО1, не применив при этом правовую позицию, изложенную в пункте 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017 (далее – Обзор судебной практики), и указав, что в рассмотренном ими случае залогом недвижимого имущества обеспечены обязательства самого должника, вытекающие из кредитного договора, а не обязательства залогодателя, не являвшегося основным должником, как в случае, приведенном в Обзоре судебной практики. Указав, что залогом квартиры № 104 обеспечено требование банка именно в размере 952 000 рублей, суды отклонили возражения агентства. По пункту 3 жалобы агентства. С 16.10.2019 до 16.04.2020 у конкурсного управляющего ФИО1 отсутствовал действовавший договор дополнительного страхования его ответственности, заключение которого, исходя из балансовой стоимости активов должника, являлось обязательным. Установив,

(ее наследников) на замену выгодоприобретателя и письменное уведомление в адрес страхового общества в материалах дела отсутствуют. Отменяя судебные акты судов нижестоящих инстанций и удовлетворяя исковое требование, суд округа, руководствуясь положениями статей 200, 382, 384, 934, 956, 961, 966 Гражданского кодекса Российской Федерации, и, учитывая правовые позиции, сформированные в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 № 11750/13, определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2014 № 305-ЭС14-3291, Обзоре судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств , утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.05.2013, Обзоре практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.06.2016, Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, исходил из того, что страхование производилось на случай смерти заемщика, страховщик обязался возместить выгодоприобретателю убытки в пределах страховой суммы, выгодоприобретателем

кодекса Российской Федерации (статьи 1110-1185). Согласно статье 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд апелляционной инстанции, указав, что суд первой инстанции не учел правовую позицию, содержащуюся в пункте 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12 июля 2017 г., пришел к выводу о том, что у Власенко Ю.В. не возникло право требовать взыскания денежных средств с наследника, поскольку задолженность по кредитному обязательству истцом не была погашена в полном объеме. Между тем данный вывод суда апелляционной инстанции не основан на законе. В соответствии с пунктом 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства. Согласно

случае установления компенсационного характера отношений, сложившихся между кредитором и должником, руководствуясь пунктом 6.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, суброгационные требования АО "Сити Инвест Банк", основанные на договоре ипотеки, не могут конкурировать с требованиями других кредиторов (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве, пункт 1 статьи 2 ГК РФ), что является основанием для отказа в удовлетворении требования об установлении залогового статуса. Как верно отмечено судом первой инстанции, в рассматриваемом случае целесообразность учета за реестром залогового статуса данных требований отсутствует. Право на получение выплат в качестве залогодержателя может быть реализовано кредитором только при условии удовлетворения всех реестровых требований, к которым относится и его требование из кредитного договора. Если все реестровые требования будут удовлетворены, то прекратится и акцессорное обязательство ; если же реестровые требования не будут удовлетворены либо удовлетворены частично, то конкурсный

в адрес должника запроса о представлении информации, вместе с тем иные полномочия Банка России по данному вопросу действующим законодательством не предусмотрены. Доводы административного истца и его представителя в судебном заседании о том, что согласно п.9 Обзора судебной практики разрешения судами споров, связанных с принудительным исполнением требований исполнительных документов банками и иными кредитными организациями (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16 июня 2021 года), банк, наделенный полномочием по принудительному исполнению требований исполнительного документа, обязан был произвести расчет суммы неустойки, присужденной на будущее время, основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, поскольку в п.9 вышеуказанного Обзора даны разъяснения об обязанности банка произвести расчет суммы неустойки, взысканной в соответствии со ст.330 ГК РФ по день фактического исполнения обязательства , а не судебной неустойки, присужденной в соответствии со ст.308.3 ГК РФ, о чем указано и в п. 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года __ "О применении судами некоторых

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, Управление систематизации законодательства и анализа судебной практики Верховного Суда Российской Федерации 23.05.2013, в целях недопущения ошибок при рассмотрении гражданских дел, возникающих между банками, иными кредитными организациями и физическими лицами по спорам об исполнении кредитных обязательств, рекомендовала председателям верховных судов республик, краевых, областных судов, Московского и Санкт-Петербургского городских судов, суда автономной области и судов автономных округов ознакомить судей с « Обзором судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств » для учета содержащихся в нем правовых позиций в правоприменительной деятельности. Так в статье 7 ОБЗОРА прямо указано, что в случае изменения кредитного обязательства, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для обеспечивающего его исполнение поручителя, поручительство прекращается с момента внесения изменений в основное обязательство, если на такое изменение не было получено согласия поручителя в форме, предусмотренной договором поручительства. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации,