ОАО «Мелор» и ОАО «Промцеолит» были переведены с баланса ООО «ЦЕОМАКС» в адрес ФИО1 и его дочери ФИО2 Согласно договорам общая стоимость продажи всех 100% акций ОАО «Мелор» и 100% ОАО «Промцеолит» ФИО1 и ФИО2 составила 1 800 000 рублей. Доводы о притворности оспариваемых сделок истец основывает на их стоимости, являющейся существенно заниженной, указав также, что последующая продажа спорных акций по последовательной цепочке договоров, не имеет какого-либо экономического обоснования. Кроме того истец указывает, что подписантдоговоров от имени ООО «ЦЕОМАКС» на дату их заключения не являлся надлежащим единоличным исполнительным органом продавца, так как полномочия ФИО4 как генерального директора прекращены 28.11.2011 на основании решения общего собрания участников от 27.06.2011 № ВОС - 27/06/11, а также на основании собственноручно написанного заявления об увольнении от 02.11.2011. О прекращении своих полномочий в ООО «ЦЕОМАКС» ФИО4 официально уведомил регистратора ЗАО «Индустрия-Реестр» письмом от 28.11.2011 № 35-11. Исследовав, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные
который не принадлежит Товариществу (подтверждено в ходе проверки по материалу КУСП от 07.04.2016 № 9713); в нарушение положений Устава Товарищества решения правления по вопросу заключения договора между истцом и ответчиком отсутствует; в качестве основания для заключения договора приведена выписка из протокола общего собрания Товарищества от 22.06.2008, которая председателем не заверена, а удостоверена подписью ФИО1, не имеющего соответствующих полномочий, согласно выданной доверенности. Представленная доверенность на подписание от имени истца договора не наделяла подписанта полномочиями от имени истца подписывать договор и совершать действия по государственной регистрации права собственности на газопровод. Подписание ФИО1 с Партнерством договора о сотрудничестве по оказанию взаимовыгодных услуг №01/08-ДУ от 21.12.2008 не обеспечивало ФИО1 исполнение поручений, указанных в доверенности, исключало возможность получения от Партнерства результат работ (услуг). Судебными инстанциями принято во внимание, что вступившим в законную силу решением Ногинского городского суда Московской области от 02.06.2011 по делу № 2-253/11 о признании недействительным решения общего собрания членов Товарищества от
Российской Федерации представленные сторонами доказательства, не установили оснований для взыскания с банка убытков, поскольку банком при проведении спорных операций не допущено нарушения договора банковского счета. Суды установили, что в силу соглашения об общих правилах и условиях предоставления банковских услуг с использованием системы «Банк-клиент ELBRUS Internet» банк не несет ответственности за убытки, понесенные клиентом в отношении размещенных на счетах денежных средств в результате действий третьих лиц с использованием регистрационных данных пользователей и ключей подписантов. При отсутствии нарушения договора как условия для взыскания убытков по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки взысканию не подлежат, на что обоснованно указали суды. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья Верховного Суда Российской Федерации определил: отказать обществу с ограниченной ответственностью «Сервисный центр» в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Судья Верховного Суда Российской Федерации Н.А.Ксенофонтова
Судами установлено, что к оригиналу банковской гарантии с подписью и печатью подшивается доверенность, подтверждающая полномочия подписанта и, в случае необходимости, направляется бенефициару (если такая обязанность о предоставлении оригинала банковской гарантии на бумажном носителе установлена в проекте контракта). Между тем запрос о предоставлении документов, подтверждающих полномочия подписанта гарантии в банк не поступал. По истечении срока действия банковской гарантии, 06.05.2020, от общества в адрес банка поступила досудебная претензия о возврате суммы вознаграждения за выдачу банковской гарантии в связи с не заключением государственного контракта, от удовлетворения которой банк отказался. Общество, полагая незаконным отказ гаранта от возврата комиссии за предоставление банковской гарантии, мотивированный тем, что согласно условиям договора о предоставлении банковской гарантии гарант не несет ответственности за отказ бенефициара принять банковскую гарантию, выданную в рамках договора, независимо от оснований такого отказа. В случае отказа бенефициара принять банковскую гарантию вознаграждение за выдачу банковской гарантии не подлежит возврату принципалу. Оценив представленные в материалы дела доказательства,
