Оренбургской области ФИО2 на использование его высказываний в агитационном материале, изготовленном кандидатом ФИО1, а также пришел к выводу об отсутствии необходимости исследования используемого в данном агитационном материале четверостишья И. Губермана, отраженного в измененном виде. Кроме того, исходя из отсутствия согласия автора на использование осуществленного им перевода стихотворения Редьярда Киплинга (в стихотворении ФИО3 «Когда») в агитационном материале, суд первой инстанции правомерно усмотрел нарушение положений пункта 1 стати 1260 Гражданского кодекса Российской Федерации о принадлежности авторского права переводчику на осуществленный им перевод. Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к тому, что административным истцом в агитационных материалах использован обнародованный перевод стихотворения Редьярда Киплинга в информационных целях, в целях раскрытия творческого замысла автора и в объеме, оправданном целью цитирования, не могут изменить правовую судьбу обжалуемого судебного решения. При этом доказательств обнародования стихотворения Редьярда Киплинга в переводе ФИО3 материалы дела не содержат. Иные доводы апелляционной жалобы судом проверялись по правилам статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации,
быть переданы, лицензиат настоящим предоставляет лицензиару бесплатно, без обязанности уплачивать роялти или отчисления любого другого рода все исключительные права на использование соответствующего материала в любых формах и любым способом по всему миру и без ограничения по времени, включая право переуступать или лицензировать такое право в пользу другого физического или юридического лица на любой основе. В силу п. 1, 4 ст. 1260 ГК РФ переводчику принадлежат авторские права на осуществленный перевод другого (оригинального) произведения. Авторские права переводчика охраняются как права на самостоятельные объекты авторских прав независимо от охраны прав авторов произведений, на которых основано производное произведение. Таким образом, вопреки доводам ответчика, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу, истец является обладателем исключительных прав на перевод указанного произведения на русском языке на территории РФ. Ссылки ответчика на п. 8.3 соглашения отклоняются апелляционным судом, поскольку, как правильно отметил суд первой инстанции, указанный пункт соглашения регулирует отношения между лицензиатом и лицензиаром, а не лицензиатом и
с использованием программы Adobe Photoshop Light. Доказательств, опровергающих авторство ФИО3 в отношении изображения «untitled (1l)-64.jpg», ответчиком не представлено. Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд приходит к выводу о том, что авторство данного лица в отношении изображения «untitled (1l)-64.jpg» подтверждено материалами дела. Следует отметить, что авторство в отношении фотографического изображения, использованного для получения изображения «untitled (1l)-64.jpg», не имеет правового значения для рассмотрения настоящего дела, поскольку, как установлено в п. 4 ст. 1259 ГК РФ авторские права переводчика , составителя и иного автора производного или составного произведения охраняются как права на самостоятельные объекты авторских прав независимо от охраны прав авторов произведений, на которых основано производное или составное произведение. С момента создания указанного файла содержащееся в нем изображение приобрело статус объекта индивидуальной собственности. Кроме того, как указал ФИО3 и следует из акта приема-передачи от 27.04.2022 (л.д. 50), ФИО3 как учредитель управления передал оригинал спорного фотографического изображения Наличие у истца оригинала фотографического изображения ответчиком
на производное произведение литературы (перевод) и личных неимущественных прав между истцом и ответчиком, а равно и третьим лицом отсутствует. Основанием настоящего иска является факт предложения к продаже и продажи спорных книг на территории России, а не осуществленный переводчиком перевод. При этом суд апелляционной инстанции установил сходство до степени смешения используемого в названиях книг обозначения и товарного знака, в защиту прав на который предъявлен настоящий иск, однако, отказывая в его удовлетворении, сослался на то, что права переводчика на название произведения защищены нормами авторского права. Судебная коллегия полагает, что данный вывод сделан с неправильным применением норм материального права. Согласно пунктам 1 и 4 статьи 1260 ГК РФ переводчику, а также автору иного производного произведения (обработки, экранизации, аранжировки, инсценировки или другого подобного произведения) принадлежат авторские права соответственно на осуществленные перевод и иную переработку другого (оригинального) произведения. Авторские права переводчика, составителя и иного автора производного или составного произведения охраняются как права на самостоятельные объекты
названного Кодекса). Согласно пункту 1 статьи 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения. Согласно пункту 1 статьи 1260 ГК РФ переводчику, а также автору иного производного произведения (обработки, экранизации, аранжировки, инсценировки или другого подобного произведения) принадлежат авторские права соответственно на осуществленные перевод и иную переработку другого (оригинального) произведения. В силу пункта 4 статьи 1260 ГК РФ авторские права переводчика , составителя и иного автора производного или составного произведения охраняются как права на самостоятельные объекты авторских прав независимо от охраны прав авторов произведений, на которых основано производное или составное произведение. Пунктом 3 статьи 1260 ГК РФ установлено, что автор производного или составного произведения осуществляет свои авторские права при условии соблюдения прав авторов произведений, использованных для создания производного или составного произведения. Аналогичная правовая позиция изложена в пункте 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от
переводчик, который не обладает специальными познаниями в диалекте языка иностранного гражданина, привлеченного к административной ответственности, что повлекло за собой некорректный перевод; гражданина КНР ФИО1 не осуществлял трудовую деятельность в Селемджинском районе, в зале судебного заседания гражданина КНР ФИО1 не пояснял указанных обстоятельств, перевод об указанных обстоятельствах осуществлен неверно; судом при назначении наказания не учтены обстоятельства, смягчающие наказание, являются несостоятельными, поскольку при составлении протокола об административном правонарушении в отношении ФИО1 присутствовал переводчик Ф.И.О.3, которому разъяснялись права переводчика , он предупреждался об административной ответственности за выполнение заведомо неправильного перевода, о чем отобрана подписка. Для участия в судебном заседании был допущен переводчик Ф.И.О.4, которому разъяснялись права переводчика, он предупреждался об административной ответственности за выполнение заведомо неправильного перевода, о чем отобрана подписка. В ходе судебного заседания ФИО1 пояснил, что речь Ф.И.О.4 ему понятна. При рассмотрении дела об административном правонарушении гражданину КНР ФИО1 разъяснялись его права, в том числе право воспользоваться услугами защитника, о чем
обладает специальными познаниями в диалекте языка иностранного гражданина, привлеченного к административной ответственности, что повлекло за собой некорректный перевод; гражданина КНР Дай Сяохун не осуществлял трудовую деятельность в Селемджинском районе, в зале судебного заседания гражданина КНР Дай Сяохун не пояснял указанных обстоятельств, перевод об указанных обстоятельствах осуществлен неверно; судом при назначении наказания не учтены обстоятельства, смягчающие наказание, являются несостоятельными, поскольку при составлении протокола об административном правонарушении в отношении Дай Сяохун присутствовал переводчик Ф.И.О.4, которому разъяснялись права переводчика , он предупреждался об административной ответственности за выполнение заведомо неправильного перевода, о чем отобрана подписка. Для участия в судебном заседании был допущен переводчик Ф.И.О.5, которому разъяснялись права переводчика, он предупреждался об административной ответственности за выполнение заведомо неправильного перевода, о чем отобрана подписка, в ходе судебного заседания Дай Сяохун пояснил, что речь Ф.И.О.5 ему понятна. При рассмотрении дела об административном правонарушении гражданину КНР Дай Сяохун разъяснялись его права, в том числе право воспользоваться услугами защитника,
обладает специальными познаниями в диалекте языка иностранного гражданина, привлеченного к административной ответственности, что повлекло за собой некорректный перевод; гражданина КНР Лу Ю не осуществлял трудовую деятельность в Селемджинском районе, в зале судебного заседания гражданина КНР Лу Ю не пояснял указанных обстоятельств, перевод об указанных обстоятельствах осуществлен неверно; судом при назначении наказания не учтены обстоятельства, смягчающие наказание, являются несостоятельными, поскольку при составлении протокола об административном правонарушении в отношении Лу Ю присутствовал переводчик Ф.И.О.3, которому разъяснялись права переводчика , он предупреждался об административной ответственности за выполнение заведомо неправильного перевода, о чем отобрана подписка. Для участия в судебном заседании был допущен переводчик Ф.И.О.4, которому разъяснялись права переводчика, он предупреждался об административной ответственности за выполнение заведомо неправильного перевода, о чем отобрана подписка, в ходе судебного заседания Лу Ю пояснил, что речь Ф.И.О.4 ему понятна. При рассмотрении дела об административном правонарушении гражданину КНР Лу Ю разъяснялись его права, в том числе право воспользоваться услугами защитника,
обладает специальными познаниями в диалекте языка иностранного гражданина, привлеченного к административной ответственности, что повлекло за собой некорректный перевод; гражданина КНР Фэн Линцай не осуществлял трудовую деятельность в Селемджинском районе, в зале судебного заседания гражданина КНР Фэн Линцай не пояснял указанных обстоятельств, перевод об указанных обстоятельствах осуществлен неверно; судом при назначении наказания не учтены обстоятельства, смягчающие наказание, являются несостоятельными, поскольку при составлении протокола об административном правонарушении в отношении Фэн Линцай присутствовал переводчик Ф.И.О.3, которому разъяснялись права переводчика , он предупреждался об административной ответственности за выполнение заведомо неправильного перевода, о чем отобрана подписка. Для участия в судебном заседании был допущен переводчик Ф.И.О.4, которому разъяснялись права переводчика, он предупреждался об административной ответственности за выполнение заведомо неправильного перевода, о чем отобрана подписка, в ходе судебного заседания Фэн Линцай пояснил, что речь Ф.И.О.4 ему понятна. При рассмотрении дела об административном правонарушении гражданину КНР Фэн Линцай разъяснялись его права, в том числе право воспользоваться услугам и
