Передача прав на полезную модель - гражданское законодательство и судебные прецеденты

и передачи данных по линиям электропередач всех классов назначения. Истцу стало известно о направлении ответчиком в адрес акционерных обществ «Россети», «Сахалинэнерго», «РАО Энергетические системы Востока», филиала акционерного общества «ФСК ЕЭС» - МЭС Центра, использующих аппаратуру общества «Мультиобработка», четырех писем (от 23.09.2016 № 780, от 15.07.2016 № 588, от 06.10.2016 № 825/10, от 30.09.2016 № 805/1), содержащих сведения диффамационного характера, не соответствующих действительности и порочащих деловую репутацию общества «Мультиобработка». Как посчитал истец, ответчик в оспариваемых фрагментах писем проинформировал адресатов о принятии Федеральной службой по интеллектуальной собственности (Роспатентом) решения от 16.09.2016 о признании недействительным полностью патента № 128047 от 19.11.2012 (далее – патент № 128047) на полезную модель аппаратуры CCTM «ES100», о контрафактности данной аппаратуры как выпускаемой в соответствии с оспоренным патентом № 128047 и, следовательно, о нарушении выпуском данной продукции патентных прав на использование технических решений, защищенных патентом № 98656 от 11.03.2010 (далее – патент № 98656) на полезную модель аппаратуры

пункта 1 статьи 1398 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) с указанием в качестве патентообладателя не автора полезной модели, а иного лица, ФИО1 обратился в суд с настоящим иском. Оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, признав соглашение от 05.12.2012 заключенным и надлежаще исполненным участниками и обществом «Аэросани Экспедиция», а условие в части передачи обществу «Аэросани Экспедиция» права на подачу заявки на регистрацию патента согласованным, приняв во внимание факт установления ФИО1 и ФИО2 соглашением от 03.12.2012 порядка распределения вознаграждения между соавторами за использование полезной модели , суд первой инстанции заключил, что действительная воля авторов была направлена на создание общества «Аэросани Экспедиция» и передачу ему права на получение патента. При названных обстоятельствах, руководствуясь статьями 10, 421, 431, 432, 1229, 1345, 1347, 1348, 1357, 1370, 1398 ГК РФ, пунктом 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по

в предпринимательской деятельности в том объеме и с теми характеристиками, которые поименованы в п. 2.2.1 – 2.3.17 договора. В данном случае, исходя из буквального значения условий договора, следует, что сторонами был заключен именно лицензионный договор, не предусматривающий передачу исключительного права, поэтому доводы истца о необходимости его государственной регистрации не основаны на нормах Гражданского кодекса РФ. Довод истца о том, что договор является незаключенным, поскольку у ответчика отсутствует патент, суд находит несостоятельным, поскольку передача прав на полезную модель не являлась предметом договора. Довод истца о том, что договор является незаключенным, поскольку не согласованы существенные условия, характерные для договора коммерческой концессии, суд находит несостоятельным, поскольку между сторонами заключен лицензионный договор, существенные условия которого согласованы. Более того, обязательным условием договора коммерческой концессии является передача прав на товарный знак (Постановление СИП от 10 июля 2014 г. N С01-616/2014 по делу N А75-8205/2013; Определение ВС РФ от 26 августа 2015 г. N 304-ЭС15-5828), что

патентообладателей в отношении конструкции аэросаней, как и других конструкций аэросаней, созданных в соавторстве ФИО2 и ФИО1, кроме указанной в соглашениях от 03.12.2012, от 05.12.2012 и получившей правовую охрану на основании патентов № 135968, 135967, 136005, не существует, что в течение всего периода действия патентов исключало и в настоящее время исключает спор о согласованности предмета соглашения от 05.12.2012 и его заключенности. Вывод суда о том, что представленными документами не подтверждена возмездность договора о передаче права на полезную модель , которая отнесена сторонами к существенным условиям соответствующего соглашения, сделан без оценки довода о подписании сторонами соглашения о распределении вознаграждения между соавторами объекта интеллектуальной собственности от 03.12.2012, которое, как указано в пункте 3 этого соглашения, заключено на срок действия патента, а также положений пункта 3 статьи 423 ГК РФ, согласно которым договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное, и статьи 424 ГК РФ,

году воспользовались своим правом на получение патента в установленном законом порядке. После получения патента № 181310 по заявке № 2018112637 в 2018 году при инвентаризации в обществе прав на результаты интеллектуальной деятельности по итогам года информация о получении патента была представлена ответчиком генеральному директору, а в мае 2019 года генеральному директору общества было направлено письмо с предложением оформить простую (неисключительную) лицензию на использование полезной модели с возможностью в дальнейшем заключения договора о передаче права на полезную модель в пользу общества. В 2019 году общество подало возражение против выдачи патента на полезную модель № 183310, после чего был выдан патент № 198066 с уточненной формулой. Таким образом, информация о созданном охраноспособном техническом решении была доведена до работодателя в 2016 году, что подтверждается актами № 2 от 10.05.2016, № 4 от 07.06.2022, № 3 от 10.06.2016, № 5 от 10.08.2016, № 7 от 07.11.2016, № 8 от 08.12.2021. Ответчик указал также,

