с условиями договора и с учетом обычаев делового оборота (статья 6); третейское разбирательство осуществляется на основе принципов законности, конфиденциальности, независимости и беспристрастности третейских судей, диспозитивности, состязательности и равноправия сторон (статья 18); решения третейского суда исполняются добровольно; они могут быть оспорены путем подачи заявления об отмене решения в компетентный суд, а также проверены в порядке рассмотрения заявления о принудительном исполнении решения; принудительное исполнение решения третейского суда осуществляется на основе исполнительного листа, выданного компетентным судом; к числу предусмотренных данным Федеральным законом оснований отмены решения и отказа в выдаче исполнительного листа относится установление судом, что спор, рассмотренный третейским судом, не может быть предметом третейского разбирательства в соответствии с федеральным законом и (или) решение третейского суда нарушает основополагающие принципы российского права (статьи 40, 42, 44 - 46). Возможность разрешения гражданско-правовых споров посредством третейского разбирательства закреплена в гражданскомзаконодательстве . Согласно пункту 1 статьи 11 ГК Российской Федерации защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет
Российской Федерации), который в совокупности с другими принципами гражданского судопроизводства выражает цели правосудия по гражданским делам, и прежде всего конституционную цель защиты прав и свобод человека и гражданина (статья 2; статья 17, часть 1; статья 18 Конституции Российской Федерации); при этом применительно к гражданскому судопроизводству принципдиспозитивности означает, что процессуальные отношения возникают, изменяются и прекращаются, главным образом, по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, которые имеют возможность с помощью суда распоряжаться своими процессуальными правами, а также спорным материальным правом (постановления от 16 июля 2004 года N 15-П, от 30 ноября 2012 года N 29-П и др.). 4. В целях соблюдения принципа законности в гражданском судопроизводстве, защиты прав и законных интересов его участников частью первой статьи 44 ГПК Российской Федерации предусматривается, что в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в
и не содержит ограничений для других видов сбора накопления ТКО. В случае отсутствия на территории субъекта Российской Федерации организованного накопления ТКО коммерческий учет ТКО может осуществляться расчетным путем в соответствии с подпунктом «а» пункта 5 Правил № 505 одним из альтернативных способов расчета (решение Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации от 17.02.2021 № АКПИ20-956). Таким образом, в силу принципадиспозитивности субъекты правоотношений вправе производить расчет как по количеству и объему контейнеров, так и в соответствии с нормативами накопления ТКО. Одним из основополагающих принципов гражданскогозаконодательства является принцип свободы договора, закрепленный в пункте 1 статьи 421 ГК РФ. В соответствии с пунктом 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ). В силу статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в
в даче правовой оценки требованиям истца, обратившегося за защитой, и в создании условий для объективного и полного рассмотрения дела, и при этом суд не наделен правом по собственной инициативе изменить предмет исковых требований. Иное означало бы нарушение важнейшего принципа гражданского процесса - принципадиспозитивности. В соответствии с частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 названного кодекса. Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 37 и 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства , регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 16), судам необходимо учитывать, что, по смыслу статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции
сделки по отчуждению имущества или прекращению имущественных прав должника (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2008 № 10984/08) и проч. Разрешая вопрос о допустимости оспаривания кредитором отказа находящегося с ним в обязательственных отношениях несостоятельного лица от иска к контрагенту, необходимо определить, может ли такое действие негативно повлиять на конкурсную массу и, как следствие, на имущественные права кредиторов. Право на отказ от иска (часть 2 статьи 49 Кодекса) вытекает из конституционно значимого принципадиспозитивностигражданского и арбитражного процесса (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2011 № 10-П). Последствием отказа от иска и его принятия судом является недопустимость повторного обращения в суд по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям (часть 3 статьи 151 Кодекса). То есть истец утрачивает свое материальное субъективное право в правоотношениях с ответчиком и, соответственно, те экономические блага, которые являются содержанием этого права. Таким образом, очевидно, что отказ
другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. В результате уступки требования отдельные права переходят от одного лица к другому лицу, заменяющему его в правоотношении. В материалы дела представлено трехстороннее соглашение от 01.10.2007 о перемене лица в обязательстве, по которому права арендатора, в том числе право требовать внесения арендных платежей, переданы Обществу. Указанное соглашение подписано сторонами (ОАО «РЖД», ОАО «Железнодорожная торговая компания» и ФИО4). Таким образом, реализуя принцип диспозитивности гражданского законодательства , стороны действовали «по своему усмотрению», «своей волей и в своем интересе» (пункт 2 статьи 1, пункт 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации), и были свободны при выборе предмета заключаемого соглашения (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации). При таких обстоятельствах суд оценил документы и с учетом ссылки в мотивировочной части судебного акта на указанное соглашение правомерно признал, что между Обществом и Предпринимателем сложились арендные правоотношения, следовательно, истец приобрел титул арендодателя на законных
наличии трубопровода на земельном участке, осмотрел земельный участок в натуре, ознакомился с его качественными, количественными характеристиками, надземными, подземными сооружениями и объектами, правовым режимом земель, претензий заявлено не было. Как указано в решении суда, то обстоятельство, что истец знал о наличии трубопровода на земельном участке, подтверждается письмами от 07.05.2003 №58, от 28.07.2004 №110, от 24.09.2004 №146, адресованными ОАО «НДСК» с просьбой о выносе трубопровода, согласно пункту 5.2 договора купли-продажи истец осмотрел земельный участок. Реализуя принцип диспозитивности гражданского законодательства , приобретатель действовал «по своему усмотрению», «своей волей и в своем интересе» (пункт 2 статьи 1, пункт 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации), был свободен при избрании предмета и условий заключаемого договора (статья 421 Кодекса). Непроявление участником гражданских правоотношений необходимых заботливости и осмотрительности не может служить основанием для квалификации действий ответчика как незаконных, поскольку разумность действий гражданских правоотношений предполагаются (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). В ходе рассмотрения дела истец не доказал
образований. Обществом с ограниченной ответственностью «Простор» не представлен в материалы дела проект будущей застройки, в связи с чем, невозможно установить степень возможной опасности производства ответчика. На момент приобретения правопредшественником истца - ООО «Монолит» смежного с ответчиком земельного участка, предприятие Индивидуального предпринимателя ФИО2 уже существовало. В связи с чем, при проектировании и строительстве жилого комплекса на приобретенном земельном участке, именно истец должен учитывать уже существующую застройку ответчика. Суд первой инстанции правомерно указал, что реализуя принцип диспозитивности гражданского законодательства , приобретатель действовал «по своему усмотрению», «своей волей и в своем интересе» (пункт 2 статьи 1, пункт 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации), был свободен при избрании контрагента, предмета и условий заключаемого договора (статья 421 Кодекса). Непроявление участником гражданских правоотношений необходимых заботливости и осмотрительности не может служить основанием для квалификации действий ответчика, как незаконных, поскольку разумность действий гражданских правоотношений предполагается (статья 10 Гражданского кодекса РФ). Доводы заявителя жалобы несостоятельны, поскольку истцом не
к другому. Согласно пункту 1 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости от продавца к покупателю подлежит государственной регистрации. В силу пункта 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации. Исходя из пункта 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации права владения, пользования и распоряжения имуществом принадлежат собственнику. Реализуя принцип диспозитивности гражданского законодательства , ООО «Агрис-Н» в лице ген. директора Г.Н.Г., действующего в интересах МУП им. Кирова Тарумовского района, заключая договор купли-продажи кошары от 29 декабря 2007 г. № 4, действовал по своему усмотрению, своей волей и в своем интересе, и было свободно при избрании контрагента, предмета и условий заключаемого договора. Условия вышеназванного договора не противоречат нормам гражданского законодательства, установленным для сделок купли-продажи недвижимого имущества. Факт составления передаточного акта, а также факт оплаты имущества по договору
предприятия, сооружения либо иной производственной деятельности, которая продолжает причинять вред или угрожает новым вредом, суд вправе обязать ответчика, помимо возмещения вреда, приостановить или прекратить соответствующую деятельность (абз. 2 пункта 2 ст.1065 ГК РФ). В нарушение ст.56 ГПК РФ истцом не представлено доказательств присутствия на принадлежащем ей земельной участке неприятного запаха от жизнедеятельности коз и птицы, их разведения ответчиком в значительном количестве, также как и опасности причинения истцу какого-либо вреда. При таких обстоятельствах, учитывая принцип диспозитивности гражданского законодательства , то есть отсутствие прямого запрета на содержание небольшого количества домашних животных на садовом участке, не предоставление истцом доказательств нарушения его прав ввиду содержания ответчиком коз и кур, и создания в этой связи неблагоприятной санитарной обстановки, а также учитывая, что ответчик уже понесла административное наказание за содержание указанных животных, то в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о признании действий противоправными, понуждении избавиться от домашней птицы и коз, надлежит отказать. На основании изложенного и