и взаимосвязи, исходя из фактических обстоятельств дела, руководствуясь статьями 151, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), приказом Министерства Российской Федерации по налогам и сборам от 03.03.2003 № БГ-3-28/96, правовой позицией, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суды пришли к выводу об отсутствии совокупности обстоятельств, предусмотренных статьей 151 ГК РФ, необходимых для удовлетворения иска. Суды установили, что ответ на запрос следователя в отношении предпринимателя предоставлен инспекцией в установленном законном порядке, с указанием грифа «для служебного пользования», следователь обладает допуском к налоговой тайне, и исходили из отсутствия у инспекции полномочий по контролю за действием сотрудников правоохранительных органов, недоказанности предпринимателем, что спорные действия инспекции причинили заявителю нравственные или физические страдания. Обстоятельства дела и представленные доказательства были предметом рассмотрения судов. Доводы жалобы по существу сводятся к несогласию заявителя с установленными судами фактическими обстоятельствами дела и оценкой доказательств,
Арбитражного суда Челябинской области от 02.03.2018 по делу № А76-17982/2017 отказано. Не согласившись с вынесенным определением суда, Управление (далее также – податель жалобы, апеллянт) обратилось в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить. В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что судом не определены вновь открывшиеся обстоятельства, на которые ссылается Управление в своем заявлении. Управление сообщает, что письмом Челябинского ЦГМС от 09.06.2018 № 18-1749 в ответ на запрос следователя СЧ ГУ МВД России по Челябинской области от 29.05.2018 №3/1003737/12 подтверждается, что на основании справки от 03.04.2014 №14-393 в утвержденном проекте нормативов предельно допустимых выбросов искажены принятые для расчета рассеивания загрязняющих веществ фоновые концентрации по веществам аммиак и фторид водорода, которые входят в перечень выбрасываемых предприятием. Кроме того, представленными протоколами инструментальных замеров ФГБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Челябинской области» подтверждается фактическое систематическое несоответствие выбросов предприятия в периоде до вынесения обжалуемого в рамках
тогда как из представленной ответчиком распечатки архива событий на 24.12.2018 показания корректора составляли 1 444 830 куб. м, то есть в январе 2019 года показания на корректоре уменьшились, что невозможно, поскольку накопление данных происходит по нарастанию. Заявитель жалобы также не согласен со ссылкой суда первой инстанции на ответ ООО «Газпром межрегионгаз Ставрополь» старшему следователю Главного СУ Следственного комитета Российской Федерации от 17.01.2020 на запрос о непредъявленных к оплате объемах природного газа, полагая, что ответ на запрос следователя не может служить доказательством несоответствия учета поставленного и оплаченного газа. В судебном заседании представитель ООО «МИКА» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. Представитель ООО «Газпром межрегионгаз Ставрополь» возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения. Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, и проверив законность обжалуемого судебного акта в
учли, что Банк в результате недобросовестного бездействия конкурсного управляющего терпит убытки в виде упущенной выгоды. В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. От Банка поступили дополнения к кассационной жалобе от 06.12.2021 с приложенными к ним дополнительными доказательствами – постановление следователя о признании потерпевшим от 14.11.2018, ответ на запрос следователя от 02.12.2021 № 11802007703000366. Данные дополнения поданы за пределами срока на кассационное обжалование, в связи с чем не могут быть учтены и приобщены судом округа к материалам дела, а также с учетом полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286, 287 АПК РФ, а также пунктами 29, 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13, все дополнительные доказательства также возвращаются Банку. В судебном заседании представитель ПАО «Промсвязьбанк» доводы кассационной жалобы поддержал
пристава при смене места хранения имущества и ответственного хранителя, материалы дела не содержат, заявителем апелляционной жалобы не представлено, судом апелляционной инстанции не установлено. При этом, суд первой инстанции обоснованно указал на наличие в материалах дела договора субаренды между ООО «Громада–Риэлти» и ООО «Палмолл» от 04.02.2013 в отношении помещения по адресу Москва, ул. Нижегородская, д.29, офис. 33, сроком с 04.02.2013 по 04.02.2014. Кроме того, из содержания, представленного в материалы дела, письма ЗАО «Альтернатива» в ответ на запрос следователя следственного комитета от 28.08.2014, ООО «Громада–Риэлти» и ООО «Палмолл» не имели договорных отношений с собственником и законным пользователем помещений по адресу Москва, ул. Нижегородская, д.29, офис. 33, одновременно указано, что здание представляет собой бизнес центр, вход в который осуществляется по пропускам, при этом постоянные ил разовые пропуска для ФИО4, ФИО3 к., ФИО10, ФИО1 не заказывались и не выдавались. Факт утраты изъятого в ходе осуществления исполнительных действий имущества Общества с ограниченной ответственностью «Русское право»
и смене хранителя в материалы дела судебным приставом-исполнителем не предоставлены. Каких-либо доказательств, позволяющих установить добросовестность и осмотрительность действий пристава при смене места хранения имущества и ответственного хранителя, в материалы дела не представлено. В материалы дела представлен договор субаренды, заключенный между ООО «Громада-Риэлти» и ООО «Палмолл» от 04.02.2013г. в отношении помещения по адресу: Москва, ул. Нижегородская, д.29, офис. 33, сроком с 04.02.2013г. по 04.02.2014г. Из содержания представленного в материалы дела письма ЗАО «Альтернатива» в ответ на запрос следователя следственного комитета от 28.08.2014, следует, что ООО «Громада–Риэлти» и ООО «Палмолл» не имели договорных отношений с собственником и законным пользователем помещений по адресу: Москва, ул. Нижегородская, д.29, офис. 33, одновременно указано, что здание представляет собой бизнес-центр, вход в который осуществляется по пропускам, при этом, постоянные или разовые пропуска для ФИО7, ФИО6 к., ФИО10, ФИО4 не заказывались и не выдавались. Факт утраты изъятого в ходе осуществления исполнительных действий имущества ООО «Русское право» ответчиком не
признан виновным и осужден за угон, то есть неправомерное завладение автомобилем без цели хищения. Преступление совершено 29 января 2021 года на территории жилого городка акционерного общества «Ямалдорстрой» на Южно-Сюрхаратинском месторождении Ненецкого автономного округа при обстоятельствах, изложенных в приговоре. В кассационном представлении прокурор выражает несогласие с приговором, полагает, что он постановлен с существенным нарушением уголовного и уголовно-процессуального законодательства. В обоснование своих доводов указал, что из материалов дела следует, что 1 марта 2021 года в ответ на запрос следователя от генерального директора <данные изъяты> ФИО1 поступила, в том числе, пояснительная записка, согласно которой в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего после угона автомобиля осужденным, транспортное средство не подлежит восстановлению, при этом среднерыночная стоимость указанного автомобиля составляет 6 500 000 рублей (т. 1 л.д.34). При производстве предварительного следствия иные сведения о фактической стоимости угнанного автомобиля органом предварительного следствия не истребовались, следственные действия, направленные на установление таковой, не проводились. Обвинение ФИО4 предъявлено по ч. 1 ст.