о процессуальном правопреемстве судом были установлены следующие обстоятельства. Между ООО «Фининвест» (цедент) и ООО «Вербена» 15.06.2015 был подписан договор уступки прав требований (цессии), согласно которому цедент передает, а цессионарий принимает и обязуется оплатить права требования к ООО «Продуктовая компания «Партнеры и СМАК», ООО «Энерготехмаш-ТМ», ООО «Гудзон», ООО «Стомакъ плюс», ИП ФИО12, ФИО11, ИП ФИО13 Согласно п.1.12 общая сумма подлежащая уплате цессионарием цеденту за все уступаемые права (требования) составляет 260 000 000 руб. В день подписант договора уступки права (требования) цессионарий передает цеденту шесть простых векселей ООО «Потенциал» с реквизитами указанными в 1.13 договора. Уступаемые права (требования) переходят от цедента к цессионарию в день подписания договора обеими сторонами. Договор вступает в силу со дня подписания цедентом и цессионарием и действует до полного исполнения сторонами обязательств по договору (п.3.1). В материалы дела представлен акт приема-передачи векселей от 15.06.2015, подписанный и скрепленный печатями со стороны цессионария и цедента. Кроме того, ООО «Вербена» представлены
которого является ФИО6 (ИНН <***>). ФИО6 (ИНН <***>) является участником ЗАО «СК Гарант» (ИНН <***>) (доля участия в уставном капитале составляет 50%). Единоличным исполнительным органом ЗАО «СК Гарант» является ФИО3 (ИНН <***>), который в свою очередь в период с 02.06.2015 до 19.07.2017 являлся единоличным исполнительным органом ООО «КСМТ». На момент заключения договора уступки права требования, руководителем ООО «Бест Маркет» и ООО «Фреш Маркет» было одно и то же лицо, а именно ФИО5 (ИНН: <***>), подписант договора цессии б/н от 03.12.2018, а также акта приема-передачи. Согласно данным справок 2-НДФЛ, представляемым в адрес МРИ ФНС России № 32 по Свердловской области, ФИО5 продолжала работать в ООО «Фреш Маркет» в период после заключения договора цессии, фактически контролируя деятельность организаций. Наличие признаков фактической аффилированности сторон также установлено в материалах дела № А60-10035/2020 о банкротстве ООО «Продовольственная компания» в постановление Арбитражного суда Уральского округа от 11.08.2021 – указывается об аффилированности ООО «ЕкЛогистик» и ООО «ФрешМаркет»;
наличие у должника признаков неплатежеспособности на дату заключения оспариваемого договора купли-продажи подтверждается материалами дела, однако единственным кредитором в деле о банкротстве должника, является Федеральная налоговая служба (далее – ФНС России, уполномоченный орган), основную часть требований которой составляет задолженность, заявленная по уведомлению Федерального агентства по обустройству государственной границы Российской Федерации, возникшая на основании решения Арбитражного суда города Москвы по делу №А40-16929/2012, вступившего в законную силу 23.10.2013, т.е. спустя более десяти месяцев после заключения спорного договора; подписант договора со стороны ООО «Стройсити» ФИО8 не мог предполагать того, что общество может быть неплатежеспособным, поскольку являясь заместителем и.о. директора, действуя по доверенности, ФИО8 исполнял обязанности исключительно в части контроля строительства жилого микрорайона «Юбилейный», соответственно не мог знать о положении дел на объекте в другом регионе. Судебное заседание, проведенное 04.07.2017 по рассмотрению кассационной жалобы, на основании статьи 158 АПК РФ откладывалось на 15 часов 00 минут 18.07.2017. Информация об отложении размещалась на официальном сайте арбитражного
