признав за ФИО2. и ФИО3 право собственности на 26/58 доли, а за ФИО9, ФИО8, ФИО10 - 2/58 доли за каждым в праве собственности на жилой дом и земельный участок. Кроме того, суд взыскал с ФИО3 в пользу ФИО2. 1/2 доли денежных средств, полученных Власенко С.Г. от продажи автомобиля и квартиры, расположенной по адресу: <...>, в сумме 1206 500 руб., указав, что доказательств, свидетельствующих о том, что денежные средства, вырученные Власенко С.Г. после фактического прекращениябрачныхотношений сторон от реализации их совместно нажитого имущества, были потрачены на нужды семьи, Власенко С.Г. в материалы дела представлено не было. Девятый кассационный суд общей юрисдикции согласился с выводами судов первой и апелляционной инстанций. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что судебные постановления по делу в указанной части приняты с существенным нарушением норм материального и процессуального права и согласиться с ними нельзя по следующим основаниям. Статьей 195 Гражданского процессуального кодекса
установлено, что, заключая оспариваемый договор, должник реализовал свое право на распоряжение принадлежащим ему имуществом в пользу несовершеннолетних детей, которые с рождения проживают в спорной квартире, данная квартира является для них единственным местом жительства. При этом квартира была приобретена должником задолго до возникновения семьи Б-ных, рождения детей, создания общества, по обязательствам которого должник привлечен в дальнейшем к субсидиарной ответственности, целью совершения сделки было обеспечение детей достойными жилищными условиями по месту их фактического проживания ввиду прекращения брачных отношений с супругой. Доказательств, свидетельствующих о совершении сделки исключительно с целью причинения вреда кредиторам, а также мнимости спорной сделки, не представлено. Доводы, изложенные в кассационной жалобе, выводы судов не опровергают, не подтверждают существенных нарушений норм материального права и норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке. По существу доводы жалобы направлены на переоценку доказательств по делу и установленных фактических обстоятельств, что не входит
учетом изложенных выше обстоятельств, учитывая выводы эксперта и данные им в судебном заседании пояснения, имеющиеся в материалах дела документы, полученные от нотариуса ФИО9, суд первой инстанции пришел к верному выводу о мнимости оспариваемого соглашения, ввиду несоответствия указанной в нем даты фактической дате его составления, вследствие чего признал данное соглашение ничтожным. Аргументированные, разумные пояснения о причинах раздела имущества в конкретный момент супругами не даны. Учитывая не расторжение брачных отношений вплоть до 2022 года, фактическое прекращение брачных отношений между ответчиком и должником в 2015 году не может с достаточной степенью достоверности указывать на период составления соглашения о разделе имущества, нажитого в период брака. Ссылка ответчика на фактическое прекращение брачных отношений в 2015 году и наличие сложных конфликтных взаимоотношений признана судом несостоятельной, поскольку супруги брак не расторгали до 2022 года, соглашение о разделе имущества нотариально не удостоверили, в то время как конфликтные стороны, как правило, стремятся привлечь независимое лицо для фиксации достигнутых
данного правила могут быть лишь случаи, когда между супругами прекращены фактически брачные отношения и данное обстоятельство подлежит доказыванию в порядке ст. 56 ГПК РФ и оценке в соответствии со ст. 67 ГПК РФ. Анализируя представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что суду не представлено достаточных и бесспорных доказательств прекращения брачных отношений до момента вступления в законную силу, в связи с чем при определении даты прекращения брака, суд руководствуется доказательством, подтверждающим юридически прекращение брачных отношений , которым является решение суда о расторжении брака между ФИО3 и ФИО4 Так по мнению суда бесспорно не свидетельствует о прекращении брачных отношений факт оплаты госпошлины для расторжения брака в органах ЗАГСа в ***, поскольку в смысле приведенных разъяснений, содержащихся в Пленуме Верховного суда, прекращение брачных отношений подразумевает утрату между супругами взаимных прав и обязанностей как супругов, в том числе и прекращение ведения совместного хозяйства. Факт оплаты госпошлины не подтверждает таких обстоятельств. Кроме
255 000 руб. Таким образом, половина от выплаченной суммы 127500 руб. подлежит взысканию с ответчика в пользу истца. Просит признать кредитную задолженность общим долгом супругов, взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 денежную сумму 127500 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины 2000 руб. ФИО2 в судебном заседании участия не принимал, уведомлен о рассмотрении дела надлежащим образом. Представитель истца ФИО4, действующий по доверенности, в судебном заседании иск поддержал в полном объеме, ссылаясь на фактическое прекращение брачных отношений с ответчиком с ДД.ММ.ГГГГ. Брак между ФИО9 прекращен ДД.ММ.ГГГГ по инициативе ФИО1, которая в исковом заявлении о расторжении брака так же указывала на фактическое прекращение брачных отношений с ДД.ММ.ГГГГ. Предоставление срока на примирение при рассмотрении иска о расторжении брака, проживание истца и ответчика в одной квартире до июля 2017 не свидетельствует о том, что фактические брачные отношения существовали. В период предоставления срока на примирение ФИО2 напротив обращался в органы опеки и указывал, что
