Прекращение уголовной ответственности - гражданское законодательство и судебные прецеденты

24 и пункта 2 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации - в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, то есть по нереабилитирующим основаниям. При этом обвиняемый ФИО1 выразил свое согласие на прекращение уголовного дела по указанным основаниям, с разъяснением ему права возражать против прекращения уголовного преследования. Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования прокурора в части взыскания с ФИО1 ущерба, причиненного бюджету Российской Федерации, суд исходил из того, что ФИО1 как физическим лицом, возглавлявшим юридическое лицо, в результате преступления причинен ущерб бюджету Российской Федерации ввиду неуплаты налога на добавленную стоимость. Отказывая в иске к ООО «ОХА», суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из того, что ООО «ОХА» субъектом уголовной ответственности не является, в связи с чем оснований для привлечения к солидарной ответственности указанного общества не имеется. Кроме того, судом установлено, что регистрирующим органом принято решение о исключении юридического лица - ООО «ОХА» из ЕГРЮЛ

и дописки в учетных документах оговариваются лицами, подписавшими их. Кроме того, посчитал необходимым применить и параграф 18 Инструкции, согласно которому сведения о лицах, совершивших преступления, в журнал регистрации вносятся на основании карточек на этих лиц, данные о движении уголовных дел (направление в суд, прекращение и др.) записываются в журнале с карточек форм № 1.1 и 3. Кассационный суд, дав иную оценку представленным в материалы дела доказательствам, приняв во внимание ответ прокурора Советского района города Томска на запрос суда первой инстанции об отсутствии надзорного производства по факту уголовного преследования в отношении административного истца, а также сославшись на отсутствие каких-либо иных учетных данных, подтверждающих ее привлечение к уголовной ответственности , пришел к выводу, что неоговоренные лицом, подписавшим учетную алфавитную карточку формы № 1, исправления в годе рождения Абдрахмановой Д.А., указание в Едином журнале при описании события преступления фамилии «АбдУрахманова» свидетельствуют о наличии внутренних противоречий в учетных документах, используемых для формирования данных о

ему имущества из опасения взыскания с него убытков, причиненных его действиями ООО «Карго-СТ» в рамках дел № А63-13613/2016 и № А63-13735/2016. По мнению истца, ФИО2 является зависимым от ФИО1 ввиду нахождения в прямом подчинении, выполнения должностных обязанностей в ООО «Биртаун». ФИО1, отчуждая долю, фактически оставил за собой возможность влияния на решения общего собрания участников ООО «Карго-СТ». Кроме того, истец сообщил, что в отношении генерального директора ФИО1 возбуждено уголовное дело. В целях избежания и прекращения уголовной ответственности ФИО1 были инициированы судебные разбирательства в отношении ИП ФИО5 в рамках дел № А63-13456/2016, № А63-13459/2016. По результатам рассмотрения дел вынесены решения о взыскании задолженности с ИП ФИО5 Вступившие в законную силу судебные акты не исполняются, что послужило основанием для направления в адрес ФИО1 требования о предоставлении информации о возмещении убытков и предоставлении документов об исполнении судебных актов. ФИО1 в качестве причины бездействия было указано на отсутствие расчетного счета общества и отсутствие денежных

конкретизировал, какие именно сделки он считает недействительными либо ничтожными, что не позволило суду апелляционной инстанции проверить обоснованность доводов конкурсного управляющего в отношении конкретных сделок. При данных обстоятельствах, основания для привлечения ФИО1 и ФИО5, которая также производила платежи в ущерб ОАО «ККС» (производство по уголовному делу в отношении нее прекращено по ходатайству потерпевшего – ОАО «ККС» в связи с возмещением вреда в полном объеме, о чем свидетельствует постановление о прекращении уголовного дела № 52/1-75/16 (40218) от 19 июля 2016 года), к субсидиарной ответственности за совершение ими сделок с аффилированными лицами, отсутствуют. ФИО3 также не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по указанному основанию, так как в материалах дела отсутствуют доказательства совершения им каких-либо сделок от имени должника либо дачи соответствующих указаний, последствием которых стало совершение должником сделок, приведших к банкротству должника. Довод конкурсного управляющего о занижении ответчиками тарифов на содержание общего имущества МКД не могут быть признаны обоснованными, поскольку тарифы утверждались не

