Оглашение показаний неявившегося потерпевшего - гражданское законодательство и судебные прецеденты

им показаний и о воспроизведении приложенных к протоколу допроса (очной ставки) материалов записи этих показаний с согласия сторон. Для оглашения показаний в случаях неявки, указанных в части 2 статьи 281 УПК РФ, согласия обеих сторон не требуется. Исходя из положений частей 2.1, 6 статьи 281 УПК РФ и подпункта "d" пункта 3 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года в их взаимосвязи оглашение без согласия одной из сторон показаний неявившегося потерпевшего или свидетеля, достигшего возраста восемнадцати лет, и о воспроизведении материалов записи его показаний, а равно оглашение без такого согласия показаний несовершеннолетнего потерпевшего или свидетеля допускается при условии, что обвиняемому (подсудимому) в досудебных стадиях производства по делу была предоставлена возможность оспорить показания свидетельствующего против него лица предусмотренными законом способами. 12. По смыслу части 6 статьи 281 и части 5 статьи 191 УПК РФ суд не вызывает несовершеннолетнего потерпевшего, свидетеля для допроса

на показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, данные ими в ходе предварительного расследования или в ином судебном заседании, допустима только при условии оглашения этих показаний с соблюдением требований, установленных статьями 276, 281 УПК РФ. В соответствии с подпунктом "e" пункта 3 статьи 14 Пакта о гражданских и политических правах и подпунктом "d" пункта 3 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет право допрашивать показывающих против него свидетелей или право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, а также имеет право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него. С учетом этих положений и в силу части 2.1 статьи 281 УПК РФ суд не вправе оглашать без согласия сторон показания неявившихся потерпевшего или свидетеля, воспроизводить в судебном заседании материалы видеозаписи или киносъемки следственных действий, проведенных с их участием, а также ссылаться в

оглашает протоколы и иные документы, производит другие судебные действия по исследованию доказательств. Оглашение показаний, данных при производстве предварительного расследования, рассматривается как исключение и допускается лишь в случаях, предусмотренных законом (часть вторая статьи 240 УПК Российской Федерации), что обусловлено как необходимостью устранения неравенства в процессуальных возможностях по исследованию доказательств между стороной защиты и стороной обвинения, производившей допросы потерпевших и свидетелей в ходе досудебного производства и составившей соответствующие протоколы, так и стремлением создать для суда условия, при которых ему обеспечиваются свободные от постороннего влияния восприятие и оценка показаний участников уголовного судопроизводства. В тех же целях статьей 272 УПК Российской Федерации предусматривается, что при неявке кого-либо из участников уголовного судопроизводства суд выслушивает мнения сторон о возможности судебного разбирательства в его отсутствие и выносит определение или постановление об отложении судебного разбирательства или о его продолжении, а также о вызове или приводе неявившегося участника. Созданию сторонам защиты и обвинения равных процессуальных возможностей по исследованию доказательств

дело направить на новое судебное рассмотрение. Указывает, что судом нарушены требования ст. 15 УПК РФ. Это выразилось в том, что суд незаконно оставил без удовлетворения ходатайства стороны защиты об оглашении показаний неявившихся свидетелей П., Ю.П. Г. В ходе судебного следствия исследовались недопустимые доказательства - документы изъятые при выемке 19 октября 2007 года без судебного решения, распечатки соединения телефонных номеров. В прениях государственный обвинитель Розанова Е.Д. оказала воздействие на присяжных заседателей, обратилась к ним, что с учетом представленных доказательств у них не должно быть сомнений в виновности подсудимых, назвала подсудимых преступниками, их действия циничными и хладнокровными, заявила, что оставляет на усмотрение присяжных заседателей только вопрос о снисхождении. Государственный обвинитель Никифоров А.Г. также заявил о циничности и хладнокровности действий подсудимых при похищении потерпевшей Б.. Председательствующий на данные нарушения не реагировал, в напутственном слове нарушил принцип объективности и беспристрастности, сослался на неисследованные и не установленные в судебном заседании факты - изготовление ФИО1 документов

данные этими свидетелями показания. Утверждение осужденного Мельникова А.Г. о том, что суд огласил только последние показания этих свидетелей, не огласив ранее данные показания, не соответствует действительности, поскольку стороне защиты была предоставлена возможность огласить показания этих, а также некоторых других свидетелей в объеме, признанном ею желательным. Тот факт, что первоначально в удовлетворении ходатайства стороны защиты об оглашении этих показаний было отказано и они были оглашены лишь после поддержания его государственным обвинителем, не свидетельствует о нарушении процессуальных прав Мельникова А.Г. Не может быть признано нарушением прав осужденного и то, что суд не признал возможным проведение допроса неявившихся свидетелей, проживающих в другом государстве, в режиме видеоконференц-связи, так как использование такой процедуры, предусмотренной ст. 278.1 УПК РФ, не является предметом регулирования в рамках международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства. Вопросный лист по делу составлен в соответствии с правилами, установленными ст. 338 и 339 УПК РФ: его формулировки конкретны и понятны, не содержат юридических терминов