Г.Ю., Корнеева В.А., Уколова С.М., Химичева В.А., при участии судьи-докладчика Силаева Р.В., рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу управляющей компании общество с ограниченной ответственностью «ТМС Групп» (ул. Герцена, д. 1Д, г. Алеметьевск, <...>, ОГРН <***>) на определение Суда по интеллектуальным правам от 26.01.2016 об отказе в передаче дела на рассмотрение другого арбитражного суда, принятое в рамках дела № СИП-565/2015 (судьи Рассомагина Н.Л., Булгаков Д.А., Лапшина И.В.), возбужденного по иску ФИО1 (г. Бугульма) к управляющей компании общество с ограниченной ответственностью «ТМС Групп», обществу с ограниченной ответственностью «Татнефть-РНО-МехСервис» (ул. Герцена, д. 1Д, г. Алеметьевск, <...>, ОГРН <***>) о защите исключительного права на полезную модель по патенту Российской Федерации № 83095. В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле привлечено публичное акционерное общество «Татнефть» имени В.Д. Шашина (ул. Ленина, д. 75, г. Альметьевск, <...>, ОГРН <***>). Президиум Суда по интеллектуальным правам УСТАНОВИЛ: ФИО1 обратился в

а именно письма «Бюро интеллектуальной собственности» от 22.07.2015, 05.11.2015 и письма инженера-конструктора ФИО3 от 23.12.2015, доказательственное значение которых обществом «УНИХИМ с ОЗ», в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не опровергнуто. Между тем, предусмотренное условиями лицензионных договоров обязательство по передаче документации лицензиаром в полном объеме обществом «УНИХИМ с ОЗ» не исполнено. В связи с чем, с учетом указания суда кассационной инстанции, в оспариваемом постановлении суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу, что требования общества «Новые технологии» правомерно удовлетворены судом первой инстанции в полном объеме на основании статей 309, 310 ГК РФ. Суд по интеллектуальным правам полагает необходимым также отметить. Как установлено судебными актами, согласно описанию полезной модели «установка для получения диоксида хлора» (патент Российской Федерации № 45378) относится к установкам для производства хлорсодержащих окислителей (хлор, гипохлорит, диоксид хлора), применяемых в качестве дезинфицирующих реагентов при обеззараживании и очистке питьевых, сточных, оборотных вод и других средств, таким образом, данный патент

резервные самоспасатели», 30. «Проемная труба для шахтных перемычек» (патент №). Определением суда от 07.06.2012 (т. 3, л.д. 2, 160-161) принято встречное исковое заявление ОАО «КЭЗСБ» о взыскании <данные изъяты> рублей неосновательного обогащения и <данные изъяты> рублей процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами (т. 3, л.д. 145-148), что мотивировано следующим. В 2006-2009 гг. между коллективом авторов патентов, в том числе, ФИО1, и ООО «КГС» было подписано ряд идентичных по содержанию договоров о передаче прав на использование полезных моделей . Впоследствии между ООО «КГС» и ОАО «КЭЗСБ» заключен ряд аналогичных соглашений о передаче прав по использованию патента с согласия патентообладателя и авторов патента, предметом которых явились права, переданные ООО «КГС» по договорам о передаче прав на использование полезных моделей. В соответствии с указанными соглашениями обязанность по выплате авторам патентов возлагалась на ОАО «КЭЗСБ». В 2009-2010 гг. в пользу ФИО1 были произведены выплаты, подтверждаемые расчетными листками и платежными поручениями. Однако названные соглашения,

средств и входит, как составная часть, в установку рулевого управления, предназначено для передачи электрических сигналов на элементы электрической схемы транспортного средства, например, включатель звукового сигнала, расположенные на колесе рулевого управления, а также для возврата рычага указателя поворота в исходное положение, после завершения транспортным средством поворота направо или налево. Как указывает истец, ответчик в период с по настоящее время в своей коммерческой деятельности использует полезную модель №, авторство истца на которую удостоверено патентом на полезную модель, в частности: в автомобилях марки КИА, закупаемых и реализуемых ответчиком на территории РФ, используется указанная полезная модель. При этом, разрешение на такое использование в установленном законом порядке ответчиком получено не было. Таким образом, как указывает истец, в период с по настоящее время со стороны ответчика имело место допущение нарушений его прав как патентообладателя, выразившееся в использовании в своей коммерческой деятельности полезной модели № без получения в установленном законом порядке разрешения, в связи с чем