Перенос сроков по вине заказчика - гражданское законодательство и судебные прецеденты

708, 758 Гражданского Кодекса Российской Федерации, установив, что ответчик выполнил проектные работы в соответствии с первоначальными сроками, учитывая перенос сроков и лимитов финансирования по контракту, наличие встречного неисполнения заказчиком своих обязательств, неполучение положительного заключения государственной экспертизы проектной документации, с учетом дополнительного соглашения к контракту 30.05.2017 № 3, которым стороны согласовали новый срок выполнения работ - 30.06.2017, пришли к выводу об отсутствии вины ответчика, который предпринял все необходимые действия для выполнения возложенных по государственному контракту обязательств в срок, установленный календарным планом работ. Отказывая в удовлетворении требований истца в части взыскания с ответчика штрафа за неисполнение обязательств по устранению недостатков в проектной документации, суды исходили из того, что необходимость в корректировке проекта возникла по вине строительной организации в связи с отклонением от проекта, несмотря на это ответчик скорректировал проектную документацию и передал ее заказчику , при этом истец не привел достаточного документального обоснования наличия недостатков в проектной документации. При таких обстоятельствах доводы

Ответчик в отзыве, не оспаривая наличие задолженности, указал на обязанность истца произвести оплату неустойки в размере 934803,56 руб. за нарушение сроков выполнения работ, а также 583037,58руб. штрафа, в связи с чем, заявлено о зачете указанных сумм. Истец, возражая против зачета встречных требований, указал на отсутствие согласия данного зачета, односторонний зачет договором не предусмотрен. Также указал, что нарушение сроков выполнения работ произошло по вине заказчика, вследствие неблагоприятной эпидемиологической обстановки на территории Кемеровской области, перенос сроков по вине заказчика , также указал на неверное исчисление заявленных ответчиком мер ответственности, представил контррасчет. Кроме того, истец, ссылаясь на положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, просит уменьшить размер неустойки и штрафа, в случае признания судом обоснованности заявленного ответчиком зачета. Рассмотрев представленные документы, исследовав материалы дела, суд установил следующее. 18.06.2020 между истцом (подрядчик) и ответчиком (заказчик) заключен договор подряда №С-2020-4-РФ, в соответствии с которым подрядчик обязался в срок до 14.09.2020 выполнить работы по ремонту

выполнения работ заказчиком получено не было, то есть заказчику не было известно о волеизъявлении подрядчика о переносе сроков. Полагая, что имеются препятствия для выполнения работы в установленный срок, между тем ООО «100 ТОНН СЕРВИС» не воспользовалось правами, предоставленными ему действующим законодательством: правом на приостановление работы при наличии обстоятельств, создающих невозможность завершения работ в срок (пункт 1 статьи 716 ГК РФ); правом на изменение и расторжение договора при существенном нарушении договора другой стороной или в связи с существенным изменением обстоятельств (статьи 450 и 451 ГК РФ). При таких обстоятельствах риск возможных неблагоприятных последствий в случае продолжения работы полностью несет подрядчик. Ссылка ООО «100 ТОНН СЕРВИС» на протокол совещания №19 от 16.02.2017, подтверждающий, по его мнению, факт того, что истцу было известно о препятствиях выполнения работ в срок, не является бесспорным доказательством подтверждающим вину заказчика , поскольку протокол был оформлен за пределами срока выполнения работ. Довод заявителя ООО «100 ТОНН СЕРВИС»,

просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора (пункт 3 статьи 405 ГК РФ). Исследовав и оценив представленные в дело доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд установил, что в установленный контрактом срок предусмотренный объем работ подрядчиком не выполнен. По оценке суда, при выполнении работ имели место обстоятельства непреодолимой силы (прохождение тайфуна GONI), повлекшие возникновение паводковой обстановки в районе строительства газопровода с переносом сроков на зимний период, а также изменения способа прокладки газопровода и места его нахождения; возникновение просрочки по вине заказчика (переданная подрядчику проектная документация требовала корректировки (обнаружены бетонные захоронения в виде плит, намывов и балок на пути строительства газопровода; не учтены в проектной документации пересечения с линиями связи и водопровода)), что привело к приостановке работ подрядчиком. Принимая во внимание установленные обстоятельства, суд, руководствуясь статьями 309, 310, 404 ГК РФ, счел возможным признать вину подрядчика незначительной (определение суда об исправлении опечатки от 03.04.2018) и, применив положения

