Прекращение обязательств по воле сторон - гражданское законодательство и судебные прецеденты

требованием, полагая, что предоставлением отступного прекратились лишь обязательства ответчика, связанные с уплатой основного долга и процентов за пользование кредитом, но не обязательство по уплате неустойки в связи с нарушением обществом кредитного договора. Решением суда первой инстанции в удовлетворении иска отказано на том основании, что предоставлением отступного обязательства сторон, вытекающие из кредитного договора, включая и обязательство по уплате неустойки, в силу статьи 409 Кодекса прекратились. Суд указал, что поскольку отступное является одним из способов прекращения обязательств, воля сторон соглашения об отступном непосредственно направлена на прекращение обязательства. Поэтому по смыслу указанной нормы предоставление отступного означает прекращение всех обязательств, существовавших между сторонами в связи с заключенным ими кредитным договором. Учитывая положения статьи 421 ГК РФ, стороны могли предусмотреть в соглашении об отступном сохранение и обязательства по уплате неустойки. Между тем соглашение сторон об отступном, предшествовавшие ему переписка и переговоры сторон, последующие их поведение и пояснения (статья 431 Кодекса) не свидетельствуют о том, что

Федерации). Кроме того, в подпункте 1 статьи 34 Закона Российской Федерации "О залоге" предусматривается прекращение права залога при прекращении обеспеченного залогом обязательства; в случаях, когда в установленном законом порядке происходит уступка залогодержателем обеспеченного залогом требования третьему лицу либо перевод залогодателем долга, возникшего из обеспеченного залогом обязательства, на другое лицо, залог сохраняет силу (статья 33 данного Закона), при этом уступка залогодержателем своих прав по договору о залоге другому лицу действительна, если тому же лицу уступлены права требования к должнику по основному обязательству, обеспеченному залогом, и, если не доказано иное, уступка прав по договору об ипотеке означает и уступку прав по обеспеченному ипотекой обязательству (статья 355 ГК Российской Федерации). Соответственно, производность и зависимость залогового правоотношения от основного обязательства, обусловленные назначением залога - обеспечивать основное обязательство в соответствии с принципом равенства и согласования воли сторон , свидетельствуют о том, что обеспечение исполнения основного обязательства на первоначально согласованных с залогодателем условиях - при изменении

законодательстве о таможенном регулировании прямого указания на применение к поручительству положений гражданского законодательства свидетельствует о том, что к соответствующим отношениям в полной мере применяются правила статьи 367 ГК РФ о прекращении поручительства. Согласно пункту 6 статьи 367 ГК РФ поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю. Следовательно, при решении вопроса о прекращении поручительства, направленного на обеспечение обязанностей по уплате таможенных пошлин, налогов, применяются условия договора поручительства о сроке его действия. Вопреки выводам Судебной коллегии положения статьи 431 ГК РФ допускают возможность перехода к выяснению действительной воли сторон при толковании договора в случае неясности буквального значения содержащихся в нем слов и выражений и невозможности устранения этой неясности путем системного толкования договора (пункт 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской

обязательств по банковской гарантии и возврат гаранту самой банковской гарантии. И то и другое действие в равной степени влекут правовое последствие в виде прекращения банковской гарантии. Факт подписания и направления гаранту письма от 15.09.2015 года № ЦО/ППН/1437, зафиксировавшего отсутствие претензий со стороны ПАО «ФСК ЕЭС» по исполнению обязательств по банковским гарантиям с номерами 00TN9R001, 00TN9R002, 00TN9R003, 00TN9R004, 00TN9R005 от 09.01.2014 является доказательством отказа бенефициара от права требования по банковской гарантии, подтверждающим факт прекращения обязательств по воле сторон . В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. Стороны своим соглашением вправе прекратить обязательство и определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства. Пунктом 1 статьи 415 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательство прекращается освобождением кредитором должника от лежащих на нем обязанностей, если это

освобождении гаранта от его обязательств по банковской гарантии и возврат гаранту самой банковской гарантии. И то и другое действие в равной степени влекут правовое последствие в виде прекращения банковской гарантии. Факт подписания и направления гаранту письма от 15.09.2015 года № ЦО/ППН/1437, зафиксировавшего отсутствие претензий со стороны ПАО «ФСК ЕЭС» по исполнению обязательств по банковской гарантии № 00TN9R019 от 19.02.2014 года является доказательством отказа бенефициара от права требования по банковской гарантии, подтверждающим факт прекращения обязательств по воле сторон . Кроме того, письмом от 31.12.2014 года № ЦО/БО/1264 об отсрочке платежа по банковским гарантиям ПАО «ФСК ЕЭС» подтвердило, что не возражает против отсрочки платежа гаранта по банковской гарантии № 00TN9R014 от 12.02.2014 года до 20 января 2015 года по уплате денежного обязательства. Таким образом, письмом № ЦО/БО/1264 гаранту предоставлена отсрочка платежа по банковской гарантии до 20.01.2015 года. С учетом положений ст. 314 ГК РФ, а также в соответствии с предоставленной бенефициаром

арендная плата, обеспечительный платеж, плата за коммунальные услуги полностью или в какой-либо части не внесены арендатором в течение 15 банковских дней после установления срока оплаты. В п. 3 соглашения, в соответствии с досрочным прекращением обязательств по договору аренды, стороны договорились, что арендатор уплачивает арендодателю отступное в размере 606 017,00 руб. Истец, посчитав, что соглашение о расторжении договора аренды в части п. 1 и п. 3 является притворной сделкой, обратился с иском в суд. Удовлетворяя исковые требования, суд первой и апелляционной инстанции правомерно руководствовались следующим. В соответствии с частью 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка - это сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку. В притворных сделках присутствует юридический порок воли, поскольку стороны не стремятся к достижению того правового результата, который должен возникнуть из данной сделки. Иными словами, имеет место расхождение между формально выраженным волеизъявлением и действительной волей сторон: притворная сделка заключается только для вида и

и способ исполнения, следовательно, не прекращают первоначальное обязательство (определение ВС РФ от 11 апреля 2016 года № 305-ЭС15-13919). Соглашение сторон, уточняющее или определяющее размер долга и (или) срок исполнения обязательства без изменения предмета и основания возникновения обязательства, само по себе новацией не является (пункт 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 июня 2020 года № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств»). При заключении договоров уступки права требования и дополнительных соглашений к нему воля сторон была направлена на уступку права требования по договору № <данные изъяты> об открытии невозобновляемой кредитной линии от 29 декабря 2008 года. Дополнительные соглашения связаны с правоотношениями и их продолжению по кредитному договору № <данные изъяты>. 9 января 2013 года между ООО «ВТЭК» и ЗАО ФПК «Эребус» был заключен договор уступки права требования № 7-01/2013, по которому к ЗАО ФПК «Эребус» перешли права требования по договору об открытии