о том , что с учетом требований Конвенции, вопрос об инкорпорировании в акты Росрыболовства положений, необходимых для организации промышленного рыболовство сидячих видов в открытом море северной части Тихого океана с учетом обязательств Российской Федерации, вытекающих из международных договоров в области рыболовства, находится в стадии проработки Росрыболовством. Общество полагает, что данный отказ неправомерен, поскольку основан на неправильном применении норм права, нарушающем права и законные интересы OOО Интеррыбфлот»в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а представленная позиция Росрыболовства в отношении возможности осуществления промышленного рыболовства в открытом море/или в районах действия международных договоров не запрещает заключение заявленных договоров пользования ВБР . При этом Заявитель ссылался на то, что водные биологические ресурсы : краб-стригун ангулятус, краб Коуэса, Дандженесский краб не относятся к сидячим видам. Территориальное Управление и Третье лицо, в письменных пояснениях по заявленным требованиям , в обоснование доводов в силу которых было принято решение об отказе в заключении договоров , пояснили, что отсутствует
положена в основу иной оценки представленных в материалы дела доказательств, поскольку именно нарушения, допущенные заказчиком при составлении технического задания, а не иные недостатки проектной документации, которые выявлены при прохождении государственной экспертизы и являются устранимыми, повлекли неполучение ожидаемого результата при представлении проектной документации на экспертизу. При этом, выражая несогласие с заключением Общества относительно исправлений, сделанных Компанией в соответствии с замечаниями государственной экспертизы, Росрыболовство доказательств обратного в материалы дела не представило. Приведенные в жалобе доводы, повторяющие позицию Росрыболовства по делу, по существу, направлены на иную оценку исследованных судами доказательств и сделанных на их основе выводов, не свидетельствуют о неправильном применении судами первой и апелляционной инстанций норм материального права к установленным фактическим обстоятельствам дела. С учетом изложенного кассационная инстанция не усматривает оснований для отмены обжалуемых решения и постановления и удовлетворения кассационной жалобы. Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа п о с т а н о
шт. На основании поступившего от АО «Удмуртавтодор» уведомления о запланированном на 24.09.2020 выпуске молоди щуки (вх. № 5739 от 02.09.2020) Средневолжским ТУ Росыболовства организована работа уполномоченных представителей комиссии по осуществлению контроля выполнения организациями всех форм собственности по искусственному воспроизводству (далее – комиссия) для участия в учете выпускаемой молоди ВБР и их выпуске. В письме АО «Удмуртавтодор» (вх. № 6167 от 18.09.2020) отражено, что средняя штучная навеска ВБР, предполагаемая к выпуску, составляет 70-82 г. Согласно позицииРосрыболовства от 22.08.2019 № У02-2338 в случае, если фактическая навеска выпускаемой молоди существенно превышает навеску, указанную в договоре, сотрудники комиссии Средневолжского ТУ Росыболовства должны действовать с учетом рекомендаций представителей рыбохозяйственной науки, включенных в состав комиссии, в том числе, вправе не принимать к учету молодь водных биоресурсов. В связи с невозможностью присутствия представителя науки на каждом выпуске Средневолжским ТУ Росыболовства было запрошено мнение Пермского филиала ФГБНУ «ВНИРО» о выпуске молоди укрупненной навески. Из разъяснений, полученных от
п. 7 Правил, указало на отсутствие возможности добычи (вылова) водных биоресурсов в объеме и районе добычи (вылова) водных биоресурсов, указанных в заявлении, на основании данных научных исследований, что коррелируется с принципами, изложенными в пунктах (а), (b), (f), (h) статьи 3 Конвенции о сохранении и управлении рыбными ресурсами в открытом море северной части Тихого океана от 24.02.2012 (далее – Конвенция СТО), присоединение Российской Федерации к которой закреплено Федеральным законом от 02.04.2014 № 45-ФЗ, и « ПозициейРосрыболовства в отношении возможности осуществления промышленного рыболовства в открытом море и/или в районах действия международных договоров Российской Федерации в области рыболовства и сохранения водных биоресурсов в отношении нерегулируемых ими видов водных биоресурсов (участки открытого моря в северо-западной части Тихого океана)» от 21.08.2015 о том, что с учетом требований Конвенции, вопрос об инкорпорировании в акты Росрыболовства положений, необходимых для организации промышленного рыболовства сидячих видов в открытом море северной части Тихого океана в учетом обязательств Российской Федерации,
для выдачи такой лицензии.. Фактически основным документом, предоставляющим право на экспорт ВБР, является лицензия, которая содержит условия осуществления данного вида деятельности, в частности, код товара по ТН ВЭД ЕАЭС и разрешенный к экспорту объем, какие-либо иные ограничения, в том числе по способам добычи (вылова) экспортируемого товара, данная лицензия не содержит. С учетом изложенного общество настаивает на том, что вывод таможенного органа о представлении им при таможенном оформлении недействительного документа ограничивает действие лицензии и противоречит позицииРосрыболовства . Также заявитель жалобы приводит доводы о нарушении таможенным органом порядка производства по делу об административном правонарушении, поскольку сбор доказательств был осуществлен без соответствующего оформления таких процессуальных действий, то есть вне рамок административного расследовании. Таможенный орган в представленном письменном отзыве, приобщенном коллегией к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ, с доводами апелляционной жалобы не согласился, обжалуемое решение считает законным и обоснованным, принятым при полном исследовании всех обстоятельств дела, с правильным применением норм
28.01.2019г. Департамента регулирования в сфере рыбного хозяйства и аквакультуры (рыбоводства) Министерства сельского хозяйства Российской Федерации (л.д. 42), в соответствии с правилами рыболовства для Азово-Черноморского рыбохозяйственного бассейна, утвержденными приказом Минсельхоза России от ДД.ММ.ГГГГ №, орудие добычи (вылова) водных биоресурсов под названием «каравка» не является запретным к применению. Относительно вопроса практического применения указанного вида орудия добычи (вылова), а также полномочий ФГБНУ «АзНИИРХ» по разработке орудий добычи (вылова) водных биоресурсов и изготовлению нормативно-технической документации к ним, предоставлена позиция Росрыболовства , в ведении которого находится указанный научно-исследовательский институт (письмо от ДД.ММ.ГГГГ №-ПС/У04). Как следует из сообщения Федерального агентства по рыболовству в соответствии с поручением Минсельхоза России от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 43-45), а также из ответа на запрос от ДД.ММ.ГГГГ ФГБНУ «АзНИИРХ» (л.д. 46-47),каравка, используется для установки вблизи берега, часто, на мелководье, где действуют особые условия (метеоусловия, гидрологические условия, действие рыбоядных птиц и др.). Такие условия диктуют требования, предъявляемые к конструкции каравки в зависимости от
рационального использования, изучения, сохранения, воспроизводства водных биологических ресурсов и среды их обитания, а также аквакультуры (рыбоводства). С целью реализации полномочий в установленной сфере деятельности Росрыболовство имеет право давать юридическим и физическим лицам разъяснения по вопросам, отнесенным к установленной сфере деятельности Агентства. Водное законодательство не исключает возможности обособленного водопользования на водных объектах или их частях, находящихся в государственной или муниципальной собственности и предоставляемых для осуществления рыбоводства ( часть 2 статьи 38 Водного кодекса Российской Федерации). Позиция Росрыболовства о том, что рыбоводные участки не являются местом общего пользования и на них запрещено осуществление любительского и спортивного рыболовства без согласия пользователя такого рыбоводного участка подтверждается Решением Верховного суда Российской Федерации от 12 января 2018 года. Следовательно, требования истца изложенные в первом пункте искового заявления не соответствуют водному законодательству, законодательству о рыболовстве и сохранении водных биоресурсов, Федеральному закону «Об аквакультуре (рыбоводстве), нарушают права ответчика и удовлетворению не подлежат. 2. Информация генерального директора ООО «Прогресс»
не мог зарегистрировать право собственности, но эти причины от него не зависели. Регпалата указала причины отказа в регистрации права: неявка главы поселения на подписание заявления, не установлены и не внесены в государственный реестр границы береговой линии пруда на <адрес>. Согласно внесенным изменениям от ДД.ММ.ГГГГ ФЗ № земля под водным объектом относится к землям сельскохозяйственного назначения. Данный пруд предоставлен в пользование КФХ «ФИО4», является рыбоводным участком, в следствие чего не является местом общего пользования. Данная позиция Росрыболовства подтверждена Верховным Судом Российской Федерации. Любые обременения, ограничения для обременения земельного участка должны быть зарегистрированы в регистрационной палате. В данном случае никакие обременения земельного участка не выявлены, границы отсутствуют. С другой стороны пруда находится еще один земельный участок, который был также продан. Границы того земельного участка по некоторым схемам заходят на часть водного объекта, однако в этой ситуации у регистраторов не возникло вопросов, и земельный участок был зарегистрирован в собственность. О том, что спорный
