пункта 2 статьи 5 Федерального закона № 116-ФЗ федеральные органы исполнительной власти, которым в соответствии с федеральными законами или нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации предоставлено право осуществлять отдельные функции нормативно-правового регулирования, специальные разрешительные, контрольные или надзорные функции в области промышленной безопасности, обязаны согласовывать принимаемые ими нормативные правовые акты, а также координировать свою деятельность в области промышленной безопасности с федеральным органом исполнительной власти в области промышленной безопасности. Утверждение административного истца о том, что наличие Технического регламента о безопасности сетей газораспределения и газопотребления, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2010 г. № 870 (далее - Технический регламент), исключало принятие Правил, основано на ошибочном толковании правовых норм. Технический регламент принят в соответствии с Федеральным законом № 184-ФЗ и распространяет свое действие на сеть газораспределения и сеть газопотребления, а также на связанные с ними процессы проектирования (включая инженерные изыскания), строительства, реконструкции, монтажа, эксплуатации (включая техническое обслуживание,
устранении выявленных нарушений. Полагая предписание управления незаконными, учреждение обратилось в арбитражный суд с соответствующим заявлением. Суды, оценив представленные сторонами доказательства с позиций статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе договор от 02.05.2017, акт разграничения эксплуатационной ответственности от 02.05.2017 № 147, соглашение о договорной цене, руководствуясь статьями 198, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 6, 9, 16 Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», пунктов 7, 17, 69, 76, 95 «л» Технического регламента № 870, Положением о Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 30.07.2004 № 401, пришли к выводу о недоказанности учреждением наличия условий для признания оспариваемого предписания недействительным. Установив, что предписание выдано уполномоченным органом в установленном законом порядке, учитывая доказанность факта нарушения обществом действующего законодательства в области промышленной безопасности, выразившегося в эксплуатации опасного производственного объекта с нарушением требований промышленной безопасности, фактическое исполнение
сооружения; непроведении экспертизы промышленной безопасности на здания ГРП, предназначенные для осуществления технологических процессов, при отсутствии в проектной документации данных о сроке эксплуатации здания ГРП. Признавая названные пункты предписания законными, суды, руководствуясь положениями статей 9, 13 Закона № 116-ФЗ, Федеральными нормами и правилами в области промышленной безопасности «Правила проведения экспертизы промышленной безопасности», утвержденными приказом Ростехнадзора от 14.11.2013 № 538, пришли к выводу о наличии соответствующих требований промышленной безопасности к зданиям и сооружениям общества. В пунктах 46, 65, 122, 205 предписания заявителю вменяется отсутствие технологических регламентов на ОПО и их разработка отдельно для каждой газораспределительной станции. Принимая во внимание, что в качестве ОПО выступают не отдельные газораспределительные станции, а зарегистрированный в установленном порядке ОПО с учетом технических устройств и сооружений, вошедших в его состав, руководствуясь Федеральными нормами и правилами в области промышленной безопасности «Правила безопасности для опасных производственных объектов магистральных трубопроводов», утвержденными приказом Ростехнадзора 06.11.2013 № 520 (далее – Правила №
ионизирующего излучения не найдено. Суды установили, протоколами допросов свидетелей ФИО8 (генерального директора Общества), ФИО19 (начальника производства Общества), ФИО10 (заместителя директора по качеству Общества), объяснениям заместителя генерального директора по качеству ФИО10 подтверждается и Обществом не отрицается, что газовая стерилизация препаратов не предусмотрена Промышленным регламентом от 23.05.2007 № ПР 42645886-07-07 и Технической инструкцией Общества № 01-45852143-04, а вид стерилизации, необходимый для производимых Обществом препаратов, – это ионизирующее излучение, которое фактически производилось ФГУП НПП «Торий». Изменения в Промышленный регламент и Техническую инструкцию Обществом не вносились, согласование в Федеральной службе по надзору в сфере защиты прав потребителей Общество не проходило. Вся продукция Общества реализовывалась ООО Лексиръ», которое, согласно передаточному распоряжению от 05.12.2002, является стопроцентным владельцем акций Общества. Право подписи договора на выполнение работ по стерилизации лекарственных препаратов и биологически активных добавок от 29.12.2004 № 218/12, актов выполненных работ, протоколов согласования цен от имени Общества имеет коммерческий директор ФИО15 на основании доверенности от 06.12.2003. Одновременно
судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просит решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, и направить дело на новое рассмотрение в ином судебном составе. По мнению фирмы, выводы судов о том, что истцом не доказано наличие у него авторских прав, являются ошибочными, поскольку все объекты, в защиту которых был подан иск, относятся к произведениям науки, выраженные в литературную форму. В том числе, технические условия, фармакопейная статья, и опытно- промышленный регламент . По утверждению заявителя кассационной жалобы, фармакопейная статья является результатом творческого труда, а следовательно, относится к объектам авторского права. Кроме того, полагает, что суды пришли к неверному выводу о том, что право авторства следует определять по законодательству Российской Федерации, поскольку все объекты, в защиту которых был подан иск, были созданы на территории Украины. В судебном заседании представитель фирмы поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, просил решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции
ответчика о том, что выявленный истцом брак продукции является обычным результатам процесса производства, также ничем не обоснованы, а его указание на возможно иные причины превышения брака связаны с ошибочным пониманием технологического процесса лиофильного высушивания. Достоверных и допустимых доказательств, что истец каким-то образом способствовал увеличению брака, ответчиком не представлено. Напротив, истцом в материалы дела представлены все доказательства, подтверждающие, что внутрипроизводственные потери значительно превысили регламентируемый уровень. Нормативные внутрипроизводственные потери составляют не более 1,18% для ФИО1 ( Промышленный регламент №20858541-15-180 и не более 1.06% для ФИО2 (Промышленный регламент 20558541-48-18). В связи с прекращением электроснабжения истца фактические внутрипроизводственные потери превысили регламентированный уровень, и составили порядка 13.421 % и 5,316% соответственно. Ответчик в апелляционной жалобе указывает о не нарушении технологического процесса в связи отсутствием в листах лиофилизации фиксации повышение температурного режима и понижение вакуума. На момент отключения электроэнергии в отделении сушки препаратов объединенного цеха производственного корпуса №4 проводился технологический процесс лиофильного высушивания лекарственных препаратов ФИО2