49132 в связи с отсутствием события преступления сам по себе свидетельствует об отсутствии нарушений требований закона при использовании произведений и (или) объектов авторских прав. Как указывает заявитель кассационной жалобы, постановление от 15.02.2022 о прекращении уголовного дела является тем постановлением другого органа, о котором идет речь в пункте 1 части 3 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Содержащийся в постановлении от 15.02.2022 о прекращении уголовного дела вывод следователя о неполучении достоверных сведений о причинении ущерба истцу, как утверждает заявитель кассационной инстанции, исключает его привлечение к ответственности по пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации. Изучив материалы дела, рассмотрев доводы, изложенные в кассационной жалобе и в возражениях на нее, выслушав мнение явившегося в судебное заседание представителя общества «Темп» (ОГРН <***>), проверив в порядке, предусмотренном статьями 286 и 287, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, исходя из конкретных обстоятельств по

по статье 15.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ) он не является. Территориальный отдел также ссылается на то, что до принятия правоохранительными органами окончательного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела у Территориального отдела отсутствовали основания для прекращения производства по административному делу, поскольку квалифицирующим признаком для разграничения статьи 15.12 КоАП РФ и статьи 171.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) является исключительно стоимость продукции. Неправомерный отказ правоохранительных органов в возбуждении уголовного дела в отношении предпринимателя и несвоевременная передача по подведомственности материалов дела для принятия решения по статье 15.12 КоАП РФ, по мнению Территориального отдела, привели к истечению сроков привлечения к административной ответственности и вынужденному составлению протокола по части 2 статьи 15.12 КоАП РФ за пределами этих сроков. Кроме того, Территориальный отдел считает, что суды в нарушение положений статьи 29.10 КоАП РФ не решил судьбу арестованной продукции. В связи с этим Территориальный отдел полагает,

ответчиками не представлялись, в связи с чем копии документов не могут являться допустимыми доказательствами по делу; судами сделаны необоснованные выводы о недоказанности совершения ФИО3 и ФИО6 сделки по выводу денежных средств в размере 169 000 000 руб. через общество с ограниченной ответственностью «Волгосервис» (далее – общество «Волгосервис»); судами необоснованно принято в качестве доказательства постановление о прекращении уголовного дела в отношении ФИО8; суды ошибочно пришли к выводу о том, что сделки по возврату займов на сумму 199 397 173,38 руб. не повлияли на платежеспособность должника и не могут являться фактическим основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО6; судами необоснованно не учтен довод налогового органа о наличии основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за вывод денежных средств общества «ВолгаСпецТранс» в сумме 184 268 730 руб. на основании договора об оказании услуг от 01.01.2016 № 1. В кассационной жалобе ФИО8 просит принятые по делу судебные акты отменить в части привлечения

оснований для отмены судебного постановления. Согласно ст.76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред. К.Д.А. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «в», «г» ч.2 ст.163 УК РФ, то есть в соответствии со ст.15 УК РФ данное преступление относится к категории тяжких и, следовательно, к данном лицу не применимы нормы ст.76 УК РФ о прекращении уголовной ответственности в связи с примирением потерпевшего. Поэтому заявленное на предварительном следствии ходатайство адвоката о прекращении уголовного преследования обвиняемого К.Д.А. является необоснованным, на что и было ему указано следователем, а в последствии и судом. Суд первой инстанции, исследовав представленные материалы, принял законное и обоснованное решение, в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона и оснований для отмены постановления суда и удовлетворения жалобы не имеется. На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции