своей деятельности (глава 3 Устава) Палата вправе быть истцом и ответчиком в суде, арбитражном и третейском судах, заявителем в Конституционном Суде Российской Федерации в порядке, определенном законодательством Российской Федерации (статья 14 Устава). Из этого вытекает, что закон определил не только уставные цели, но и предмет деятельности палаты. Следовательно, согласно указанным положениям Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" и Устава Палата наделена правом обращения в суд как орган государственной власти (статья 10 Конституции Российской Федерации) в целях защиты законных интересов адвокатов и их профессиональных прав, и по своей правовой сути эти положения устанавливают специальную правоспособность палаты как необходимое условие надлежащей реализации ею публичных функций. Более того, права и обязанности адвокатов, корпоративно осуществляемые при выполнении адвокатурой публично значимых функций, предполагают процессуальную правоспособность Палаты как органа адвокатского самоуправления при обращении за судебной защитой прав сообщества адвокатов с заявлением об оспаривании нормативных правовых актов, что предусмотрено частью первой статьи
в тюрьме или по каким-то иным причинам имеет криминальный характер. В Постановлении от 5 июля 2001 года по делу "Эрдем (Erdem) против Германии" Европейский Суд по правам человека еще раз подтвердил, что конфиденциальность переписки между заключенным и его защитником является основным правом личности и напрямую затрагивает ее право на защиту и что отступления от этого принципа могут допускаться лишь в исключительных случаях и должны сопровождаться адекватными и достаточными гарантиями против злоупотреблений. Опираясь на приведенные правовые позиции, Европейский Суд по правам человека в Постановлении от 9 октября 2008 года по делу "Моисеев против России" указал, что переписка лица, находящегося под стражей, со своим адвокатом независимо от ее цели всегда является привилегированной; чтение писем заключенного, направляемых адвокату или получаемых от него, допустимо в исключительных случаях, когда у властей есть разумные основания предполагать злоупотребление этой привилегией в том смысле, что содержание письма угрожает безопасности пенитенциарного учреждения, безопасности других лиц или носит какой-либо иной
Президиума Верховного Суда Российской Федерации, выступления заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Городова П.П., адвоката Рейзера Ю.Л., осужденного ФИО3, Президиум Верховного Суда Российской Федерации установил: ФИО3 признан виновным в убийстве О. и Г.. в связи с выполнением ими общественного долга, совершенном 11 июля 2008 года в селе Шарчино Сузунского района Новосибирской области. В надзорной жалобе осужденный ФИО3 просит о пересмотре судебных решений, указывает, что при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке было нарушено его право на защиту, адвокат для его защиты предоставлен не был, хотя его участие являлось обязательным, от участия защитника он не отказывался, при назначении наказания следовало учесть обстоятельства, смягчающие наказание, - явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, однако судом кассационной инстанции эти обстоятельства не приняты во внимание, кассационным определением исключена ссылка на совершение преступления в состоянии опьянения, но наказание оставлено без изменения. Президиум Верховного Суда Российской Федерации, рассмотрев уголовное дело по надзорной жалобе, находит кассационное
Российской Федерации, выступления заместителя Генерального прокурора Российской Федерации Городова П.П., адвоката Рейзера Ю.Л., осужденного Гарлимана Р.И., Президиум Верховного Суда Российской Федерации установил: Гарлиман Р.И. признан виновным в убийстве О. и Г.. в связи с выполнением ими общественного долга, совершенном 11 июля 2008 года в селе Шарчино Сузунского района Новосибирской области. В надзорной жалобе осужденный Гарлиман Р.И. просит о пересмотре судебных решений, указывает, что при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке было нарушено его право на защиту, адвокат для его защиты предоставлен не был, хотя его участие являлось обязательным, от участия защитника он не отказывался, при назначении наказания следовало учесть обстоятельства, смягчающие наказание, - явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, однако судом кассационной инстанции эти обстоятельства не приняты во внимание, кассационным определением исключена ссылка на совершение преступления в состоянии опьянения, но наказание оставлено без изменения. Президиум Верховного Суда Российской Федерации, рассмотрев уголовное дело по надзорной жалобе, находит кассационное
апелляционной жалобе адвокат Рогулина Л.А., в интересах осужден-ного Кобылкина А.С., считает приговор незаконным, необоснованным и подлежащем отмене. По мнению автора жалобы, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Адвокат считает, что суд необоснованно положил в основу приговора показания сот-рудников СИЗО, проигнорировав показания осужденных, являющихся оче-видцами происшествия, показания которых, судом не отражены в приговоре. Кроме того, по мнению адвоката, в ходе предварительного расследования были нарушены процессуальные права Кобылкина А.С., в частности право на защиту адвокатом по соглашению. Далее в жалобе адвокат цитирует нормы закона, которые по ее мнению были нарушены судом. В апелляционной жалобе осужденный Кобылкин А.С. не соглашается с приговором суда и просит его отменить. В своей жалобе осужденный прово-дит анализ доказательств своей вины, изложенных в приговоре и делает вывод об их недостаточности для постановления обвинительного приговора. В жалобе осужденный излагает свою версию развития событий и отрицает свою причастность к совершению какого-либо преступления. Автор жалобы приводим многочисленные
расследования постановления дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные решения и действия (бездействие) дознавателя, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию. Эти требования закона судом соблюдены, доводы заявителя о том, что в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела в отношении него по существу было нарушено его право на защиту адвокатом Волковой И.В., изложенные в жалобе, в судебном заседании тщательно проверены, судебное решение надлежащим образом мотивировано, а потому оснований для его отмены судебная коллегия не находит. Вопреки доводам жалобы С., письмо главного консультанта Управления конституционных основ уголовной юстиции секретариата Конституционного Суда РФ от 14 мая 2009 года не содержит признания нарушения его конституционных прав. Также неубедительными судебная коллегия признает доводы заявителя о нарушении его права на защиту. С., будучи осужденным за совершение преступлений к
принудительное доставление свидетеля ФИО10, и не осуществлен вызов иных свидетелей для дачи ими показаний в судебном заседании. Осужденный просит исключить из числа доказательств постановления о продлении срока предварительного следствия, о возбуждении уголовного дела, о предъявлении обвинения, полагает, что обвинительное заключение не соответствует требованиям УПК РФ, в жалобах дает подробную оценку доказательствам, приведенным в приговоре, просит изменить порядок зачета срока содержания под стражей в срок наказания; обращает внимание на то, что было нарушено его право на защиту адвокатом ФИО11, который не ходатайствовал об объявлении перерыва в судебном заседании для подготовки к прениям сторон и последнему слову подсудимого, не разъяснил ему право на возможность подготовки к указанным процессуальным действиям, не оказывал надлежащей юридической помощи в ходе судебных заседаний. Также осужденный в апелляционных жалобах указывает на то, что не был извещен о дате и времени судебного заседания, что нарушает его право на защиту. Судом не было принято постановление о назначении судебного заседания, не
