в юрисдикциях со льготным налогообложением. На уровень уязвимости оказывают влияние: - несовершенство законодательных мер превентивного характера по противодействию мнимым/ притворнымсделкам; - нарушения валютного законодательства, совершаемые "фирмами-однодневками". Наиболее рисковыми являются: а) ряд стран Восточной Европы (так называемые "страны-транзитеры"); б) страны с благоприятным инвестиционным климатом (в частности, страны Западной Европы, Северной Америки); в) страны с низкой прозрачностью финансовой системы, а также со льготным налогообложением для нерезидентов; г) страны из "серого" и "черного" списков ФАТФ. Отмечаются факты вывода денежных средств сомнительного происхождения в страны Юго-Восточной и Центральной Азии. 3. РИСК ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ЮРИДИЧЕСКИХ ЛИЦ - НЕРЕЗИДЕНТОВ, А ТАКЖЕ СТРУКТУР БЕЗ ОБРАЗОВАНИЯ ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА (ТРАСТЫ) В СХЕМАХ ЛЕГАЛИЗАЦИИ ПРЕСТУПНЫХ ДОХОДОВ В ИНОСТРАННЫХ ЮРИСДИКЦИЯХ Рисунок (не приводится) Использование иностранных юридических лиц и структур без образования юридического лица (в особенности зарегистрированных в странах со льготным налоговым режимом) достаточно распространено в схемах по ОД за рубежом. В качестве основной уязвимости можно отметить сложности с получением достоверной
пункта 2 статьи 45 действующей редакции. 8. При изменении юридической квалификации гражданско-правовых сделок (пункт 1 статьи 45 Налогового кодекса Российской Федерации) судам следует учитывать, что сделки, не соответствующие закону или иным правовым актам (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)), мнимые и притворныесделки (статья 170 ГК РФ) являются недействительными независимо от признания их таковыми судом в силу положений статьи 166 ГК РФ. 9. Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано. Обоснованность получения
сумм налога, пени и штрафов производится в судебном порядке. Последствия признания сделок притворными согласно ГК РФ следующие: - взыскание в доход государства полученного по сделке; - возврат каждой из сторон всего полученного по сделке (двусторонняя реституция). При невозможности возврата полученного его стоимость возмещается в деньгах. - возврат полученного по сделке одной стороной (односторонняя реституция). Обращения в суд с иском о признании сделки недействительной в целях применения налоговых последствий не требуется. Для определения последствий притворнойсделкиналоговый орган настаивает, что это не должно рассматриваться в настоящем судебном споре. Также налоговым органом обращается внимание суда на тот факт, что на странице 34 Приговора Миасского Городского суда по Уголовному делу Н.А.Лубенца отмечено, что принятие к оплате в счет налоговых платежей простых векселей по сути означает отсрочку налогового платежа, следовательно, городской бюджет несет потери. Это еще раз подтверждаетправильность выводов налоговой инспекции по г. Трехгорному, которые нашли отражение в решении о привлечении налогоплательщика к
так как они датированы 22 мая 2015 года, в то время как проверка была окончена 01 апреля 2015 года, а мероприятия дополнительного налогового контроля были начаты только на основании решения №14-08-12 от 28 июня 2015 года; на объяснениях ФИО12 отсутствует дата; - в оспариваемом решении налоговый орган противоречит сам себе, вменяя налогоплательщику вину в виде неосторожности, в связи с отсутствием должной осмотрительности и осторожности, и вину в виде умысла, вменяя умышленное заключение мнимых, притворныхсделок; налоговый орган не привел доказательств согласованности действий ООО «УВЦМ-г.Чита» с ООО «Енджор» якобы в получении необоснованной налоговой выгоды, следовательно, инспекцией не доказан умысел налогоплательщика, поэтому у налогового органа не было основания привлекать общество к ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации. В обоснование своих доводов заявитель представил в материалы дела следующие доказательства: лицензию №00911 от 21 июня 2010 года, выданную ООО «Енджор» Правительством Москвы на осуществление заготовки, переработки и реализации лома
ими обязанности по внесению арендной платы; указывает, что цены по сделкам с конечными арендаторами устанавливались не Обществом, а ООО «ЦентрТорг» и его агентом ООО «УК «Фараон». Заявитель не согласен с выводом суда о том, что все договоры аренды с конечными арендаторами подписаны ФИО8, указывает, что с 04.06.2010 договоры были подписаны ФИО6, действующей по доверенности. Заявитель ссылается на то, что налоговый орган не установил и не доказал направленность действий Общества на совершение мнимой или притворнойсделки; налоговым органом не представлено доказательств, подтверждающих создание Обществом схемы с целью получения необоснованной налоговой выгоды. Заявитель полагает, что Общество непосредственно или косвенно в ООО «ЦентрТорг» не участвует, учредители и руководители Общества и ООО «ЦентрТорг» не состоят в отношениях родства, свойства, а также не подчиняются друг другу по должностному положению. Обстоятельства, установленные Инспекцией в отношении субарендаторов, значения не имеют, поскольку указанные лица не являются стороной договоров аренды, заключенных Обществом. Заявитель ссылается на то, что передача