что согласно сведениям из ЕГРЮЛ общества «Фреш Маркет» и «Экипаж» являются учредителями общества «Демидовская винокурня», генеральным директором которого является ФИО10. ФИО10 является участником общества «СК Гарант» (доля участия в уставном капитале составляет 50%). Единоличным исполнительным органом общества «СК Гарант» является ФИО11, который в свою очередь в период с 02.06.2015 до 19.07.2017 являлся единоличным исполнительным органом общества «КСМТ». На момент заключения договора уступки права требования, руководителем общества «Бест Маркет» и общества «Фреш Маркет» являлась ФИО12, подписант договора цессии от 03.12.2018, а также акта приема-передачи. Согласно данным справок 2-НДФЛ, представляемым в адрес МРИ ФНС России № 32 по Свердловской области, ФИО12 продолжала работать в обществе «Фреш Маркет» в период после заключения договора цессии, фактически контролируя деятельность организаций. В судебных актах, вынесенных в рамках дела № А60-10035/2020 о банкротстве общества «Продовольственная компания», установлено, что общества «ЕкЛогистик», общество «Фреш Маркет», ФИО3, ФИО13, ФИО5, ФИО4, общества «ТПК Бест», «Бест Маркет», «Внешэкономпрод», «Бест Продукты питания», «БестЕкатеринбург»
передать в собственность ответчика, а ответчик обязуется принять и оплатить следующее транспортное средство: MERCEDES-BENZ (МЕРСЕДЕС-БЕНЦ) S350 BLUETEС 4MATIC, 2014 года выпуска, VIN №, легковой, черный, г.р.н. № (далее - транспортное средство). В соответствии с п. 2.1. Договора купли-продажи ТС стоимость транспортной средства составила 3 700 000 (Три миллиона семьсот тысяч) руб. 00 коп. Согласно п. 2.2. Договора купли-продажи ТС оплату транспортного средств ответчик обязан произвести в срок не позднее 3 (Трех) месяцев со дня подписант Договора купли-продажи ТС. В соответствии с Актом-приема передачи к Договору купли-продажи Т(Я транспортное средство получено Ответчиком 28.02.2018. В результате анализа банковских выписок по расчетным счетам истца, Конкурсным управляющим было установлено, что Ответчик 16.03.2018 произвел по Договору купли- продажи ТС лишь частичную оплату в размере 998 000 (Девятьсот девяносто восемь тысяч) руб. 00 коп. Остальная часть денежных средств в размере 2 702 000 (Два миллиона семьсот две тысячи) руб. 00 коп. в адрес истца не поступала.
в котором он указал, что не выдавал доверенность ФИО2 на заключение от его имени договором уступки права требования (цессии) и договоров дарения. Договор цессии от ДД.ММ.ГГГГ заключен без согласия и ведома ФИО3 В материалах выплатного дела № имеется копия доверенности от ДД.ММ.ГГГГ на бланке № согласно которой, ФИО3 уполномочивает ФИО6 и ФИО2 быть его представителем. Согласно указанной доверенности полномочия на заключение договора цессии (уступки права требования) ФИО7 и ФИО2 переданы не были. Таким образом, подписант договора цессии (уступки права требования) № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 не обладал правом на заключение вышеуказанного договора, следовательно, сделка, совершенная между ФИО3 и ФИО1, не обладает необходимыми требованиями действующего законодательства РФ. Истец полагает, что представленный договор цессии (уступки права требования) № от ДД.ММ.ГГГГ является недействительным (ничтожным) в силу прямого указания закона, а также как посягающий на интересы третьих лиц, страховщика. На основании изложенного, истец просит суд признать Договор уступки прав (цессии) № от ДД.ММ.ГГГГ, недействительным, взыскать
право на ознакомление с указанным договором и заявить о привлечении ФИО3 в качестве ответчика. Судебная коллегия также принимает во внимание, что в силу положений ст. 41 ГПК РФ замена ненадлежащего ответчика является правом суда, а не обязанностью и допускается только на основании ходатайства истца или с его согласия. Заявитель не лишен права на самостоятельное обращение в суд с иском к надлежащему ответчику. Приведенные в апелляционной жалобе доводы о том, что не был допрошен второй подписант договора аренды и не представлен подтверждающий факт передачи объекта аренды акт приема-передачи, выводы суда об использовании ФИО3 транспортного средства на законных основаниях не опровергают, поскольку данное арендованное имущество на момент дорожно – транспортного происшествия не было возвращено арендодателю, что свидетельствует об отсутствии оснований для предъявления требований к собственнику. Нарушений, которые привели или могли привести к неправильному разрешению спора, судом не допущено. Оснований к отмене решения апелляционная жалоба не содержит. Руководствуясь ст. ст. 327-239 ГПК РФ,
