предмета лизинга. В пункте 4.1 договора купли-продажи стороны согласовали срок поставки товара, не позднее 16.03.2020, при условии поступления на расчетный счет продавца денежных средств в размере общей стоимости товара. Продавец 16.03.2020 письмом сообщил о переносе сроков поставки до 04.04.2020, поскольку перевозчик вовремя не подал платформу под погрузку товара. Письмом от 27.04.2020, которое получено обществом «Сбербанк Лизинг» 14.05.2020, общество «Ресурс» потребовало расторгнуть договоры. При этом от продавца 29.04.2020 поступило уведомление о готовности товара к передаче. Общество «Сбербанк Лизинг» 02.06.2020 направило продавцу уведомление № 1142 о возврате уплаченных по Договору купли-продажи денежных средств в размере 12 793 100 руб. В связи с наличием у лизингополучателя задолженности по лизинговым платежам, общество «Сбербанк Лизинг» в одностороннем порядке отказалось от исполнения договора лизинга путем направления в адрес лизингополучателя уведомления от 16.07.2020 № 1265 о расторжении договора лизинга. В связи с расторжением договора лизинга платежным поручением от 25.11.2020 № 30181 истцу обществом «Сбербанк Лизинг» в результате
п. Песчаное, а соответственно удовлетворенное требование истца о расторжении договора является законным и обоснованным. Суд апелляционной инстанции отмечает, что после согласованного в дополнительном соглашении переноса сроков на лето 2021 года, ответчик не смог организовать отдых детей в согласованные даты, а предложил перенести отдых на сентябрь-октябрь 2021 года. Иными словами, приняв на себя обязательство по организации отдыха детей в летние месяца 2021 года, общество «Согласие» не смогло его исполнить. Аналогичные условия о сроках содержатся в агентском договоре в редакции дополнительного соглашения, заключенных между обществом «Согласие» и обществом «Мультфильм». Истцом были перечислены денежные средства в размере 9 733 000 руб. в соответствии с условиями контракта. Согласно пункту 4 статьи 453 ГК РФ в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава
с 16.07.2019 по 12.03.2020 в размере 7 685 руб. 15 коп. Не соглашаясь с вынесенным судебным актом, ПАО «Саратовэнерго» в апелляционной жалобе указывает на то, что сумма 36 033 руб. 54 коп., оплаченная по платежному поручению №16 от 03.02.2020, была зачислена в счет оплаты по договору №64090100005611 за май 2019г. Суд ошибочно посчитал, что факт вручения в ходе судебного разбирательства представителю истца письма с требованием о переноседенежных средств по платежному поручению № 39 от 11.03.2020 на договор №64090100005611, является доказательством надлежащего исполнения ответчиком обязательств по оплате по договору. Исходя из требований законодательства, доказательством оплаты по договору энергоснабжения за потребленную электрическую энергию является платежное поручение о перечислении денежных средств с указанием конкретного назначения платежа. Письма ответчика о переносе денежных средств не являются доказательством оплаты по договору. Проверив в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, соответствие выводов
судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование доводов апелляционной жалобы ответчик указывает, что срок исполнения обязательства по поставке партии товара, на момент принятия судом первой инстанции искового заявления, не истек, поскольку истец в лице своего представителя – менеджера по комплектации ФИО3 14.12.2018 согласовал (путем собственноручной подписи) в письме от 14.12.2018 перенос срока поставки товара по счету на оплату № 203 от 10.12.2018 в срок до 30.09.2019. По мнению ответчика, направленная в его адрес претензия от 23.04.2019 с требованием о возврате оплаченных денежных средств не содержит доводов о том, что истец отказался от дальнейшего исполнения обязательств по поставке товара, кроме того 25.10.2019 ответчик письмом гарантировал поставку товара в срок до 31.12.2019. Таким образом, обращение истца с исковым заявлением в суд о взыскании неосновательного обогащения по действующему обязательству противоречит нормам процессуального и материального права. Представитель истца в судебном заседании на доводы апелляционной жалобы возразил. ООО «МонтажТехСтрой» и ООО «АлфинИмпексДВ»,
спорта Красноярского края, в котором отражена информация о нарушении подрядчиком сроков выполнения реконструкции объекта и неосвоении им денежных средств. Таким образом, судом первой инстанции обоснованно сделан вывод о том, что в рассматриваемом случае имеет место обратный порядок: не уполномоченный орган внес коррективы в финансирование и необходимость перенести в этой связи сроки выполнения работ, а, наоборот, ввиду несоблюдения подрядчиком сроков выполнения работ появилась необходимость переноса лимитов денежных средств на будущий период. Заказчик не усмотрел оснований для согласования нового графика производства работ, поскольку на протяжении всего периода исполнения контракта им неоднократно направлялись подрядчику письма о нарушении графика выполнения работ и неосвоении им денежных средств (от 19.04.2016 № 244, от 20.04.2016 № 249, от 17.05.2016 № 320, от 30.06.2016 № 431, от 02.08.2016 № 519, от 08.08.2016 № 531, от 07.09.2016 № 589), направлялись требования об уплате пени (от 31.08.2016 № 573, от 26.09.2016 № 645). В связи с этим он и
"ГУКС" направило истцу ФИО1 уведомление о переносе срока завершения строительства многоквартирного жилого дома по ул. ... г. Чебоксары на 3 квартал 2018 года, с просьбой явиться для заключения дополнительного соглашения к договору долевого участия в офис АО "ГУКС" по адресу: <адрес>. Не согласившись с переносом срока строительства объекта долевого строительства, 10 января 2018 года ФИО1 обратилась к АО "ГУКС" с претензией, содержащей требования в течение 10 календарных дней с момента получения настоящей претензии вернуть уплаченную сумму в полном объеме в связи с расторжением договора в одностороннем порядке, выплатить проценты за пользование денежными средствами в размере одной трехсотой ставки рефинансирования ЦБ РФ, действующей на день исполнения обязательства по возврату денежных средств, возместить компенсацию морального вреда, которая была оставлена ответчиком без исполнения. 17 января 2018 года ФИО1 повторно обратилась к ответчику с аналогичной претензией, в ответе на которую от 18 января 2018 года застройщиком предложено истцу для расторжения договора и возврата
это прямо предусмотрено законом. Согласно системному толкованию вышеуказанных норм права, поскольку вышеуказанным Постановлением № 1078 установлено, что его положения применяются к правоотношениям по отмене либо переносу бронирования места в гостинице или ином средстве размещения в отношении оснований, порядка, сроков и условий такого переноса и (или) возврата заказчикам (потребителям) денежных сумм, уплаченных ими при бронировании, возникший до его вступления в законную силу, судебная коллегия приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы ответчика в указанной части являются обоснованными, возникший спор подлежит рассмотрению с учетом вышеуказанных норм права. Как следует из материалов дела, истец в добровольном порядке отказался от забронированного места в гостинице, то есть отказ от исполнения договора не был обусловлен ненадлежащим исполнением его условий со стороны ответчика. ФИО2 не оспаривалось, что первая претензия от 30 марта 2020 г. была составлена им с ошибками, ответ на вторую претензия от 1 апреля 2020 г. с предложением переноса срока бронирования на
