Прощение долга юридическому лицу - гражданское законодательство и судебные прецеденты

оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 10, 50, 166, 168, 174, 415, 572, 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, изложенных в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суды удовлетворили заявленные требования, придя к обоснованному выводу, что оспариваемый договор является явно убыточным для Общества, поскольку в результате прощения долга получение юридическим лицом встречного предоставления не было предусмотрено. Доводы кассационной жалобы, которые были предметом рассмотрения судов, не свидетельствуют о допущенных нарушениях норм материального и процессуального права, которые бы служили достаточным основанием в силу части 1 статьи 291.11 АПК РФ к отмене обжалуемых судебных актов. С учетом изложенного и руководствуясь статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд ОПРЕДЕЛИЛ: отказать в передаче кассационной жалобы ФИО1 для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного

«ТоргЦентр», ООО РитейлГрупп» по указанию ООО «Премиумквартал» в сумме 18 100 000 руб. Впоследствии между ООО «Меркурий» и ФИО10 был заключен договор прощения долга от 19.01.2016, в соответствии с которым ФИО10 освободила должника от исполнения оставшихся неисполненных обязательств в размере 12 100 000 руб. по договору займа от 02.11.2012. Указанные действия ФИО10 суд оценивает критически. Поскольку целью осуществления предпринимательской деятельности ИП ФИО10 является в силу статьи 2 ГК РФ извлечение прибыли, тогда как прощение долга юридическому лицу как не соответствующие требованиям разумности и добросовестности осуществления гражданских прав, как это предусмотрено статьей 10 ГК РФ. Данные обстоятельства, по мнению ответчика, подтверждают наличие обязательств между должником и ФИО10 и объясняют предоставление должником в адрес ООО «Импульс» письма от 27.04.2015 «О перечислении денежных средств», а дальнейшем -предоставление аналогичного письма ООО «Импульс» в адрес ООО «Премиумквартал» от 16.06.2015 Денежные средства в суммарном размере 18 100 000 руб., которые полагались должнику за проданное им имущество,

100 000 руб. Впоследствии между ООО «Меркурий» и ФИО6 был заключен договор прощения долга от 19.01.2016, в соответствии с которым ФИО6 освободила должника от исполнения оставшихся неисполненных обязательств в размере 12 100 000 руб. по договору займа от 02.11.2012. Указанные действия ФИО6 суд первой инстанции обоснованно оценил критически со ссылкой на то, что целью осуществления предпринимательской деятельности ИП ФИО6 является в силу статьи 2 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ) извлечение прибыли, тогда как прощение долга юридическому лицу не соответствует требованиям разумности и добросовестности осуществления гражданских прав (статья 10 ГК РФ). Денежные средства в суммарном размере 18 100 000 руб., которые полагались должнику за проданное им имущество, были в соответствии с его письменным распоряжением перечислены на счета ООО «Лидерпродукт», ООО «Стаф-Ресурс», ООО «РегионСоюз» и ООО «РегионПлюс», что подтверждается платежными поручениями и сопроводительными письмами ООО «Премиумквартал». Судом первой инстанции проанализированы выписки по счетам указанных юридических лиц, вследствие чего правильно установлено, что перечисление

силу судебном акте от 16.01.2020 по настоящему делу о признании спорной сделки недействительной, являлись предметом оценки апелляционного суда и отклонены как основанные на неверном толковании части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку в данном случае никто из ответчиков по настоящему спору не привлекался к участию в споре по рассмотрению заявления управляющего о признании соглашения о прощении долга от 13.05.2016 № 01/ПД-16 недействительной сделкой, ввиду чего для указанных лиц не имеют преюдициального значения при рассмотрении настоящего спора, и, кроме того, при рассмотрении споров о привлечении членов коллегиальных органов юридического лица к ответственности в виде взыскания убытков, подлежит установлению, доказыванию, исследованию и оценке иной, более широкий круг обстоятельств, нежели, чем при рассмотрении споров о признании сделки недействительной, в отсутствие требования о применении последствий ее недействительности, и в рамках настоящего обособленного спора о привлечении к ответственности контролирующих должника лиц, определив круг имеющих правовое значение для разрешения спора обстоятельств, исследовав и

прав других лиц в отношении имущества кредитора (ст. 415 ГК РФ). По смыслу закона исполнение обязательства по возврату денежного займа, либо освобождение от исполнения подобного обязательства должно подтверждаться письменными доказательствами. В силу ч. 2 ст. 71 ГПК РФ, письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Однако, ответчиком не представлено письменных доказательств свидетельствующих об исполнении его обязательств, вытекающих из договора займа, либо о прощении долга. В обосновании доводов о прощении долга юридическим лицом на сумму 2 060 000 рублей суду свидетелем представлена ксерокопия письма без печати и регистрационного номера (№). Подлинный документ у сторон отсутствует. Представителем истца отрицался факт прощения долга ответчику. Истцом представлены бухгалтерские балансы за 2008-2010годы с расшифровкой задолженности ФИО1, претензии ответчику с требованием погасить долг от 30.05.2011 года, от 31.12.2008 года. Согласно ксерокопии письма о прощении долга оно адресуется 06.12.2007 года ФИО1 директором ООО «Скиф-Тамбов» ФИО4. Однако, из встречного иска (производство по которому

лиц само по себе не свидетельствует о получении оплаты оказанных услуг от ООО «Кронверк НМК» путем прощения долга 31 октября 2020 года. Внесение ФИО2 16 сентября 2020 года денежных средств в сумме, сопоставимой с полученной по договору займа от 15 сентября 2020 года, в счет частичной оплаты стоимости приобретенной у ООО СЗ ГК «Кронверк» квартиры также не указывает на то, что прощение долга от 31 октября 2020 года по договору займа от 15 сентября 2020 года было частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо ООО «Кронверк НМК» либо его единственный участник получили выгоду. Доводы апелляционной жалобы о том, что суд не привлек к участию в деле в качестве ответчика ФИО6 судебной коллегией отклоняются, поскольку исковых требований к данному лицу не заявлено, при этом ФИО6 принимал участие в рассмотрении настоящего гражданского дела в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, что соответствует положениям

влекут правовых последствий в виде прекращения обязательств ООО «ЛесПром» по договорам займа от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, и утраты ООО «Королевская Кобра» прав требований по ним. Указанные соглашения о прощении долга не отвечают обязательным для сторон правилам и нарушают прямой запрет, установленный законом на совершение дарения между юридическими лицами (пп. 4 п. 1 ст. 575 ГК РФ), в связи с чем, являются недействительными (ничтожными). В соглашениях о прощении отсутствует взаимосвязь между прощением долга и получением первоначальным кредитором – юридическим лицом ООО «Королевская Кобра» какой-либо имущественной выгоды, поскольку согласно п. 1.6 соглашений о прощении целесообразность их была обусловлена намерением сторон о вхождении физического лица ФИО1 в состав учредителей ООО «ЛесПром», что не могло изменить состав или количество имущества ООО «Королевская Кобра», в связи с чем, в данном случае имеются основания для квалификации заключенных соглашений о прощении займов в качестве договоров дарения между ООО «Королевская Кобра» и ООО «ЛесПром». Признание соглашений о