и частичную информацию от ресурсоснабжающих организаций о наличии значительных долгов, стал готовиться к подаче заявления о признании Общества банкротом, так как ведение какой-либо хозяйственной деятельности при таких обстоятельствах невозможно. Однако, заявление раньше подал ИП ФИО13 Таким образом, став по решению суда единственным учредителем, я предпринял все возможные меры, которые от меня зависели. ФИО5 отсутствовал в течение всего периода фактической деятельности предприятия (соответственно и действия договоров с кредиторами), то есть с 10.09.2015 по 13.12.2017. Предприятие «с нуля » начало работать с 01.09.2015. Сведений о дебиторах я не имел, соответственно предпринять каких-либо действий не мог. То есть, я как учредитель Общества действовал в силу своих возможностей совершенно добросовестно и разумно. На основании изложенного поддерживает заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО2, ФИО4, ФИО3 к субсидиарной ответственности. Предварительное судебное заседание неоднократно откладывалось. От конкурсного управляющего 15.07.2021 поступило уточнение заявленных требований, из которых следует, что ФИО14, ФИО3, ФИО15 не исполнена обязанность по подаче заявления
информацию от ресурсоснабжающих организаций о наличии значительных долгов, стал готовиться к подаче заявления о признании Общества банкротом, так как ведение какой-либо хозяйственной деятельности при таких обстоятельствах невозможно. Однако, заявление раньше подал ИП ФИО11 Таким образом, став по решению суда единственным учредителем, я предпринял все возможные меры, которые от меня зависели. ФИО5 отсутствовал в течение всего периода фактической деятельности предприятия (соответственно и действия договоров с кредиторами), то есть с 10.09.2015 года по 13.12.2017 года. Предприятие «с нуля » начало работать с 01.09.2015 года. Сведений о дебиторах я не имел, соответственно предпринять каких-либо действий не мог. То есть, я как учредитель Общества действовал в силу своих возможностей совершенно добросовестно и разумно. На основании изложенного поддерживает заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО2, ФИО4, ФИО3 к субсидиарной ответственности. Исходя из необходимости предоставления пояснений по делу, с учетом представленного отзыва, суд считает необходимым отложить судебное разбирательство. Руководствуясь статьями 136, 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской
и ответчика, считает, что заявленные требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям. Как следует из материала дела между «01» октября 2014 года между ответчиком (получатель инвестиций, заемщик по договору) и Обществом с ограниченной ответственностью «НОРТОН» (инвестор, заимодавец по договору) был заключен договор соинвестирования в бизнес «ИнвестКафэ «СТАРТАП»» № 2/2014, в соответствии с условиями которого Общество с ограниченной ответственностью «НОРТОН» предоставило ответчику в качестве инвестиций под реализацию инвестиционного проекта по созданию сети торгово-информационных площадок ( предприятий) с нуля с созданием интернет версии, с сопровождением полномасштабных мероприятий по продвижению бренда, обеспечению его узнаваемости «ИнвестКафе «СТАРТАП»» денежные средства в сумме 34 185 351 руб. 19 коп., путем их перечисления платежным поручением № 9 от «30» октября 2014 года. «01» декабря 2014 года между ответчиком и инвестором, в соответствии со ст. 414, ст. 818 ГК РФ было заключено Соглашение о новации долга по договору соинвестирования в бизнес «ИнвестКафе «СТАРТАП»» № 2/2014 от 01.10.14 в
