президиума Тверского областного суда от 31 июля 2019 года о пересмотре состоявшихся судебных решений подлежит отмене по следующим основаниям. В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. Из анализа правовых норм, предусмотренных п. 8, 9 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, регулирующих необходимость обеспечения права на защиту обвиняемому , а также положений, предусмотренных ст. 389.17 УПК РФ, относящих к числу существенных нарушений уголовно-процессуального закона, и нарушение норм, обеспечивающих право осужденного на защиту на всех стадиях уголовного судопроизводства, учитывая корреспондирующие названным нормам закона и разъяснения, содержащиеся в Постановлениях Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 года № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве» и от 26 июня 2019 года № 19 «О применении норм
Н.В. факт обращения Генеральной прокуратуры в суд с ходатайством об изменении территориальной подсудности уголовного дела расценивает как злоупотребление процессуальными правами, а изложенные в нем доводы считает беспочвенными, не основанными на объективных данных. По мнению адвоката, у суда не имелось оснований для удовлетворения ходатайства, поскольку в нем не приведено обстоятельств, которые бы могли послужить основанием для лишения Мусатова права на рассмотрение дела тем судом, к подсудности которого оно относится. Указывает на нарушение Четвертым КСОЮ права на защитуобвиняемого Мусатова, поскольку не было обеспечено участие в судебном заседании адвокатов Шевченко, Оганесяна, Дергачевой и Продаевич, с которыми были заключены соглашения, и на то, что судом не исследованы материалы, свидетельствующие о месте совершения преступления и возбуждения уголовного дела. Полагает, что при оценке ходатайства судом не приняты во внимание протоколы допросов свидетелей Э.Г. Г. из которых следует, что давления на свидетеля Г. не оказывалось, при этом последний оговаривает Мусатова. Кроме того, указывает на то, что
президиума Тверского областного суда от 31 июля 2019 года о пересмотре состоявшихся судебных решений подлежит отмене по следующим основаниям. В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. Из анализа правовых норм, предусмотренных п. 8, 9 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, регулирующих необходимость обеспечения права на защиту обвиняемому , а также положений, предусмотренных ст. 389.17 УПК РФ, относящих к числу существенных нарушений уголовно-процессуального закона, и нарушение норм, обеспечивающих право осужденного на защиту на всех стадиях уголовного судопроизводства, учитывая корреспондирующие названным нормам закона и разъяснения, содержащиеся в Постановлениях Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 года № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве» и от 26 июня 2019 года № 19 «О применении норм
Н.В. факт обращения Генеральной прокуратуры в суд с ходатайством об изменении территориальной подсудности уголовного дела расценивает как злоупотребление процессуальными правами, а изложенные в нем доводы считает беспочвенными, не основанными на объективных данных. По мнению адвоката, у суда не имелось оснований для удовлетворения ходатайства, поскольку в нем не приведено обстоятельств, которые бы могли послужить основанием для лишения ФИО1 права на рассмотрение дела тем судом, к подсудности которого оно относится. Указывает на нарушение Четвертым КСОЮ права на защитуобвиняемого Мусатова, поскольку не было обеспечено участие в судебном заседании адвокатов Шевченко, Оганесяна, Дергачевой и Продаевич, с которыми были заключены соглашения, и на то, что судом не исследованы материалы, свидетельствующие о месте совершения преступления и возбуждения уголовного дела. Полагает, что при оценке ходатайства судом не приняты во внимание протоколы допросов свидетелей Э.Г. Г. из которых следует, что давления на свидетеля Г. не оказывалось, при этом последний оговаривает Мусатова. Кроме того, указывает на то, что
правонарушении подписывается должностным лицом, его составившим, физическим лицом или законным представителем юридического лица, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении. В случае отказа указанных лиц от подписания протокола в нем делается соответствующая запись. Физическому лицу или законному представителю юридического лица, в отношении которых возбуждено дело об административном правонарушении, а также потерпевшему вручается под расписку копия протокола об административном правонарушении (в ред. Федерального закона от 08.12.2003 № 161-ФЗ). Указанные действия направлены на обеспечение права на защитуобвиняемого . В представленном протоколе №050466 от 06.07.2007года, в нарушение ст.28.2 КРФ о АП отсутствует описание события правонарушения, то есть: когда был заключен трудовой договорс ФИО3, в протоколе вопреки имеющемуся договору, указано что ФИО3 привлечена к трудовой деятельности в виде предоставления торгового места тогда, как в трудовом договоре от 1июля 2005года, заключенном между ФИО1 и ФИО3 указано, что ФИО3 принята на работу на должность продавца, и ей выплачивается заработная плата. Указанные факты существенно влияет
силу преобладающего участия в его уставном капитале возможность определять решения, принимаемые «Aluminium Silicon Mill Products GmbH» (АСМП ГмбХ), обвиняемого К.А.В. Постановлением Октябрьского районного суда г.Краснодара от 31.03.2020года вышеуказанное ходатайство удовлетворено. В апелляционной жалобе адвокат Лебедев А.А, действуя в интересах обвиняемого К.А.В., выражает несогласие с постановлением, считает незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в виду нарушения судом норм уголовно-процессуального закона и неправильно примененных норм уголовного закона. Так, указывает, что судом нарушены основополагающие принципы уголовного судопроизводства: право на защиту обвиняемого , принцип состязательности и равноправия сторон, принцип презумпции невиновности, принцип осуществления правосудия только судом. Обращает внимание, что К.А.В. и его защитник не были уведомлены о месте, дате и времени судебного разбирательства. В обжалуемом постановлении от 31.03.2020 года указано, что 03.10.2018 года вынесено постановление о привлечении К.А.В. в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.189 УК РФ. Вместе с тем, стороне защиты было представлено постановление о привлечении в качестве обвиняемого К.А.В. по ч.3
ФИО1 находится под стражей и не может знакомиться с материалами дела произвольно, а тогда когда такая возможность предоставляется ему следователем. Поскольку соответствующего требованию закона, графика ознакомления с материалами дела следователем не составлено, доводы о затягивании ознакомления с материалами дела являются надуманными. Удовлетворяя ходатайство ФИО1 о предоставлении ему аудиозаписи для ознакомления, реальной возможности составить ее стенограмму обвиняемому не предоставлено, а возможность получить копию данной записи и воспроизводить ее в месте нахождения обвиняемого невозможно. Нарушено право на защиту обвиняемого , поскольку не было предпринято надлежащих мер к извещению о месте и времени рассмотрения судом ходатайства следователя защитника обвиняемого, с которым у него заключено соглашение и который с <дата> находился в отпуске за пределами <адрес>, что исключало возможность его извещения и получения от него каких-либо документов. Проверив материал, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. В соответствии с ч.3 ст.217 УПК РФ обвиняемый и его защитник не могут ограничиваться во