и притворности договоров исходя из того, что налоговым органом в нарушение ч.5 ст.200 АПК РФ не представлено соответствующих доказательств. Более того. Определения мнимой и притворной сделки даны в ст.170 ГК РФ. Определения мнимой и притворной сделки различны. В оспариваемом Решении налоговый орган лишь декларативно заявил, что «…данная сделка является мнимой и притворной,…» (стр.12 Решения). К какому именно виду недействительных сделок относятся заключенные заявителем с ООО «Цетан-Гео» договоры купли-продажи имущества – к мнимой или притворнойсделке – налоговый орган ни в оспариваемом Решении, ни в судебном заседании ни уточнил. В части довода налогового органа о необоснованности расходов 13 059 400 руб. по оплате работ (услуг) в ООО «Цетан-Гео» по добыче нефти. В оспариваемом Решении указано (стр.17 Решения) в качестве основания для отказа в принятии расходов: право собственности на нефтяные скважины получены ООО «Решетниковская нефтяная компания» 18.08.06г., а лицензия на добычу нефти на Решетниковском месторождении переоформлена с ООО «Цетан-Гео» на ООО «Решетниковская
и притворности договоров исходя из того, что налоговым органом в нарушение ч.5 ст.200 АПК РФ не представлено соответствующих доказательств. Более того. Определения мнимой и притворной сделки даны в ст.170 ГК РФ. Определения мнимой и притворной сделки различны. В оспариваемом Решении налоговый орган лишь декларативно заявил, что «…данная сделка является мнимой и притворной,…» (стр.16 Решения). К какому именно виду недействительных сделок относятся заключенные заявителем с ООО «Цетан-Гео» договоры купли-продажи имущества – к мнимой или притворнойсделке – налоговый орган ни в оспариваемом Решении, ни в судебном заседании ни уточнил. В части довода налогового органа о необоснованности расходов 13 059 400 руб. по оплате работ (услуг) в ООО «Цетан-Гео» по добыче нефти. В оспариваемом Решении указано в качестве основания для отказа в получении вычетов, что право собственности на нефтяные скважины получены ООО «Решетниковская нефтяная компания» 18.08.06г., а лицензия на добычу нефти на Решетниковском месторождении переоформлена с ООО «Цетан-Гео» на ООО «Решетниковская нефтяная
объект незавершенного строительством был изначально куплен ФИО1 у ОАО «», что подтверждается Договором купли-продажи объекта незавершенного строительством от ДД.ММ.ГГГГ. Считает, что в связи с достраиванием дома его процент готовности должен повышаться, что должно было быть отражено в заключенном между ФИО1 и ФИО3 договоре купли-продажи. Полагает, что данное обстоятельство также свидетельствует о том, что договор купли-продажи, заключенный между ФИО1 и ФИО3 носил лишь притворный характер. Считает, что о том, что сделка являлась притворной, свидетельствует и сумма сделки. Указывает, что налоговый имущественный вычет ФИО3 предоставлен не был. Считает, что важным обстоятельством является тот факт, что ФИО1. был продан дом именно свекру, который в жилье не нуждается, поскольку имеет в собственности дом и квартиру. ФИО10 получил свидетельства о регистрации права собственности на дом и земельный участок, но это было необходимо для получения вычета. Полагает, что важным доказательством притворного характера сделки является тот факт, что ФИО1 и ее малолетние дети до сих пор состоят
– 10000000 руб., (дата) - 10000000 руб., (дата) - 15000 000 руб., между сторонами документарно оформлены договоры беспроцентного займа, которые являются притворными, так как фактически данные суммы она не получала, под видом займов оформлена задолженностью по договору поставки рыбной продукции от (дата) , заключенному ею с ответчиком в период осуществления предпринимательской деятельности. Решением Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 5 по Брянской области от 29 июня 2016 года она как индивидуальный предприниматель привлечена к ответственности за совершение налогового правонарушения, поскольку получила доход в виде материальной выгоды от экономии на процентах по договорам беспроцентного займа, которая не была включена в налоговую базу по НДФЛ, которое частично отменено Управлением Федеральной налоговой службы по Брянской области относительно суммы доначисления налога. Поскольку вследствие заключения названных сделок она незаконно привлечена к налоговой ответственности в виде уплаты налога и санкций за доход в виде материальной выгоды от экономии по беспроцентным займам, которой она не
