Отчуждение товарного знака добросовестный приобретатель - гражданское законодательство и судебные прецеденты

в отношении должника дела о банкротстве, по данной сделке должник не получил никакого встречного исполнения, следствием заключения сделки стало уменьшение конкурсной массы должника, что направлено на нарушение прав и законных интересов кредиторов; отчужденное имущество - в части подлежит возврату в конкурсную массу, в части – возмещению в размере действительной стоимости; недействительность сделки об отчуждении исключительных прав на товарные знаки означает, что права должника на вышеуказанные товарные знаки не прекращались и до настоящего времени принадлежат должнику, поскольку спорные товарные знаки утрачены должником помимо его воли, он вправе истребовать их от любого лица, в том числе от добросовестного приобретателя . Оснований для отмены судебного акта, исходя из доводов жалобы, не имеется, в силу следующего. Полномочия на оспаривание сделок должника, истребование имущества из чужого незаконного владения предоставлены конкурсному и внешнему управляющему положениями статей 61.9, 99, 129 Закона о банкротстве. В силу пунктов 1, 2 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или

выплате вознаграждения за отчуждение товарного знака необходимо учитывать не только недополученную прибыль, но и финансовые последствия такого решения. Из материалов дела не усматривается, что данный вопрос исследовался судами, тогда как установление данных обстоятельств имело существенное значение для рассмотрения дела. Таким образом, фактически требования истца судами не рассмотрены. Кроме того, суд кассационной инстанции считает необходимым обратить внимание на следующее. Так, согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ. Пунктом 3 статьи 1 ГК РФ предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно . В соответствии

Таким образом, как полагает заявитель кассационной жалобы, вывод судов первой и апелляционной инстанций о том, что соответствующий договор между ответчиками был заключен 15.08.2019, а также сделанный ими вывод о том, что денежные средства по договору от 05.09.2019 об отчуждении исключительного права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 373772 были возвращены предпринимателю ФИО1, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Истец также отмечает, что, вопреки утверждению судов о необоснованности заявленных требований, в дополнении к исковому заявлению предпринимателя ФИО1 отражено, что в соответствии с пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно . Между тем любые действия предпринимателя ФИО2, связанные с передачей исключительного права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 373772 и совершенные им после заключения договора от 05.09.2019 с предпринимателем ФИО1, не являются добросовестными и не соответствуют

подачи частной жалобы на определение Советского районного суда г.Владикавказа РСО-Алания от 30 сентября 2014 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к ООО «Стрелец+», ООО «Гранит», ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи 100% доли в уставном капитале ООО «Стрелец+», применении последствий его недействительности, признании договора об отчуждении исключительного права на товарный знак «BERLOGA» заключенного между ООО «Стрелец+» и ООО «Гранит», недействительным, применении последствий его недействительности, о признании договора купли-продажи части доли в уставном капитале общества заключенного между ФИО2 и ФИО4 недействительным, применении последствий его недействительности, а также по встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1, ФИО3 о признании добросовестным приобретателем 100% доли в уставном капитале ООО «Стрелец+», оставить без удовлетворения. Заслушав доклад судьи Верховного Суда РСО-Алания Джиоева П.Г., выслушав объяснения представителя ФИО1 – ФИО5, поддержавшего доводы частной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РСО-Алания у с т а н о в и л а: 1 апреля

установила: ФИО1 обратилась в суд с иском к Обществау с ограниченной ответственностью «Стрелец+» (далее - ООО «Стрелец+»), Обществу с ограниченной ответственностью «Гранит» (далее - ООО «Гранит»), ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи ... % доли в уставном капитале ООО «Стрелец+», применении последствий его недействительности, признании договора об отчуждении исключительного права на товарный знак «BERLOGA», заключенного между ООО «Стрелец+» и ООО «Гранит», недействительным, применении последствий его недействительности, признании договора купли-продажи части доли в уставном капитале общества, заключенного между ФИО2 и ФИО4, недействительным, применении последствий его недействительности. ФИО2 обратился в суд со встречным иском к ФИО1, ФИО3 о признании добросовестным приобретателем ... % доли в уставном капитале ООО «Стрелец+». Определением Советского районного суда г. Владикавказа Республики Северная Осетия-Алания от 4 апреля 2014 года, с учетом исправления описок определением от 9 апреля 2014 года, и определением Советского районного суда г. Владикавказа Республики Северная Осетия-Алания от 15 июля 2014 года были наложены