муниципального образования «Нерюнгринский район» Республики Саха (Якутия) на определение судьи Нерюнгринского городского суда Республики Саха (Якутия) от 7 февраля 2019 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) от 11 марта 2019 г. Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Юрьева И.М., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила: орган опеки и попечительства муниципального образования «Нерюнгринский район» Республики Саха (Якутия) (далее - орган опеки и попечительства) в интересах несовершеннолетней ФИО1 обратился в суд с заявлением об установлении факта отсутствия родительского попечения. В обоснование заявления орган опеки и попечительства указал, что несовершеннолетняя ФИО1, <...> года рождения, уроженка г. <...> Кыргызской Республики, с ноября 2008 г. проживает на территории Российской Федерации в отсутствие родителей и находится под опекой своей тети Погожевой А.В. на основании постановления Нерюнгринской районной администрации от 13 июля 2010 г. № 1606. Сведения об отце ребенка в свидетельстве о рождении
и, как следствие, о необоснованном получении ею меры социальной поддержки по оплате жилого помещения и коммунальных услуг ранее даты поступления в Управление социальной защиты населения по Нижнеилимскому району приказа о ее переводе на другую должность, Токарь Г.М. не представлено. Отклоняя доводы ФИО1 о том, что у истца и ее работодателя - Центра социальной помощи семье и детям Нижнеилимского района один учредитель - министерство социального развития, опеки и попечительства Иркутской области, в связи с чем факт перевода ФИО1 с должности социального работника Социально-реабилитационного центра для несовершеннолетних «Светлячок» на должность сторожа Центра социальной помощи семье и детям Нижнеилимского района мог быть выявлен истцом при проведении стандартных контрольных мероприятий, суд первой инстанции сослался на то, что как на момент предоставления ФИО1 мер социальной поддержки по оплате жилого помещения и коммунальных услуг, так и на момент ее перевода в Центр социальной помощи семье и детям Нижнеилимского района на должность сторожа на истца не была
заседании арбитражного суда не позднее чем через месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Федеральным законом. Обращаясь с заявлением о разрешении разногласий по вопросу об оплате арендных платежей, ФИО1 в его обоснование указал, что в 2017 году переехал на постоянное место жительства в Московскую область и с указанного времени вынужден арендовать жилое помещение по адресу: г. Давыдово, 2 <...>, где совместно с ним проживают находящиеся под его опекой несовершеннолетние дети 2009 и 2010 годов рождения. Учитывая, что определением суда от 07.09.2020 по делу №А19-10706/2018 должнику было отказано в удовлетворении ходатайства об исключении из конкурсной массы денежных средств, необходимых для внесения арендных платежей по договору найма жилого помещения, ФИО1 оплачивал аренду жилого помещения из средств, предназначенных для содержания находящихся под его опекой несовершеннолетних детей. Поскольку согласно позиции финансового управляющего арендные платежи относятся к числу текущих платежей, ФИО1 просил компенсировать ему платежи, самостоятельно произведенные за
предусмотрен иной порядок обжалования. Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции о недоказанности неравноценности встречного предоставления в результате совершения оспариваемой сделки, нарушающей имущественные права кредиторов и должника. При этом судом апелляционной инстанции отмечено, что исходя из пропорциональности размера общих долгов и полученного в результате раздела имущества, ответчику полагалась бы доля в совместно нажитом имуществе в большем размере, чем ей перешло по оспариваемым соглашениям, с учетом оставления на ее иждивении и под ее опекой несовершеннолетнего ребенка; финансовый управляющий ФИО2 не доказал, что в случае разделения бывшими супругами совместно нажитого имущества (за вычетом причитающегося несовершеннолетнему ребенку) и общих долгов поровну, у должника осталось бы имущество в большем размере, чем установлено оспариваемым соглашением. Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права. Согласно с
заявителей по ним), судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для его отмены в силу следующего. Как установлено апелляционным судом и следует из материалов дела, ФИО7 обратился с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Саратовской области от 18.11.2021 в порядке статьи 42 АПК РФ, полагая, что указанным судебным актом в части признания недействительной сделкой заключенного между должником ФИО1 и ФИО5 договора купли-продажи квартиры по адресу: <...>, затрагивают права и законные интересы находящейся под его опекойнесовершеннолетней ФИО3 (дочери должника ФИО1), зарегистрированной в указанной квартире, вместе с тем, ни он, ни орган по опеке и попечительству, к участию в рассмотрении указанного спора привлечены не были. Ходатайствуя о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы, ФИО7 указывал на то, что об обстоятельствах нарушения указанным определением прав и интересов несовершеннолетней ФИО3 ему стало известно в связи с получением 15.06.2023 письма ФИО2 (матери ФИО3). Прекращая производство по апелляционной жалобе ФИО7, апелляционный суд пришел к выводу
разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами. Общие долги супругов при разделе общего имущества супругов распределяются между супругами пропорционально присужденным им долям. Исходя из пропорциональности размера общих долгов и полученного в результате раздела имущества, ответчику полагалась бы доля в совместно нажитом имуществе в большем размере, чем ей перешло по оспариваемым соглашениям, с учетом оставления на ее иждивении и под ее опекойнесовершеннолетнего ребенка. При этом управляющий не доказал, что в случае разделения бывшими супругами совместно нажитого имущества (за вычетом причитающегося несовершеннолетнему ребенку) и общих долгов поровну, у должника осталось бы имущество в большем размере, чем установлено оспариваемым соглашением. При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о недоказанности управляющим неравноценности встречного предоставления в результате совершения оспариваемой сделки, нарушающей имущественные права кредиторов и должника. Исходя из вышеизложенного, суд полагает, что основания для признания оспариваемой сделки недействительной по пунктам
подтверждает наличие у нее достаточного дохода для предоставления содержания своим несовершеннолетним детям. Перечисленные в названной таблице расходы на оплату кредита взятого для приобретения подарка на день рождения, госуслуги по получению загранпаспортов, оплату потребительских кредитов, коммунальных услуг, авиаперелета в г. Анталья и проживание в отеле, означают, что средства для содержания детей ФИО1 в течение года до смерти ФИО7 имела. Следовательно, траты последнего на детей были способом ведения общего хозяйства с ФИО1 Совместное проживание, забота и опека несовершеннолетних детей, траты на ведение общего хозяйства, в т.ч. и на детей, сами по себе не являются основанием для признания тех несовершеннолетними иждивенцами ФИО7, в силу того, что лицо, обязанное предоставлять детям содержание – ФИО1 имела для этого денежные средства в достаточном количестве, которые расходовала по своему усмотрению. Иными лицами и по другим основаниям судебное решение не обжаловано, необходимость его проверки в полном объеме отсутствует. При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит предусмотренных ст.330 Гражданского