дело направить на новое судебное рассмотрение. Указывает, что судом нарушены требования ст. 15 УПК РФ. Это выразилось в том, что суд незаконно оставил без удовлетворения ходатайства стороны защиты об оглашении показаний неявившихся свидетелей П., Ю.П. Г. В ходе судебного следствия исследовались недопустимые доказательства - документы изъятые при выемке 19 октября 2007 года без судебного решения, распечатки соединения телефонных номеров. В прениях государственный обвинитель Розанова Е.Д. оказала воздействие на присяжных заседателей, обратилась к ним, что с учетом представленных доказательств у них не должно быть сомнений в виновности подсудимых, назвала подсудимых преступниками, их действия циничными и хладнокровными, заявила, что оставляет на усмотрение присяжных заседателей только вопрос о снисхождении. Государственный обвинитель Никифоров А.Г. также заявил о циничности и хладнокровности действий подсудимых при похищении потерпевшей Б.. Председательствующий на данные нарушения не реагировал, в напутственном слове нарушил принцип объективности и беспристрастности, сослался на неисследованные и не установленные в судебном заседании факты - изготовление Константиновой документов

ранее данные этими свидетелями показания. Утверждение осужденного ФИО1 о том, что суд огласил только последние показания этих свидетелей, не огласив ранее данные показания, не соответствует действительности, поскольку стороне защиты была предоставлена возможность огласить показания этих, а также некоторых других свидетелей в объеме, признанном ею желательным. Тот факт, что первоначально в удовлетворении ходатайства стороны защиты об оглашении этих показаний было отказано и они были оглашены лишь после поддержания его государственным обвинителем, не свидетельствует о нарушении процессуальных прав ФИО1 Не может быть признано нарушением прав осужденного и то, что суд не признал возможным проведение допроса неявившихся свидетелей, проживающих в другом государстве, в режиме видеоконференц-связи, так как использование такой процедуры, предусмотренной ст. 278.1 УПК РФ, не является предметом регулирования в рамках международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства. Вопросный лист по делу составлен в соответствии с правилами, установленными ст. 338 и 339 УПК РФ: его формулировки конкретны и понятны, не содержат юридических терминов

следует из протокола судебного заседания, ДД.ММ.ГГГГ судом были оглашены показания представителя потерпевшего М.В.Н., данные им при производстве дознания (№) без вынесения соответствующего постановления и без обсуждения сторонами возможности оглашения данных показаний. При этом утверждение судом предложенного государственным обвинителем порядка исследования доказательств, где предлагалось, в том числе исследовать показания представителя потерпевшего, и отсутствие возражений стороны защиты против предложенного порядка исследования доказательств нельзя расценивать как согласие стороны защиты именно на оглашение показаний представителя потерпевшего, поскольку оглашение показаний неявившегося потерпевшего в силу ч.1 ст. 281 УПК РФ возможно только по ходатайству одной из сторон судебного процесса при согласии второй стороны. Между тем, самостоятельного ходатайства об оглашении показаний потерпевшего М.В.Н., с указанием конкретных листов дела от государственного обвинителя не поступало, на обсуждение сторон данный вопрос судом не был поставлен и решения об этом не принято. Более того, для суда представлялось очевидным несогласие стороны защиты на оглашение показаний представителя потерпевшего, поскольку в этом же судебном

об удалении подсудимого ФИО1, систематически нарушавшего в ходе судебного заседания порядок, не подчинявшегося распоряжениям председательствующего, не реагировавшего на неоднократные замечания судьи, основано на законе и не может расцениваться как существенное нарушение прав подсудимого. Таким образом, указанное решение об удалении подсудимого из зала суда до окончания прений сторон является законным, обоснованным и мотивированным. Доводы осужденного о том, что было нарушено его право на защиту, т.к. адвокат Захаров В.В. занял позицию обвинения, дал согласие на оглашение показаний неявившегося потерпевшего и свидетелей, являются несостоятельными. Согласно протоколам судебных заседаний по данному делу, адвокат Захаров В.В. полностью поддерживал позицию осужденного ФИО1, в отсутствие ФИО1 согласия на оглашение показаний не давал, сообщил, что оставляет этот вопрос на усмотрение суда (л.д.106, 149, 150 т.2). Кроме того, в ходе судебного разбирательства осужденный ФИО1 не отказывался от адвоката Захарова В.В. Доводы осужденного о том, что суд незаконно и необоснованно удостоверил правильность замечаний, принесенных государственным обвинителем на протокол судебного заседании

обоснование ходатайств ФИО1 мотивировал со ссылкой на материалы уголовного дела, что свидетельствует о том, что он с ними знаком. Вопреки доводам жалобы, оснований, предусмотренных ст. 237 УПК РФ к возвращению уголовного дела прокурору не имеется. Отсутствие подписи в протоколе ознакомления суд обоснованно посчитал избранной линией защиты обвиняемого. В качестве доказательств виновности осужденного приведены показания свидетелей ФИО15 и ФИО21, оглашенные судом при наличии возражений стороны защиты. В силу ч. 2.1 ст. 281 УПК РФ оглашение показаний неявившегося потерпевшего , свидетеля в отсутствии согласия сторон может быть принято судом при условии предоставления обвиняемому (подсудимому) в предыдущих стадиях производства по делу возможности оспорить эти доказательства предусмотренными законом способами. Вместе с тем, ФИО1 в ходе предварительного следствия не заявлял ходатайств о проведении очных ставок с этими свидетелями. Таким образом, своим правом оспорить эти доказательства обвиняемый не воспользовался. Оснований к исключению показаний свидетелей ФИО15 и ФИО21 из числа доказательств, нет. Протоколы судебного заседания и диски