органа государственной власти субъекта Российской Федерации, регулируется нормами федерального законодательства, законодатель Архангельской области, устанавливая в оспариваемой прокурором норме областного закона особые гарантии трудовых прав для депутатов Архангельского областного Собрания депутатов, превысил свои полномочия и вторгся в компетенцию федеральных органов государственной власти, установленную указанной выше частью 1 статьи 6 Трудового кодекса РФ, Подобная правовая позиция была признана правомерной и Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, указавшего в постановлении от 26 октября 2005 года по делу об оспариванииЗакона Республики Коми «О местном самоуправлении в Республике Коми» на то, что органы государственной власти субъектов Российской Федерации вправе в силу части 2 статьи 6 Трудового кодекса РФ принимать законы и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, но по вопросам, не отнесенным к полномочиям федеральных органов государственной власти. А учитывая, что порядок заключения, изменения и расторжения трудовых договоров установлен нормами федерального законодательства, законодатель субъекта Российской Федерации не вправе осуществлять правовое регулирование в этой
претендующий на заключение с ним договора на размещение нестационарного торгового объекта без проведения аукциона, в целях выполнения пункта 4 части 5 статьи 2 Закона № 61-РЗ предоставит уполномоченному органу достоверную информацию. К тому же не исключается получение такой информации уполномоченным органом всеми доступными и законными способами. Доводы о том, что судом первой инстанции не дана оценка оспариваемым положениям нормативно правового акта на соответствие их Конституции РФ, являются несостоятельными, поскольку суды не рассматривают дела об оспаривании законов и иных нормативных правовых актов субъектов . Российской Федерации, изданных по вопросам, относящимся к ведению органов государственной власти Российской Федерации и совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации, на предмет их соответствия Конституции Российской Федерации (о чем разъяснено в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. № 50 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения
тогда, когда он содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов. Обжалуемые судебные акты приведенным требованиям не соответствуют. Тем самым судами допущено существенное нарушение норм материального права, повлиявшее на исход административного дела, в связи с чем Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации полагает необходимым обжалуемые судебные акты судов нижестоящих инстанций отменить и, не передавая административное дело на новое рассмотрение, принять по нему новое решение об удовлетворении требований ПАО «ФСК ЕЭС» об оспаривании законов от 25 апреля 2014 г. № 2947-КЗ и от 6 апреля 2015 г. № 3160-КЗ. На основании изложенного Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 328-330 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, определила: решение Краснодарского краевого суда от 17 января 2020 г., апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Третьего апелляционного суда общей юрисдикции от 11 июня 2020 г. и кассационное определение судебной коллегии по административным делам Четвертого кассационного суда общей
что арбитражный суд вправе рассматривать заявления об оспаривании нормативных правовых актов, затрагивающих права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, если федеральным законом их рассмотрение отнесено к компетенции арбитражного суда. Кроме того, порядок разрешения споров, определенный в Федеральном законе от 23.02.1995 г. № 26-ФЗ и Законе Краснодарского края от 07.08.1996 г. № 41-КЗ указывает на то, что арбитражным судом разрешаются экономические споры и споры в сфере управления. В данном случае, оспаривание Закона Краснодарского края не имеет экономической направленности. В пункте 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 г. № 80 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении арбитражными судами дел об оспаривании нормативных правовых актов» разъяснено, что в п. 5 ст. 27 Федерального закона от 06.10.1999 г. № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов власти субъектов Российской Федерации» предусмотрено, что законы субъектов Российской Федерации, правовые акты
имеющим большую юридическую силу, и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности или создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. Закон Краснодарского края от 7 июля 1999 года № 193-КЗ «О пассажирских перевозках автомобильным транспортом и городским наземным электрическим транспортом в Краснодарском крае» (далее - Закон № 193-КЗ) не регулирует ни одну из указанных сфер деятельности. Федеральный закон, предусматривающий оспаривание Закона № 193-КЗ (нормативных правовых актов в сфере организации транспортного обслуживания населения), отсутствует. Проводимый в соответствии с Законом № 193-КЗ конкурс на право осуществления регулярных пассажирских перевозок и заключаемый по результатам его проведения договор на право осуществления регулярных пассажирских перевозок не являются соответственно размещением государственного заказа и государственным контрактом. Следовательно, Закон № 193-КЗ не является нормативным правовым актом в сфере размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд. Не
инстанции исчислил с 25.05.2016, посчитав, что годичный срок на обращение в суд истек 25.05.2017. Обращение в суд последовало 10.08.2017, за пределами срока исковой давности. Об этом обстоятельстве заявлено Банком, что в силу положений статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления, применительно к специальным основаниям оспаривания. Указанный вывод суд апелляционной инстанции полагает ошибочным, отмечая, что возможность инициации процедуры оспаривания соответствующих сделок должника в деле о банкротстве, применительно к специальным основаниям оспаривания, закон связывает, прежде всего, с введением процедуры внешнего либо конкурсного производства, с учетом, того, что прерогатива инициации оспаривания возлагалась на соответствующего арбитражного управляющего. В рассматриваемой ситуации, с учетом открытия в отношении ООО «Вертекс» 09.08.2016 процедуры конкурсного производства и с учетом возникновения у ООО НПК «Синтекс» прав полноценного кредитора, включенного в реестр, с 25.10.2016 (оглашение резолютивной части соответствующего определения суда), подачу заявления в рамках настоящего обособленного спора следует рассматривать как подачу с соблюдением срока на оспаривание.
