«внешнем» несоответствии рассматриваемых отношений трудовым. Между тем заявитель не представил ни одного доказательства того, что ФИО4 совершал действия, не характерные для работника общества. Так из протоколов допросов ФИО4 (№ 584 от 10.02.2019), ФИО12 (№ 150 от 10.02.2019) следует, что управляющий ежедневно находился на работе. Его рабочий день составлял 9-10 часов. То есть Управляющий совершал действия, характерные для работников Общества. В материалах дела отсутствуют доказательства совершения ФИО4 не характерных для работника действий ( отсутствие на рабочем месте несколько дней подряд без каких-либо уважительных причин, посещение рабочего месте через день или раз в неделю и т.д.). ФИО4 выполнял свои трудовые функции в помещениях АО «ШГЗ». Доказательств того, что он, как самостоятельный хозяйствующий субъект, арендовал у общества помещения для оказания услуг по договору на управление не имеется. Представленные АО «ШЗГ» документы о нахождении ФИО4 в командировках не опровергают вышеназванные выводы суда. Поскольку все документы составлены в отношении Управляющего АО «ШГЗ» ФИО4 (приглашения на
указанное обстоятельство дополнительно подтверждает возможность осуществления данных трудовых функций без стационарного места работы. Показания свидетеля Свидетель №1 о том, что после дачи объяснений в октябре 2019 года им сказали постоянно находиться по адресу обособленного подразделения не опровергают довод истца о том, что он и его подчиненные осуществляли свои трудовые обязанности удаленно после получения на то согласия от исполнительного директора ФИО9 в ноябре 2019 года. Суд соглашается с возражениями истца о том, его отсутствие на рабочем месте несколько дней подряд, не может быть принято в обоснование соразмерности дисциплинарного взыскания, поскольку вмененное нарушение является единым и длящимся. Каждый последующий день отсутствия его на работе не является отягчающим обстоятельством при оценке тяжести совершенного проступка. Кроме этого заслуживает внимания тот факт, что такой режим был не только у истца, а у всего отдела продаж, как в период работы истца в обществе, так и до него. При этом акты об отсутствии на рабочем месте истца
работодателем в период с апреля 2009г. по июнь 2010г. заработная плата выплачивалась не в полном объеме, в связи с чем, образовалась задолженность в сумме 160.950 руб. 26.08.2010 истица направила в адрес ответчика письмо с заявлением о выплате задолженности по заработной плате и расторжении трудового договора от 23.01.2009г. по собственному желанию с 01.09.2010г. Приказом №26 от 21.09.2010г. истица была уволена по п.7 ст.81 ТК РФ – утрата доверия, п.6 ст.81 ТК РФ – отсутствие на рабочем месте несколько дней . Учитывая изложенное, истица просила суд взыскать с ответчика недоплаченную заработную плату за период с января по март 2009г. в размере 160.950руб., проценты за нарушение срока причитающихся при увольнении выплат в размере 11.404руб., компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 18.019руб. Попова Е.И. в судебном заседании не присутствовала, ее представитель - Магомеддибиров Р.С., действующий на основании доверенности №12309 от 29.10.2010г., исковые требования поддержал в полном объеме и просил удовлетворить. Представитель ООО «Миг-97» -
компенсации за неотгуленный отпуск, компенсацию морального вреда, а также судебные расходы. В судебном заседании истцы и их представитель требования поддержали с учетом уточнений. Представители ответчика в судебном заседании возражали против заявленных требований и пояснили, что доводы истцов о том, что с 30 марта 2020 г. по 06 апреля 2020 г. они приостановили деятельность в связи с невыплатой заработной платы являются несостоятельными. У истцов был установлен сменный график работы в связи, с чем отсутствие на рабочем месте несколько дней является грубым нарушением трудовых обязанностей и квалифицируется, как прогул. Согласно табелю рабочего времени ответчики отсутствовали на рабочем месте две смены подряд, что зафиксировано актами. Заявлений о приостановлении деятельности в связи с невыплатой заработной платы ответчику не предоставлялось, также указанные заявления не были предоставлены и непосредственному руководителю истцов, приложенные истцами заявления являются не допустимыми доказательствами. Вместо этого указанные заявления были переданы С., который занимает должность руководителя планирования и закупок, в должностные обязанности которого
