КЧО-ТК-ХХ-2016. Пояснили, что на момент проверки имелась вакансия ведущего специалиста лаборатории радиационного контроля, в связи с переводом сотрудника на должность главного специалиста ЛРК. На замещение вакантной должности производился отбор кандидатов, в результате которого 11.01.2019 принят сотрудник на должность ведущего специалиста ЛРК. Ответчик указывает на то, что ФГУП «РосРАО» поддерживает численность персонала Кирово-Чепецкого отделения на должном уровне. Полагает, что возникновение вакантных должностей является естественным процессом, работы по их своевременному замещению ведутся. По мнению предприятия, прием на вакантную должность ведущего специалиста ЛРК, учитывая проведение всех проверочных мероприятий и установленного Трудовым кодексом Российской Федерации периода отработки кандидата на прежнем месте работы перед увольнением, осуществлен в короткий временной интервал. Указывает на то, что в соответствии с пунктом 15 НП-058-14 Кирово-Чепецкое отделение укомплектовано персоналом, имеющим необходимую квалификацию и допущенным в установленном порядке к самостоятельной работе, необходимым и достаточным для безопасного выполнения работ по обращению с РАО. Соответственно, предприятие выполняет обязанности лицензиата, установленные пунктом 2.2.2 лицензии
с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы). Отсутствуют доказательства, подтверждающие, что ФИО3 выполняла такие должностные обязанности как организация работы по использованию программных комплексов электронного документооборота; получение входящих документов, сканирование и регистрация документов; ведение учета документации, прием и распределение входящих документов, оформление и отправка исходящей корреспонденции организация приема клиентов; заключение долгосрочных договоров; разработка и согласование с директором планов; подготовка отчетов о выполнении плана продаж. Суд также учитывает, что до момента принятия на работу ФИО3 должность заместителя директора оставалась вакантной. Общество с 2014 года до приема на работу ФИО3 функционировало без единого сотрудника. Целесообразность принятия на работу ФИО3 отсутствовала, заявителем не доказана. Обществом не представлено суду доказательств, подтверждающих экономическую и кадровую обоснованность принятия на должность заместителя директора лица без соответствующего образования и квалификации незадолго до наступления страхового случая. Исходя из изложенных обстоятельств, суд считает, что обществом представленными по делу доказательствами не подтверждено фактическое выполнение ФИО3 предусмотренной трудовым договором трудовой функции, а
на работу на должность государственного инспектора труда ( по правовым вопросам) путем заключения с ним срочного служебного контракта, как имеющий стаж государственной службы в ГИТ в ЧР более 16 лет и награжденного почетной грамотой Минздравсоцразвития РФ, и имеющего звание «Ветеран труда». Письмом от 29 августа 2012 г. истцу было отказано принять его на должность государственного инспектора труда в ЧР (по правовым вопросам), в том числе по срочному служебному контракту по тем основаниям, что прием на вакантную должность государственной гражданской службы-госинспеектора труда в ЧР (по правовым вопросам) осуществляется на конкурсной основе. Кроме того указано, что Государственной инспекцией труда в Чувашской Республике на время обращения ФИО4 предложения о заключении служебного контракта, в том числе срочного служебного контракта, для замещения должности гражданской службы на период временного отсутствия гражданского служащего не делались (например, сообщения в органы занятости населения не передавались; объявления по радио, в газетах и т.д. не размещались). Отношения, связанные с поступлением на