части) на основе добровольного урегулирования взаимных претензий и утверждения взаимных уступок (пункт 9 постановления Пленума № 50). При этом в определении об утверждении мирового соглашения воспроизводятся условия мирового соглашения. Тем самым ему придается характер юридически значимого документа, поскольку только утверждение судом мирового соглашения может повлечь за собой такое последствие, как обращение этого соглашения в случае его неисполнения к принудительному исполнению по правилам раздела VII АПК РФ на основании исполнительного листа, выдаваемого арбитражным судом по ходатайству лица, заключившего мировое соглашение (часть 2 статьи 142 АПК РФ). В рассматриваемом случае стороны в порядке статьи 421 Гражданского кодекса согласовали, в частности, условие об обязанности Общества устранить недостатки выполненных работ до 15.05.2019, указав, что полное устранение недостатков фиксируется двусторонним актом, оформляемым и подписываемым сторонами (пункты 3, 4 мирового соглашения). До истечения срока, отведенного сторонами мирового соглашения на добровольное исполнение обязательств, закрепленных в этом мировом соглашении, их принудительное исполнение недопустимо (статьи 141, 142 АПК
определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения. Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление Пленума N 7), удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения. Размер судебной неустойки определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). В результате присуждения судебной неустойки исполнение судебного акта должно оказаться для ответчика явно более выгодным, чем его неисполнение. В определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 N 1367-О, от 24.11.2016 N 2579-О указано на то, что положения пункта 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации направлены на защиту прав кредитора по обязательству, в частности путем
1 сентября 2013 года (пункт 9 статьи 3 Закона № 100-ФЗ) (пункт 27 постановления Пленума ВС РФ № 43). Суд первой инстанции, частично удовлетворяя исковые требования, и суд апелляционной инстанции, оставляя принятый судебный акт без изменений, не учли приведенных норм закона и разъяснений высшей судебной инстанции. Так, суд первой инстанции, руководствуясь положениями части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, (по состоянию на 22.05.2017), принял во внимание положения пункта 9.3 договора № 009-Л от 11.01.2010, однако не исследовал при этом положения пункта 9.2 названного договора, в то время как указанные условия договора об обязательном для сторон договора претензионном порядке подлежали оценке судом в совокупности и взаимосвязи с учетом всех обстоятельств, имеющих значение для его толкования (статья 431 ГК РФ). Указанное нарушение могло привести к неверному установлению судом первой инстанции дат, с которых началась просрочка исполнения обязательств по каждому требованию, дат истечения сроков исковой давности по каждому дополнительному требованию, а
постановления об окончании исполнительного производства <...>-ИП от <...> не противоречащим требованиям ст. 47 Федерального закона от <...> № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» суд первой инстанции исходил из того, что выполненный административным истцом расчет суммы задолженности в размере 943917,50 рублей за период с <...> по <...> противоречит разъяснениям пункта 44 Постановления Пленума ВС РФ <...> «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств», а именно: зачисление денежных средств на депозитный счет Межрайонного отдела УФССП России по КК в порядке, установленном статьей 70 Федерального закона от <...> № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» свидетельствует о надлежащем исполнении должником денежного обязательства перед кредитором, в связи с чем со дня такого зачисления проценты, предусмотренные статьей 395 Гражданского кодекса РФ, на сумму зачисленных средств не начисляются. Суд пришел к выводу, что представленный <...> должником < Ф.И.О. >4 расчет размера задолженности по исполнительному производству <...>-ИП за период с <...> по <...>,
днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, то есть с 21-го дня после получения страховщиком заявления потерпевшего о страховой выплате и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору включительно. Таким образом, из содержания приведенных норм Федерального закона об ОСАГО и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что при недобросовестном исполнении обязанностей по осуществлению страхового возмещения в форме организации и оплаты ремонта ТС страховщик несет гражданско-правовую ответственность в виде уплаты неустойки за задержку выдачи потерпевшему направления на ремонт ТС или отремонтированного ТС в порядке и в сроки, установленные данным законом. Иной подход наделял бы страховщиков возможностью в течение длительного времени уклоняться от исполнения своих обязательств перед потребителем финансовых услуг без угрозы применения каких-либо санкций. По настоящему спору надлежащее страховое возмещение представляет собой стоимость восстановительного ремонта ТС без учета износа. В связи с ненадлежащим исполнением страховщиком обязательств по договору ОСАГО имеются основания для привлечения страховщика к гражданской правовой