невыгодные и жесткие условия для ответчика, то он отклонен судом апелляционной инстанции. Согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Заключая муниципальный контракт на вышеназванных условиях, ответчик согласился на размер ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств. Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что ответчик неоднократно уведомлял истца о переносе сроков ввода объектов в эксплуатацию, в том числе по независящим от него причинам, судом апелляционной инстанции признан несостоятельным, поскольку это не доказывает отсутствие вины подрядчика в просрочке. Уведомления от 21.11.2012 № 2058 и № 2062, направленные в адрес муниципального заказчика , о переносе срока завершения строительства и получения разрешения на ввод объекта в эксплуатации в связи с необходимостью корректировки проекта, надлежащими доказательствами не являются. Согласно п. 1 ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором

жесткие условия для ответчика, то он отклонен судом апелляционной инстанции. Согласно пункту 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Заключая муниципальный контракт на вышеназванных условиях, ответчик согласился на размер ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств. Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что ответчик неоднократно уведомлял истца о переносе сроков ввода объектов в эксплуатацию, в том числе по независящим от него причинам, судом апелляционной инстанции признан несостоятельным, поскольку это не доказывает отсутствие вины подрядчика в просрочке. Уведомления от 21.11.2012 № 2058 и № 2062, направленные в адрес муниципального заказчика , о переносе срока завершения строительства и получения разрешения на ввод объекта в эксплуатации в связи с необходимостью корректировки проекта, надлежащими доказательствами не являются. Согласно пункту 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом

выплатила истцу оставшуюся сумму оплаты по договору за выполненные работы. Сторона истца, в конечном итоге, просила взыскать неустойку за период с 07.04.2016 по 31.01.2017 за несвоевременную оплату по договору. Исследовав обстоятельства дела, оценив представленные доказательства, суд пришел к правильному выводу об удовлетворении заявленных требований о взыскании неустойки. При этом суд признал установленным и исходил из того, что работы по договору были выполнены ИП ФИО1 в полном объеме с учетом положений договора и переносов сроков по вине заказчика 30.01.2016, ФИО3 неоднократно приглашалась для приема-сдачи выполненных работ и дважды направлялся для подписания акт приема-передачи выполненных работ, но ответчик работы не принимала, оставшуюся сумму оплаты по договору за выполненные работы выплатила истцу лишь 31.01.2017, подтвердив факт принятия работы. В основу данного вывода судом положены надлежаще исследованные и оцененные обстоятельства и доказательства. Бесспорных относимых и допустимых доказательств своим доводам о том, что работы не принимались в связи с невыполнением истцом обязательств по договору

без недостатков, что дизайн-проект имеет недоработки, а также то обстоятельство, что после завершения ими отделочных работ под чистовую отделку истицей в нарушение дизайн-проекта с помощью третьих лиц были проведены работы по замене подоконников, переносу дверей – без согласования с дизайнером и подрядчиком, что привело снижению объема и качества выполненных работ, в результате чего эксперт определил низкий процент выполненных работ в 35 %, с чем они не согласны. Предлагали истице заключить мировое соглашение на условиях возврата 600 000 рублей и выплаты компенсации морального вреда 50 000 рублей, от чего истица отказалась. В связи с чем просили отказать в иске, ссылаясь на выполнение полного объема работ соответствующего внесенной истицей оплате, невозможность завершить работы в срок по вине заказчика . Представитель ответчика ОООТК и третьего лица – Декор - БИН, действовавший на основании доверенности, иск не признал, полагал, что невыполнение работ в полном объеме связано с виной заказчика в недоработке дизайн-проекта и

ввиду невыполнения МАД своих обязательств в части расчетов по договору и финансирования производимых подрядчиком работ у ФГУП <данные изъяты>» возникло право на перенос сроков окончания работ без взыскания с него штрафных санкций за нарушение предусмотренного договором срока выполнения работ. Совокупность изложенного свидетельствует о том, что нарушение подрядчиком установленных сроков выполнения работ произошло по вине МАД ввиду невыполнения им условий договора о порядке финансирования производимых подрядчиком строительных работ, что исключает ответственность подрядчика в виде уплаты неустойки за просрочку выполнения работ в соответствии с п.5 ст.28 Закона N 2300-1, а также исключает отказ потребителя от исполнения договора с взысканием убытков. Кроме того, переданные МАД подрядчику строительные материалы (кирпич, керамический камень, кладочные растворы и смеси) стоимостью <данные изъяты> руб., которые фактически использованы подрядчиком при строительстве объектов, не являются убытками заказчиками , возникшими по вине другой стороны, основания для взыскания стоимости данных стройматериалов с ФГУП «<данные изъяты>» не имеется. Заключением проведенной по делу