заключаются в случаях, в том числе размещения на новый срок НТО, размещенного в соответствии со схемой размещения НТО, хозяйствующим субъектом, надлежащим образом исполняющим свои обязательства по действующему договору аренды земельного участка, заключенному до 1 марта 2015 года и предусматривающему размещение нестационарного торгового объекта. Как отметил Верховный суд Чувашской Республики в апелляционном определении от 15.02.2023 по делу № 33а-442/2023, часть 5 статьи 5 Закона № 39 являлась предметом рассмотрения судебных инстанций при рассмотрении дела об оспариванииЗакона от 24.06.2021 № 49 «О внесении изменений в статью 5 Закона Чувашской Республики "О государственном регулировании торговой деятельности в Чувашской Республике и о внесении изменений в статью 1 Закона Чувашской Республики «О розничных рынках». Верховный суд Чувашской Республики решением от 09.12.2021, оставленным без изменения апелляционным определением Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 17.08.2022 и кассационным определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 06.12.2022, по административному делу № 3а-308/2021 отказал в признании названного закона и
считается согласованным. Кроме того, проект Генерального плана был согласован с Правительством Красноярского края и органами местного самоуправления муниципальных образований, имеющих общие границы с городским округом город Красноярск. Представитель Главы города Красноярска ФИО3, действующая на основании доверенности, полагала административный иск необоснованным, приведя доводы, аналогичные изложенным представителем Красноярского городского Совета депутатов, дополнительно пояснив, что письмом Рослесхоза от 05 ноября 2014 года подтверждается согласование проекта оспариваемого Генерального плана. Кроме того, по мнению представителя, надлежащим способом защиты является оспаривание Закона Красноярского края от 06 июля 2007 года № 19-4986 «Об установлении границ муниципального образования город Красноярск». Представитель министерства лесного хозяйства Красноярского края ФИО4, действующая на основании доверенности, поддержала административный иск, полагая обоснованными доводы административного истца. В письменных пояснениях представитель Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Красноярскому краю (далее - Управление Росреестра по Красноярскому краю) ФИО5, действующая на основании доверенности, указала на то, что отсутствие согласования проекта генерального плана городского поселения с
которой и проверяется соответствие этой документации исходным данным, техническим условиям и требованиям. Требования, предъявляемые федеральным законодательством, к содержанию землеустроительной документации, не применяются к законам края об установлении границ муниципальных образований края. Таким образом, утверждение агентства о том, что «признание реестровой ошибкой координат характерных точек границ муниципальных образований фактически является признанием недействующим Закона края № 13-3037» ошибочно. По существу, признание реестровой ошибкой внесенных в ЕГРН сведений о координатах характерных точек, обозначающих границы муниципальных образований, и оспаривание Закона края № 13-3037 это разные правоотношения, соответственно земельные и административные. Истец не приводит доказательств того, что в документах кадастрового учета, устанавливающих границу муниципального образования, содержится ошибка. Истцом не указываются точки пересечения границы муниципального образования и его земельного участка. Более того, заявлено требование о признании ошибкой всех координат характерных точек, обозначающих границы Атамановского и Кононовского сельсовета. То есть, по сути, истец говорит о том, что границы двух муниципальных образований, а не их части, определены ошибочно.
