договору. Исполнение обязательств заемщика обеспечено поручительством компании. Впоследствии она по требованию банка погасила задолженность по кредитному договору. После возбуждения дела о банкротстве должника компания предъявила к включению в реестр сумму, выплаченную банку. Признавая требование компании обоснованным и подлежащим удовлетворению в третью очередь, суд первой инстанции сослался на то, что поручительство выдано в отсутствие имущественного кризиса на стороне должника, все права, принадлежавшие банку, перешли к компании в порядке суброгации (ст. 365, 384 и 387 ГК РФ). Суд апелляционной инстанции определение суда первой инстанции отменил, признал требование компании необоснованным. Компания и должник контролировались одним и тем же конечным бенефициаром , определяющим их действия, а также действия иных лиц, входящих в одну с ними группу. Суд установил, что имело место свободное перемещение денежных средств внутри данной группы. В частности, полученное от банка финансирование было перераспределено - выведено из числа активов должника со ссылкой на выдачу им займа другому члену группы. Затем при
прямо указано, что в силу должностного положения, КДЛ могут быть признаны: главный бухгалтер, финансовый директор и должностные лица лиц, осуществляющих корпоративный контроль над должником (например, руководитель "материнской" компании); - суд может признать лицо КДЛ по иным основаниям (пункт 5 статьи 61.10); - для определения КДЛ введены три опровержимые презумпции (подпункты 1 - 3 пункта 4 статьи 61.10), которые облегчат доказывание наличия статуса КДЛ (то есть отсутствие статуса КДЛ должен будет доказывать сам субсидиарный ответчик). 2.1. Презумпции выгоды для определения КДЛ (признак КДЛ - бенефициара ). Особо необходимо отметить презумпцию наличия статуса КДЛ при получении выгоды за счет незаконных или недобросовестных действий директора. Презумпция содержит два юридических факта: факт-основание, присутствующий в гипотезе нормы, и факт-предположение, заключенный в диспозиции нормы. Если установлен факт-основание, считается установленным и факт-предположение. Таким образом, для установления статуса КДЛ (факта-предположения) необходимо доказать получение выгоды (факта-основания). 2.1.1. Основания введения презумпции. Поскольку предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск
что оспариваемая сделка совершена ее участниками при наличии неисполненных обязательств должника перед иными кредиторами и в отсутствие реальной воли сторон на заключение возмездной сделки ( отсутствие оплаты по договору купли-продажи). Судами установлено, что при совершении оспариваемой сделки стороны умышленно прикрыли совершение безвозмездной сделки иной сделкой - договором купли-продажи; данные действия сторон, совершенные со злоупотреблением правом, были направлены на то, чтобы впоследствии уменьшить конкурсную массу и причинить вред кредиторам. В условиях банкротства общества «Влад ДВ», а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об истребовании имущества из чужого незаконного владения затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу. При этом в сохранении имущества должника за собой заинтересованы его бенефициары , что повышает вероятность различных злоупотреблений, направленных на создание видимости реально несуществовавших правоотношений. В условиях конкуренции кредиторов должника возможны ситуации, когда отчуждение имущества носит формальный
инстанций о недобросовестности предпринимателей ФИО5 и Вольневич А.В. и о наличии оснований для истребования у них приобретенных у общества «Калипсо» помещений сделаны по неполно исследованным обстоятельствам. С учетом изложенного вопрос о добросовестности ответчиков (покупателей) не мог быть правильно разрешен судами трех инстанций до выяснения всей совокупности обстоятельств, относящихся к заключению ими договоров купли-продажи, в том числе касающихся подыскания продавца, проведения с ним переговоров, осмотра имущества, наличия или отсутствия у покупателей сведений о притязаниях третьих лиц в отношении данного имущества, установления конечных бенефициаров общества «Калипсо», в пользу которых было приобретено спорное имущество. Принимая во внимание изложенное, Судебная коллегия считает, что решение от 14.02.2020, постановление апелляционного суда от 13.08.2020 и постановление окружного суда от 16.12.2020 приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, при неполном исследовании обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора, поэтому указанные судебные акты на основании части 1 статьи 291.11 АПК РФ подлежат отмене, а дело
