прокуратуре предусмотрено обязательное присутствие проверяемого лица при осуществлении надзора за исполнением законов. Из Акта усматривается, что проверочные мероприятия проведены Прокуратурой с целью проверки соблюдения обществом требований законодательства. При составлении акта сотрудники Прокуратуры действовали в пределах полномочий, установленных абзацем 2 части 1 статьи 22 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» и исходили из того, что акт прокурорской проверки не может считаться протоколом осмотра. Законом не предусмотрены требования об обязательной фиксации в документе сведений о проводимой при его составлении фотосъемке, удостоверение сведений подписями понятых. В силу прямого указания в пункте 3 части 3 статьи 1 Федеральным законом от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора ) и муниципального контроля» положения его не применяются при осуществлении прокурорского надзора. Следовательно, располагая информацией, полученной в результате проведения рейдовых мероприятий, министерство реализовало свое право на привлечение к административной ответственности в рамках административного производства,
с общества неустойки в размере 188 864 рублей 83 копеек путем обращения в Арбитражный суд Рязанской области с соответствующим иском (дело № А54-3676/2018). При этом не имеет правового значения факт того, когда администрация воспользовалась своим правом на предъявление в суд таких требований (до момента выставления в ее адрес представления, в период или после). При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что, выдавая обществу оспариваемое представление, прокуратура вышла за пределы прокурорского надзора , предоставленного Законом № 2202-1. В связи с этим суд апелляционной инстанции отклоняет довод апелляционной жалобы о том, что предписание прокуратуры направлено на устранение нарушений законодательства о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд. Довод прокуратуры о том, что вывод суда первой инстанции о противоречии нормам законодательства требования предписания о рассмотрении вопроса о привлечении к дисциплинарной ответственности виновных должностных лиц является неверным, признан апелляционным судом несостоятельным
системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (далее – Представление № 7-2-2021/677) недействительным и о признании незаконными действий по вынесению вышеуказанного представления. Заявитель полагает, что оспариваемое представление является незаконным и нарушает права и законные интересы Общества. Свою позицию мотивирует тем, что указанные в Представлении № 7-2-2021/677 нарушения в деятельности Общества выявлены не были; вменяемые Обществу нарушения находятся вне рамок прокурорского реагирования; выдавая Обществу представление прокуратура вышла за пределы прокурорского надзора ; требование прокурора о привлечении виновных лиц к дисциплинарной ответственности необоснованно. В судебное заседание представитель заявителя не явился, ранее заявленные требования поддержал в полном объеме. Представитель Рузаевской межрайонной прокуратуры заявление не признал по основаниям, указанным в отзыве Представитель привлеченной к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры Республики Мордовия заявленные требования отклонил. Представитель привлеченной к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных
по эффективному использованию бюджетных средств реализуется в рамках Закона №44-ФЗ путем предъявления к ненадлежащим образом исполнившим сторонам обязательств по контракту мер гражданской ответственности. В спорной ситуации администрация как муниципальный заказчик реализовало свое право на взыскание с общества неустойки в размере 188 864,83 руб. путем обращения в Арбитражный суд Рязанской области с соответствующим иском (дело №А54-3676/2018). При таких обстоятельствах, арбитражный суд считает, что Прокуратура Пронского района Рязанской области, выдавая обществу оспариваемое представление, вышло за пределы прокурорского надзора , предоставленного Федеральным законом от 17.01.1992 №2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации". Кроме того, предложение обществу привлечь виновных к дисциплинарной ответственности противоречит нормам Закона о Прокуратуре и трудовому законодательству. В соответствии с пунктом 2 статьи 22 Закона о прокуратуре прокурор или его заместитель по основаниям, установленным законом, возбуждает производство об административном правонарушении, требует привлечения лиц, нарушивших закон, к иной установленной законом ответственности, предостерегает о недопустимости нарушения закона. Частью 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской
на расчетный счет должника ООО «Западный филиал» (сделка № 12); объединенному обособленному спору присвоить № А19-27070-11/2018. На основании положений статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд определил: - удовлетворить ходатайство ФНС России о привлечении в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора Прокуратуру Иркутской области, поскольку в рамках обособленного спора оспариваются платежи, произведенные за счет бюджетных средств, выделенных на устранение последствий чрезвычайной ситуации, контроль за расходованием которых входит в пределы прокурорского надзора ; - привлечь к участию в объединенном обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Прокуратуру Иркутской области (ОГРН: 1033801014532, ИНН: 3808014899, адрес: 664011, Иркутская область, г. Иркутск, ул. Володарского, 5). Руководствуясь ст.ст. 158, 184, 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с объединением обособленных споров и привлечением к участию в объединенном обособленном споре третьего лица, суд определил: рассмотрение обособленного спора отложить на 07.03.2022 в 10 час.
действий. Ссылаясь на указанные выше обстоятельства, считает необоснованным вывод суда о том, что ходатайство прокурора предполагает переоценку доказательств по вступившим в законную силу приговорам в отношении ФИО1 и ФИО10, а также вмешательство в уголовное судопроизводство по уголовному делу в отношении ФИО11, производство по которому не завершено. Полагает, что ходатайство прокурора направлено на устранение препятствий для проведения проверки возможной причастности ФИО9 к совершению преступления, в связи с чем постановление суда первой инстанции, как ограничивающее пределы прокурорского надзора за предварительным расследованием, находит не отвечающим принципам уголовного судопроизводства. Считает, что решение об отказе в принятии ходатайства не соответствует нормам уголовно-процессуального законодательства, оно принято без предоставления возможности участия в судебном заседании прокурора, которого суд необоснованно ограничил в осуществлении процессуального надзора. Проверив материалы дела и доводы апелляционного представления, заслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему выводу. В соответствии с ч. 1.1 ст. 214 УПК РФ отмена постановления о прекращении уголовного дела