375.1 и 379 Гражданского кодекса. Бенефициар в кассационной жалобе указывает на отсутствие оснований для удовлетворения иска ООО «Спец Строй», указывает на ненадлежащее исполнение ООО «Спец Строй» обязательств по контракту и, соответственно, обоснованное предъявление банку требования о выплате по гарантии. Кроме того, в отзыве на кассационную жалобу АО «РКЦ «Прогресс» просит оставить кассационную жалобу ПАО «Сбербанк России» без удовлетворения, указывает на то, что банк реализовал свое право на судебную защиту при рассмотрении дела № 2-1201/2019 Кировского районного суда города Самары. Государственная корпорация по космической деятельности «Роскосмос» в отзыве на кассационную жалобу банка просит оставить ее без удовлетворения, а также поддерживает доводы, изложенные в жалобе АО «РКЦ «Прогресс». ООО «Спец Строй» в отзыве просит кассационные жалобы АО «РКЦ «Прогресс» и ПАО «Сбербанк России» оставить без удовлетворения. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Павловой Н.В. от 08.09.2021 кассационные жалобы банка и бенефициара вместе с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии
от 11.10.2019 по делу №А60-6538/2019 Арбитражный суд Свердловской области констатировал, что расчеты с контрагентами и работниками общества «Завод Искра» (общество «Завод Нефтемаш») осуществлялись через общество «ИТК», поскольку у общества «Завод Искра» отсутствовала возможность осуществления расчетов, в связи с отсутствием расчетного счета в спорный период; в свою очередь, общество «ИТК Техмаш» и общество «ИТК» входят в группу компаний, которая контролировалась генеральным директором ФИО6. Кроме того, участниками общества «ВПТ-Нефтемаш» согласно сведениям из ЕГРЮЛ являются ФИО6 и ФИО8 с долей участия в уставной капитале по 50% у каждого; также в состав участников общества «ИТК Техмаш» входит ФИО3, владеющий 80% уставного капитала общества и являющийся его директором. Несмотря на то, что ФИО6 фактически являлся бенефициаром и контролировал деятельность общества «Нефтемаш завод» (общество «Завод Искра»), конкурсный управляющий не заявляет к нему требований о привлечении к субсидиарной ответственности. Следовательно, конкурсный управляющий, заявляя свои требования к ФИО3, выступает исключительно в интересах кредитора общества «ВПТ-Нефтемаш» (директор ФИО6)».
инстанции, поскольку принятие судом уточнения исковых требований не привело к принятию неправильного решения. Доводы ООО «Капитал Инвест» о том, что с учетом необходимости рассмотрения первоначально заявленных требований выводы суда об отсутствии оснований для признания сделок недействительными не соответствуют обстоятельствам дела и представленным доказательствам, даже если признать, что ответчики возмездно приобрели доли в Магнат-РД, оспариваемые сделки являются недействительными на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совершены в период неплатежеспособности Должника между аффилированными лицами по существенно заниженной стоимости, не принимаются судом апелляционной инстанции поскольку документально не подтверждены. Доводы ООО «ГЭС ресурс» о том, что установление судом первой инстанции в мотивировочной части судебного акта обстоятельств получения ООО «ГЭС ресурс» какой-либо экономической выгоды от деятельности ООО «Магнат-РД», наличия у него статуса бенефициара или собственника бизнеса является незаконным, поскольку выводы не имеют отношения к настоящему спору; учитывая предмет заявленного требования (о признании сделки недействительной), суд первой инстанции, очевидно, вышел за пределы исследования доказательств,
по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475) вышеуказанные обстоятельства подтверждают доводы конкурсного управляющего о взаимосвязанности должника и ответчика. Вместе с тем, это не привело к принятию судами неверного решения, в рассматриваемом случае установление факта заинтересованности сторон в отсутствие доказательств цели причинения вреда и наличия такого вреда в результате заключения и исполнения оспариваемых сделок не образует состав подозрительности сделки (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63). С учетом этого ссылка кассатора на неправомерность сделанных судами выводов в связи с необоснованным отклонением доводов заявителя об аффилированности должника и ответчика, вхождении их в одну группу компаний взаимозависимых лиц, которые имеют общего бенефициара и пересекающихся в личном плане единоличных исполнительных органов, ведении между компаниями совместной хозяйственной деятельности, отклоняется судом кассационной инстанции. Причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате заключения и исполнения оспариваемых судами не установлено (сделки совершены с равноценным встречным предоставлением). Доводы кассатора о
